Шакалота. Птичка в клетке - Елена Филон

— Полина! — успеваю заметить, как розовый хаер мелькает во входных дверях, на этом и замолкаю. Полина сбежала. Здорово.

«Как скоро уйдёшь ты, чудовище развалившееся на мамином диване?»

На выдохе опускаюсь рядом с Яроцким и прячу лицо в ладонях.

Даже плакать больше не хочется, всё — перегорела лампочка. Ну что ж, можно отдать Яроцкому должное — он хотя бы не соврал, сказал, что скоро всё закончится, вот оно и закончилось. Разгромленная квартира быстро пустеет, а вот последствия вечеринки не исчезают никуда. Банки из-под пива, окурки на полу, какая-то лужа у родительской кровати, туалетная бумага на люстре, красный лифчик на телевизоре, чьей-то потерянный кроссовок, упаковки от чипсов, пластиковые стаканчики, на половину полные бутылки с водкой и стекло на полу… стекло от маминой вазы.

Набрать в грудь побольше воздуха и заверить себя, что бывают в жизни ситуации и похуже. Мне ли не знать? Не так уж всё и плохо. Правда, ведь?

Нет. Блин, всё плохо. Всё очень плохо!

Отстукиваю пятками по полу и провожаю взглядом последних пьяных посетителей моей квартиры, вроде бы это Оскара только что вынесли… Стоп. А что у него с причёской? Что эта за плешь на макушке?.. А вот это определённо смешно! С удовольствием злорадно посмеялась бы, если бы не вот эта девушка, которая не уходит почему-то и то и дело на меня поглядывает. Вероника стоит рядом с полицейскими и выглядит предельно расслабленно, будто проблемы с законом на её семью не распространяются и папины деньги решают все проблемы на свете.

Взятку им, что ли дать собирается?

Похлопать себя по щекам. Прийти в чувства. Вот так.

Боже… это самый худший день в моей жизни.

— Если что, в участок вместе поедем.

— Зояяя… — стону, падая на спинку дивана. — Ты почему не ушла?

Пожимает плечами и закидывает в рот дольку чипсов.

— Странные они какие-то, — с придиркой смотрит на ментов. — Не доверяю я им.

— Зоя, иди домой! Быстрее!

— А почему они не словили никого? — щурит глаза Зоя и поворачивается ко мне. — Кстати, вы теперь встречаетесь? — кивает на Яроцкого, глаза которого, как по команде распахиваются, а плечи вздрагивают от беззвучного смешка:

— Это Что?

— Это твоя одноклассница, — даже взглянуть в его сторону не могу, щёки вновь пылать начинают. — Зоя, иди домой, пожалуйста, — шиплю сквозь зубы.

— Если что, я против, — закидывает в рот очередную дольку чипсов и предвзято смотрит на Яроцкого. — Против ваших отношений. Не нравится он мне.

— Зооояяя! — умоляюще шиплю сквозь зубы.

— А, прости, забыла, что мегера ещё здесь, — кивает на Веронику.

Ладно. Пора уже что-то делать.

Поднимаюсь с дивана и шагаю к двоим в форме.

— Боже, ну и вонь. Откройте окна! — морщит нос тот, что пониже будет и с небольшим животиком.

— Послушайте…

— Дверь там, девочка, — тот, что повыше указывает на входную дверь. — Помочь уйти, или в отделение прокатимся?

— Это её квартира, — Вероника устало вздыхает, складывает руки на груди и опускается на диван рядом с Яроцким.

Вот же ж блин… только сейчас доходит, что девушка Макса всё видела! Ну это… это самое видела.

— Послушайте… — попытку поговорить номер два полицейские также прерывают.

— Где родители?

— Они… их нет в городе.

— Хорошо.

— Послушайте… — но договорить вновь не дают. Тот, что повыше, игнорируя меня, шагает к Зое и спрашивает, сколько времени ей дать, чтобы она успела отсюда убраться.

— А почему вы никого не словили? — осведомляется Зоя. — На несовершеннолетних проще всё повесить, да?

Пока второй полицейский делает обход квартиры, второй явно начинает раздражаться излишней активности Зои, так что мне приходится подхватить её под руку и с силой потащить к двери. Ну раз дают ей шанс уйти, пусть идёт и не оглядывается! У меня-то родителей двое, переживут, справятся, а у неё одна бабушка в опекунах, и что-то совершенно не хочется видеть бабу Женю в полицейском участке в слезах и с валокордином.

Кстати о лекарствах. Мне свои уже давно принять пора.

— Никого. Разбежались, как таракашки, — оглашает второй полицейский, расстёгивает куртку и плюхается на диван рядом с Вероникой, принимаясь с ней мило о чём-то беседовать. Второй полицейский, которому не больше двадцати семи-двадцати восьми, с задумчивым видом почёсывает гладковыбритый подбородок, вдруг шагает к Яроцкому и пинает его ботинком по ногам.

— Ну? Доволен?

Макс нехотя отрывает голову от подголовника, тяжело вздыхает и смотрит на полицейского одним из самых своих равнодушных взглядов.

— Да, — отвечает холодно. — Спасибо.

Полицейский фыркает в ответ, достаёт из-за пояса дубинку и направляет на Макса:

— Вот прям распирает от желания настучать тебе сейчас по заднице!

— Вы что делаете?! — что-то невидимое в спину толкает. Сама не замечаю, как оказываюсь между Яроцким и полицейским, крепко сжимаю кулаки и от абсурда нелепо хлопаю челюстью. — Вы не можете его бить! — выдаю. А полицейский смеётся в ответ. В эту секунду и ловлю себя на мысли, что лицо его кажется каким-то до боли знакомым. Даже смех… будто слышала его уже где-то.

— Иди, посиди, девочка, — указывает дубинкой на стул у маминого трюмо и раздражённо выдыхает, когда я отказываюсь и с места двигаться.

— Максим? — полицейский вытягивает шею, чтобы разглядеть за моей спиной Яроцкого. — Убери её, или я сейчас не сдержусь, и поедем все вместе в участок протокол составлять.

— Отойди, — Вероника тянет меня в сторону и заставляет сесть на своё место. Изящным жестом перекидывает волосы за спину и с благодарностью смотрит на полицейского. — Спасибо, Ярослав. Мы перед тобой в долгу.

Ярослав?

Ярослав?! Погодите минутку…

— Как звать? — толкает меня в бок товарищ Ярослава, улыбаясь сквозь редкие усики.

— Л-лиза.

— Хорошо, Лиза. Пакеты есть?

— Па…пакеты? Для чего пакеты?

— Расчленять тебя будем и по частям паковать, — хрипло усмехается, пока я в ужасе смотрю на него. — Шутка. В общем, тащи пакеты и собирай в них всё бухлишко, что вы понатаскали.

— Она ничего не таскала, — раздаётся голос Макса, а следом вымученный вздох Вероники:

— Я принесу. Где пакеты?

— Э-э… там. На кухне в диване.

— Чёрт… устал я что-то… — Ярослав толкает Макса в бок, чтобы тот подвинулся и плюхается рядом. — Что за притон малолеток вы тут устроили, Максим? Эй! — Щелчок, будто щелбана кому-то отвесили. — Сам позвал, а теперь игнорируешь?