Отныне мой пульс семь ударов в минуту - Аника Ледес

— Принц?

— Я не осилю. Перенеси Астери. Один я справлюсь.

Так все и произошло. Крепкие руки Исхири не особо бережно подхватили меня, и мы преодолели стену. Я вскрикнула от боли, когда мы приземлились с обратной стороны. Эйдос последовал за нами. Меня удивляло, как он все еще держится на ногах, как он смог так быстро очнуться, да и как очнулась я. Вид моего принца был ужасным. Глаза передавали всю его утомленность, как и трясущиеся руки, которые вновь забрали меня у Исхири.

— Эйдос, а где меч?

— У меня. Я успел его забрать.

Оба вампира двигались совершенно беззвучно, хоть в этом и не было необходимости. Нас увидело огромное количество людей и вампиров, пока мы двигались в сторону замка, поскольку уже время близилось к обеду. Преодолели все расстояние мы где-то за час.

Ворвавшись в замок, который остался без охраны, мы прошли по уже знакомым мрачным коридорам в тронный зал. Руфуса там не оказалось. Тогда мы направились в покои короля, предварительно попросив Кафари нас провести, поскольку не знали, какую из комнат выбрал для себя Руфус. В девушке я узнала Элиди. Мне стоило огромных усилий, чтоб не обнять ее — невероятно соскучилась по этой женщине. Я осознала, что она была мне намного дороже, чем мать. Именно она воспитывала меня почти с пеленок и всегда поддерживала.

— Король здесь, — склонив голову, сообщила Элиди. Я взглянула на нее последний раз и перевела взгляд на дверь, ведущую в покои Эйдоса, когда он еще был принцем.

— Входите.

— Руфус, нам нужна твоя помощь, — с порога начал Эйдос.

— Друг мой, как я рад тебя видеть. — Золотые глаза рыжеволосого вампира округлились при виде меня, а хитрая улыбка поблекла. — Чем я могу вам помочь?

— Астери нужен покой и несколько контейнеров с кровью. А еще ее казнят, если поймают. Мы можем воспользоваться замком, чтоб укрыться от твоих воинов? — Взволновано спросил Эйдос.

— Конечно же.

— Ты, кажись, совершенно не удивлен, что она с нами?

Руфус объяснял произошедшее несколько часов назад, пока мы шли за пищей для меня.

От любых телодвижений у меня начинали болеть все части тела, но от нежных нашептываний Эйдоса о том, чтоб я потерпела еще минуточку, мне становилось легче.

Как только мы вошли в комнату хранения крови, мой принц медленно опустился на пол, усадив к себе на бедра. Руфус дал мне несколько контейнеров. Эйдос тут же принялся отпаивать меня.

— Что произошло с ней?

— Расскажу позже. Нам нужно спрятаться. Мы пойдем в секретное место в комнате пыток. Как воины уйдут, приходи туда и кричи… эм… «я пришел по вашу душу», — то ли вопросительно, то ли утвердительно предложил Эйдос, но быстро оборвав разговор, он поднялся и бегом отправился в знакомую до ужаса комнату. В ней меня частенько избивали и мучали. Мурашки бежали по коже от воспоминаний.

— Три, четыре, — бубнил себе Эйдос под нос, продолжая держать меня на руках. — Так, нам сюда. — Эйдос вновь отклонил один из кнутов, представляя люк со ступеньками. Исхири спустился первым, а Эйдос со мной — вторым. Бывший принц дернул за рычаг, закрывая люк изнутри, а Исхири зажег свечи, и только тогда я наконец-то смогла разглядеть комнатку, что бережно хранила меч Антистаси. В небольшом укрытии было все необходимое для жизни: запасы вина из кровавых плодов, вяленое мясо, небольшой столик со стулом, две кровати и комод.

— С ума сойти, — прошептала я.

— Так, сначала объяснись, — по-отечески потребовал Исхири.

— Что тебя интересует, мой дорогой страж? — Аккуратно опустив меня на кровать и вальяжно завалившись рядом со мной, спросил принц.

— Почему ты жив, Эйдос? Я не думал, что Андос сохранит тебе жизнь.

— Из-за того, что я убил отца, брата и сестру, я заинтересовал Андоса. Он захотел меня использовать.

— Почему Астери — Васильяс?

Мне было непонятно, почему он не спросил меня об этом лично. Может, не был уверен в том, что я на стороне Эйдоса, а может, предпочитал общаться только с близкими. Какая бы на то ни была причина, сейчас я была не в силах отвечать. Глаза закрылись моментально, едва голова коснулась подушки.

— Потом, хорошо? — Ответил Эйдос своему стражу. — Астери, как ты себя чувствуешь?

— Ужасно, — искренне ответила я, пытаясь не концентрироваться на своих ощущениях, но сразу же ощутила нежные поглаживания по голове, которые помогли мне быстро найти успокоение в сладком сне.

Проснулась я от тихих перешептываний между Эйдосом и Исхири. Тело уже не болело. Едва я открыла глаза, мой принц тут же протянул мне контейнер с кровью.

— Пей. Тебе нужно восстановить силы.

Меня удивляло, как изменился голос Эйдоса в адрес меня. Прежде я никогда не слышала его в таком нежном исполнении.

— Астери, ты расскажешь, как стала Васильяс? — Спросил Исхири.

Я спустила ноги с кровати, желая сперва размяться после сна. Нога была как новая. Раны на груди и в боку уже срослись. Мне нравилось, как быстро регенерировало тело вампира.

— Ну, если коротко… Мой отец — погибший король Дэдалус. Меня обратил Эйдос для помощи в перевороте, и в итоге я стала вампиром.

— Да, это очень коротко. Я бы хотел узнать подробнее о перевороте и о вашем пребывании в королевстве Андоса.

Мы с Эйдосом поведали всю историю, дополняя предложения друг друга. Я наконец-то смогла понять, что представляет из себя этот загадочный вампир из редкой семьи.

— Расскажи, почему Скиа не противились моему восстанию? — Спросил Эйдос. Он, казалось, не знал мотивов своего стража.

— Ты же сам прекрасно знаешь это, — со слабой улыбкой ответил Исхири.

Эйдос кивнул, но мне никто решил не разъяснять эту ситуацию, а я решила не расспрашивать. Если страж не хотел говорить, то допрашивать его было бесполезно.

— Почему же вы не ушли, когда королевской семьи в замке не осталось?

— Мы ждали новостей. Андосу мы не показывались, но когда появился Руфус… Король Руфус, он рассказал мне о том, что ты жив. Я остался в замке только из-за этого. Мои братья тоже согласны служить тебе, Эйдос. Ты достоин признания.

Мой принц хмыкнул.

— Чем же?

— Я помню, как на поле боя ты старался избегать убийств, как во время зачистки отпускал стариков, детей, матерей и отцов, а убивая даже самые пропащие души, потом скорбел над ними и закрывал им глаза. Я помню все. Ты благороден, Эйдос. Только тебя я могу считать своим королем. Руфус тоже неплох. Он многое изменил, но его я совершенно не знаю. Теперь