Скамейка грешников - Анастасия Уайт

– Думаешь, этот ублюдок им угрожает? – спрашивает Бенсон, покосившись на меня.

– Похоже на то, – встревает Клэй, догоняя нас, и мы становимся плечом к плечу.

– Не стоило помогать ему. Нужно было оставить его в кровати связанным, – бормочет под нос Бенсон, и я бросаю на него вопросительный взгляд. – Когда вы с Авой ушли, Лайла попросила проверить Мура. Она знала, что Ава с ним сделала. И, что ж, я хорошенько посмеялся, но у Мура сложилось иное мнение о происходящем. Я просил его успокоиться и хорошенько подумать, прежде чем он что-нибудь предпримет, однако, судя по всему, он меня не слушал.

– …по-твоему, это смешно? – доносится до нас шипение Мура, как только мы оказываемся у него за спиной. Он ощущает наше присутствие и разворачивается на месте, черты его лица искажает гнев. – Какого хрена вы здесь забыли?

– Я разве не говорил тебе, что она моя подруга, и я не хочу видеть тебя рядом с ней? – отвечает Клэй.

– Подруга?! Подруга, которая заставила тебя носить гребаное платье…

– Я это заслужил, – едва ли не рычит мой друг, поигрывая мышцами.

– А она бросала тебя голого, привязанного к своей же кровати на твой день рождения в твоем доме? Снимала потом тебя в таком виде? – выплевывает он. – Эта шлю…

– Только назови ее так еще раз… – произносим мы с Бенсоном одновременно, подходя к нему ближе.

– И что? – требует ответа Мур, но бледнеет.

– И пожалеешь об этом. – Я удерживаю его взгляд, готовый пойти на что угодно, лишь бы сбить с него спесь. – Если ты не хочешь, чтобы фотографию, на который тебя прикрывает лишь хоккейная перчатка, увидел кто-то еще, отвали и оставь ее в покое. А не оставишь, я сделаю так, что ты заплатишь.

– Мы заставим тебя заплатить, – поправляет меня Бенсон, и в этот момент я понимаю, что он станет моим другом. Настоящим. Не только товарищем по команде.

– Ну и ладно, – бубнит Мур, отходя от стола.

Надеюсь, мы были достаточно убедительны, и он откажется проворачивать то, что задумал. Никто не станет распространять его фотографию, если он не будет приставать к Аве. Но на всякий случай придется за ним приглядывать. Он не самый большой ее фанат.

– Ух ты. Это было сексуально. – Лайла переключает внимание на брата с хитрой ухмылкой: – Но речь не о тебе.

– Спасибо. – Бенсон закатывает глаза и усаживается на скамейку рядом с ней. – Вы в порядке?

Мы с Клэем устраиваемся напротив Лайлы и Авы. Наконец я смотрю на нее, и зверь в моей груди начинает мурлыкать. Как же она красива. Ее волосы собраны с высокий хвост, а на ее лице нет и следа макияжа. Она не отводит глаз от Бенсона, и впервые за много месяцев мне все равно. Они просто друзья.

– Нет. Он страшно меня выбесил, – цедит сквозь зубы Ава и хватает со стола свою «Пепси». – Он раз за разом повторял, какая я неблагодарная сука, и тянул эту песню, наверное, минут десять. Что он потрясающий Хадсон Мур, и как это я посмела его отвергнуть и унизить. Превратить его в объект шуток.

– Что будешь делать с этой фотографией? – спрашивает Бенсон.

– Ничего. Я же не конченая дура. Это моя страховка на случай, если он попытается мне навредить.

– Не попытается. Не после нашего разговора, – уверяет ее Клэй, но мне кажется, он рановато делает выводы. Потому я не собираюсь в ближайшее время терять бдительность.

– Посмотрим, – говорит Лайла, косясь на Аву. После этого она кладет голову на плечо лучшей подруги. – Похоже, у меня пропал аппетит. Какой же он мерзкий, после всего этого такое чувство, будто я извалялась в грязи.

– Ты так сливаешься? – тихо возмущается Ава. – Ты обещала после лекций пойти со мной по магазинам. Мне нужно купить подарок отцу.

– Скоро его день рождения? – спрашиваю я, привлекая взгляды всего столика. Я сморозил какую-то глупость?

– Через две недели Рождество, – посмеивается Клэй, хлопая меня по спине. – Чувак, тебе бы лучше купить себе в квартиру календарь.

Черт. Я устремляю взгляд в пространство. Через две недели все разъедутся по домам. К своим любящим и заботливым семьям. Туда, где царят уют и счастье. А что я? Останусь здесь, а в канун Рождества навещу маму.

Из мыслей меня вырывает жужжание моего телефона. Вытаскивая его из кармана, я перестаю слушать разговоры ребят, затем отстраняюсь от них, вознамерившись погрузиться в собственный пузырь мук.

Медовая: Похоже, тебе одиноко.

Медовая: Я могу это исправить. Ты за?

Я поднимаю голову и смотрю на Аву. Ее телефон на столе, она накрывает его ладонью. Ее губы растянуты в вежливой улыбке, она внимательно слушает лучшую подругу, пока та рассказывает о своих планах на зимние каникулы. Ей плевать на то, что остальные могут догадаться, что мы переписываемся, правда же? Я улыбаюсь и печатаю ответ.

Я: У меня через двадцать минут тренировка.

Медовая: Многое теряешь.

Я блокирую телефон и убираю его обратно в карман, затем поднимаю глаза и ловлю ее взгляд. В глазах Авы пляшут озорные огоньки. Она что-то задумала, и мне хочется выяснить, что именно. Она интригует меня как никто другой и напоминает мне об одержимости ею. Я хочу знать о ней все, каждую незначительную подробность.

– Я пойду в библиотеку. Я там расслабляюсь и в ней меня точно никто не потревожит. – Ава встает из-за стола и хватает со скамейки свой рюкзак. Лайла кашляет, и мне слышится имя… Джордан. Неужели ее соседка до сих пор доставляет ей проблемы? – Да, если я хочу собраться с мыслями, то библиотека для этого подходит куда больше моей комнаты. До встречи в пять, Лайла?

– Ага. Увидимся на месте. Просто напиши, если вдруг решишь вернуться в общежитие.

– Конечно. – Ава наклоняется и целует лучшую подругу в щеку. – Счастливо, парни, и спасибо, что заступились за меня.

Она машет на прощание и удаляется. Я даю себе пять минут. Пять минут, и я последую за ней.

Да кого я обманываю? Только самого себя. Я встаю из-за стола так резко, что все поворачивают головы в мою сторону.

– Увидимся на тренировке.

– Но мы же собирались поесть, – выпаливает Клэй и хмурится. – Ты разве не голодный?

– Не парься. Папа хочет поговорить. Только что прислал сообщение.

– Ох, ладно. Ну давай, – бормочет Клэй и переключает внимание на Бенсона.

Я их больше не слушаю. Сразу направляюсь в библиотеку. Как только оказываюсь в помещении, то осознаю, что здесь еще пустыннее, чем в прошлый раз. Я