Разрушенный дворец - Эрин Уатт

Рид перехватывает меня у шкафчиков до начала занятий и внимательно изучает мое лицо.

– Что произошло на тренировке? Джордан что-то сказала тебе? – Он уже на взводе, готов кинуться защищать меня.

Я похлопываю его ладонью по плечу, чтобы успокоить.

– Нет, я сама виновата, – признаюсь я. – Накинулась на нее ни за что ни про что, и она выкинула меня из команды.

Рид вздыхает.

– Ой, детка, мне так жаль!

– Ладно, плевать десять раз, – снова вру я. – Пустяки. Все равно я присоединилась к ним, только чтобы поехать на выездную игру.

Я забираю учебники и захлопываю дверцу шкафчика.

– Ну тогда ладно. – Рукой он скользит по моим волосам и обхватывает за затылок. – Увидимся за ланчем?

– Угу, я займу тебе место. Или мы можем сесть на одно – я посижу у тебя на коленках.

В ответ Рид наклоняется и целует меня, так сильно, что я забываю о своей перепалке с Джордан, о том, что мы не должны демонстрировать свои чувства в школе, и о своих тревогах по поводу нашего будущего. На несколько секунд я даже, по-моему, забываю, как меня зовут.

Когда он наконец отстраняется от меня, я смотрю на него стеклянными глазами и дрожу. Потом до меня доходит, что колокольчики в моей голове – это школьный звонок. Урок скоро начнется.

– Сейчас ты выглядишь просто сногсшибательно. – Рид опять наклоняется ко мне и шепчет на ухо: – Я слышал, что свидания в тюрьмах проходят очень горячо.

И тут же мое блаженство сменяется досадой.

– Не говори так!

Лицо Рида становится серьезным.

– Прости, но…

– Да, тебе есть за что извиняться.

– …если я не буду шутить, то, наверное, начну плакать, а это не вариант.

Он выглядит таким несчастным, и я чувствую себя виноватой, что отчитала его. Боже, сегодня утром я набрасываюсь на всех и каждого.

Просто я отказываюсь мириться с тем фактом, что Рид скоро окажется в тюрьме. Я не могу этого допустить.

Не могу.

* * *

Теперь мне больше не надо ходить на тренировки после занятий, и я собираюсь провести операцию «Правосудие», как ее назвала. Я беру с собой Вэл, но не только потому, что мне нужно прикрытие, а потому что надеюсь, что, когда мы окажемся в машине, она наконец расскажет мне, что происходит между ней и Уэйдом. Я знаю лишь то, что они встретились и поговорили, но без подробностей.

– Ну что, как прошел разговор с Уэйдом? – Выезжая со школьной парковки, я сразу же начинаю допрос.

– Потрясающе.

Ее голос не выражает никаких эмоций, и я пристально смотрю на нее.

– Не могу понять, это сейчас был сарказм?

– И да, и нет. – Вэл вздыхает. – Он все говорил правильно, но я не знаю…

– Не знаешь, верить ли ему? – заканчиваю я за нее.

– Точно. Или хочу ли я зайти с ним так далеко. Ну, в смысле отношений.

– Это потому что ты еще не забыла Тэма?

– Нет, я думаю, что уже забыла Тэма. Просто я еще не уверена, что хочу быть с Уэйдом.

Мы обе фыркаем.

– Если хочешь, я больше не буду спрашивать тебя об этом. Заткнусь и все, честно. Но если хочешь поговорить, я готова тебя выслушать.

Переключиться со своих проблем на проблемы Вэл будет настоящим облегчением.

– Нет, ты можешь спрашивать о чем хочешь. Просто мне кажется, что мы с Уэйдом не совсем подходим друг другу. Он веселый и все такое, но в том-то и дело: с ним можно только веселиться. А на этом далеко не уедешь. – Она слабо улыбается мне, в этот раз глядя прямо на меня, и я вижу, насколько Вэл сама озадачена тем, что происходит.

– Мне кажется, Уэйд не такой уж и поверхностный. Просто он боится показывать свои чувства, – высказываю я предположение.

– Может. – В голосе Вэл звучит сомнение.

– Ты с ним пойдешь на Зимний бал? Рид сказал, что он пригласил тебя.

Вэл морщится.

– Нет, я останусь дома. Ненавижу Зимний бал.

– Неужели там все так плохо? Все в Асторе ведут себя так, будто это самое лучшее событие в их жизни.

– Это же юг. Все только и рады любому шансу разрядиться в пух и прах и щеголять перед остальными.

– Но не ты.

– Нет, я это терпеть не могу. А Стив разрешит тебе пойти с Ридом?

– Хм, сомневаюсь. Я еще не говорила с ним об этом, но не думаю, что он согласится. К тому же у меня даже нет платья. Ты никогда не говорила мне, что понадобится платье для Зимнего бала.

Мы улыбаемся друг другу. Когда мы только познакомились, Вэл сказала, что у меня должно быть платье на любой случай, от свадьбы до похорон, но вот про платье для школьного бала упомянуть забыла.

– Значит, мы купим его, – говорит она.

– М-м-м, – отвечаю я со всем энтузиазмом, на который способна.

Танцы, платья, вечеринки сейчас интересуют меня меньшего всего на свете: мне нужно найти улики, чтобы вытащить Рида. Я не позволю невиновному сесть в тюрьму. Может, остальные Ройалы и согласились с решением Рида, но только не я.

Спустя десять минут я останавливаю машину перед невысоким зданием в одном из районов города. Заглушив двигатель, я смотрю на Вэл.

– Готова?

– Напомни, зачем мы здесь?

– Мне нужно кое с кем поговорить.

– А позвонить нельзя?

– Не думаю, что она ответит на мой звонок, – признаюсь я и отворачиваюсь к окну.

Все показания свидетелей, о которых нам рассказывал Рид, в общем и целом правдивы или хотя бы отчасти. Но показания этой женщины, по словам Рида, – сплошная ложь. К тому же никто из нас не помнит, что видел наверху эту официантку. И я решила разыскать ее. Хочу, чтобы она повторила эту ложь мне в лицо.

– Сомнительное местечко, – замечает Вэл, наклонившись вперед и глядя через мое окно на длинное жилое здание.

Она права. Все дома в этом районе выглядят старыми и обветшалыми. Цементный тротуар весь в трещинах и выбоинах. Сорняки тянутся по забору из проволочной сетки, которым огорожена парковка между зданиями. Но я жила в местах и похуже.

– Как думаешь, мне постучаться или подождать, пока она выйдет? – спрашиваю я.

– Ты знаешь, как она выглядит?

– Да, она была одной из официанток, которые как-то обслуживали наш ужин. Я узна́ю ее, если уже видела.

– Тогда давай подождем. Если она не будет отвечать на твои звонки, то уж тем более не откроет дверь.

– Согласна. – Я нетерпеливо стучу пальцами по рулю.

– Ты когда-нибудь думала, что это все-таки Рид? – тихо спрашивает Вэл через несколько минут.