Волшебство Зимнего Бала - Ирина Властная

и счастливое время, никаких глобальных войн, никакого повышения налогов… чего им не живётся спокойно?

– Не ко мне вопрос, Арн, это у них спрашивать надо, – Эйделу нечего было ответить, в подобной попытке переворота в Эстрии погибли их с Баймуром родители, а здесь – хоть живы все, так что и печалиться нечего.

– В пыточных и спросят, чего уж… Знаешь, всё же есть какая-то особая магия на Зимних Балах… не приедь ты в столицу, Эйд, не появись на Балу, я бы точно в зал не спустился и не оказался бы в центре событий… – окинул задумчивым взглядом принц черноволосого дракона, зацепившись взглядом за запястье, на котором счастливо узор истинности красовался… Дракон этот взгляд заметил, манжет поправил, счастье своё от нехорошего блеска в синих глазах наследника пряча, и подобрался весь, вытянувшимся в ниточку зрачком сверкнув. – Так бы и жил, не понимая, почему я несчастлив в браке с истинной парой, ведь и так последние годы хоть на стену лезь…

– Вы и полезли, Ваше Высочество, только не на стену, а на…

– Баймур, умолкни! – рыкнул Эйдел на младшего брата, который в неудержимом бесстрашии, присущим всем драконам, очень на опасную стезю вступил.

– Тогда ещё следовало задуматься, почему вместо ласк и страсти на супружеском ложе, я получаю обжигающе холодом тело и безэмоциональный взгляд Аэлин с набором стандартных слов благодарности за чудесную ночь… я же тоже живой, тепла и ласки хочу, любви и страсти, а не безупречной красоты в обёртке из безукоризненных светских манер… – у беловолосого дракона от такой откровенности челюсть отвисла, а вот Эйдел ещё сильнее нахмурился. – Знаете, это словно подарок на Зимние праздники получить… да не тот. С виду, отличный клинок лучшей гномьей закалки, а при первой же схватке – трухой рассыпается, словно благородный металл изнутри ржавчина съела.

Баймур даже икнул удивлённо от сравнений некоторых венценосных личностей, это же надо первую красавицу Империи с трухой и ржавчиной сравнить.

– Что делать будешь, Арнитар? – не стал углубляться в душевные страдания наследника Эйдел. – Я так понимаю, вопросов к Эстрии у тебя по поводу качества кристаллов нет?

– Сам же знаешь, что нет претензий. Нам ещё предстоит выяснить, куда столько кристаллов делось, которые должны были в артефактах военных быть…

– А что с леди Орелией? – встрепенулся защитник прекрасных дам в лице младшего представителя рода Дрэймурт.

– Акарт собирается за ней. Само собой, в свете манипуляций и мошенничестве с Выбором Судьбы, Акарт не упустит свою настоящую истинную пару, тем более тогда Эльтари точно останутся у власти… а ещё лучше, что у его истинной, как я понял, почти нет родни, никто козни за спиной строить не будет, – вздохнул Арнитар и устало в кресло опустился.

– Ну, не скажите, Ваше Высочество, родня родне рознь, вот, например, у мелкой такая бабушка, что даже гордые драконы голову перед ней склоняют… – опять не сдержался Баймур… просто ведь драконы лучшие во всём, и даже родственники у них тоже лучшие, и об этом все знать должны…

– Помнится, эта самая более чем достойная леди обещалась тебе чешуйки повыдёргивать? Так я теперь тоже к рядам помощников примкну! – зашипел Эйдел, не понимая, куда у его брата мозги все подевались и зачем он специально разговор к Айрин подводит, если Эйд его постоянно в сторону старается увести.

– Да, кстати, мне нужно поговорить с твоей невестой, Эйд, – хмуро посмотрел на черноволосого дракона наследник.

– Нет, – тут же прозвучал категоричный отказ, и от дракона таким напряжением и неприятием повеяло, что казалось, сейчас в воздухе языки пламени запляшут.

– Она ведь моя истинная пара, Эйд, и я пока не приказываю…

– Она была твоей истинной парой, Арн, и ты своё счастье упустил. Можешь приказывать сколько угодно, но с Айрин ты разговаривать не будешь. Она и так немало пережила…

– Кстати, да, а как так получилось то, что наша прелесть дважды вниманием Богов была наделена? – весело вклинился в противостояние характеров Баймур, словно и не замечая искрящей злостью атмосферы.

– У магистра Вайтрэ есть теория и по этому поводу, – не спускал напряжённого взгляда с Эйдела принц Арнитар, словно ему лично объяснял. – Артефакт Судьбы соединяет жизненные пути двоих, выбирая среди множества имеющихся, и если пути, по какой-то причине не сходятся в один, то спустя какое-то время Артефакт старается подобрать наиболее подходящий вариант, но и наказывать за пренебрежение его волей не забывает. Не появись ты, Эйдел, вместе с Айрин на Зимнем Балу, в радиусе действия Артефакта свою истинную вязь вы бы не получили…

– Арнитар, дело совершенно не в выборе вашей стекляшки, – решительно поднялся со своего места лорд Эйдел Дрэймурт, – драконы выбирают сердцем, и я выбрал Айрин задолго до Бала, и она ответила взаимностью не на Балу, а намного раньше. Артефакт лишь подтвердил очевидное. С вязью или без неё нас в любом случае ждёт счастливое будущее…

– Это всё чудесно, но, как я говорил, Артефакт Судьбы подбирает лишь из имеющихся вариантов… будь я не связан брачными клятвами, которые не дают участвовать в Выборе, кто может поручиться, что Артефакт бы вновь не свёл меня с Айрин, и в её сердце не зажглась бы любовь ко мне?

– Я могу поручиться и с уверенностью сказать, что в сердце Айрин живу лишь я! – процедил сквозь зубы Эйдел, с трудом удерживаясь от желания врезать кулаком по этой самодовольной императорской морде, и хоть на время смазливости этой слащавой лишить.

– Ох уж эта молодость, напор, накал страстей… и всё из-за прекрасной дамы, – раздался голос Императора Атриана, за плечом которого маячил принц Акарт.

Представители рода Дрэймурт синхронно склонились в почтительном поклоне.

– Рад, что все заинтересованные в этой проблемы персоны в одном месте. Сейчас всё и решим. – вошёл Его Императорское Величество в кабинет старшего сына, кивком головы второго принца загнал и дверью звучно хлопнул.

* * *

Бессонная ночь была на лицо, даже грязюка с волшебными свойствами особо не помогала. Ну а когда спать, если я почти полночи успокаивала леди Орелию, в правде и справедливости разочаровавшуюся. Чаем горячим напоила, из тайных мест сладости достала и несчастную девушку накормила. Просто Фиир тоже к сладостям неравнодушен был, вот и приходилось от него их прятать, а то, как зачитается очередным романом, всё