Как очаровать графа - Сюзанна Энок

– А, вот вы где, Эм… – внезапно послышался голос Нэта, и его теплые пальцы обхватили ее руку. Он взглянул на полковника и, изображая удивление, проговорил: – Райкотт, а я не знал, что ты в Лондоне.

– Только вчера приехал. А как…

– Эбберлинг, прошу нас извинить, у нас вальс, – быстро перебил друга Нэт.

Ему ужасно хотелось дать по физиономии мерзавцу маркизу, но он, конечно же, сдержался – ни в коем случае не следовало забывать про их план.

– Вы хорошо себя чувствуете? – спросил Нэт, увлекая Эмили к танцевальному полу.

– Не знаю… – пролепетала Эмили. – Но вы не беспокойтесь за меня. Главное – продолжайте со мной разговаривать, – добавила она, чуть помолчав.

– Да-да, конечно. – Нэт положил руку ей на талию и сделал шаг вперед, почти приподнимая ее.

В следующее мгновение они закружились в вальсе, но Нэт, конечно же, при этом немного прихрамывал.

– Но о чем мне говорить? – спросил он. – Да, знаете, до меня дошли слухи, что сегодня вечером здесь может появиться Веллингтон. Вы бы хотели с ним познакомиться?

– Веллингтон? – ахнула Эмили. – Вы что же, хотите, чтобы я упала в обморок?

Нэт тихо рассмеялся.

– Ну, тогда у меня появится предлог подхватить вас на руки и унести наверх. Я уверен, Тремейн будет рад предоставить нам на час-другой свободную спальню.

Эмили улыбнулась – как Нэт и надеялся. И к ее щекам стал возвращаться цвет.

– Ах вы, несносный… – пробормотала она.

– А вы невероятно храбрая. – Он посмотрел в ее карие глаза и тихо, почти шепотом, добавил: – Кажется, я хочу вас постоянно, Эмили… И в данный момент, любовь моя, я предлагаю вам держаться как можно ближе ко мне.

Она негромко рассмеялась.

– Ах, Нэт, как я могла когда-то принять вас за книжного червя?..

Он едва заметно пожал плечами.

– Первое впечатление может быть обманчивым. Думаю, мы оба это знаем. И для меня, например, важно только мое настоящее и будущее мнение о вас.

– И каково же это настоящее и будущее мнение?

Нэт помедлил с ответом. Наконец сказал:

– Задайте мне этот вопрос в другой раз, когда мы будем одни.

– Что, мнение такое плохое? – спросила Эмили, все еще улыбаясь; ее карие глаза искрились в пламени свечей.

– Дело не в этом. Просто я не хочу смущать вас на людях.

– Хм… А я – вас… мой дорогой… – Конечно же, она хотела сказать «любимый», однако не решилась произнести это слово. Интересно, догадался ли об этом Нэт? И хотел ли он услышать это слово?

А он вдруг растянул губы в деланой улыбке и посмотрел куда-то поверх ее головы. Эмили проследила за его взглядом. Оказалось, что он смотрел на Райкотта и Эбберлинга – те о чем-то беседовали, и оба при этом хмурились. А невеста маркиза, стоявшая с ним рядом, в раздражении кусала губы. Интересно, будет ли она рада, если ее жених внезапно исчезнет? Ждала ли она этого замужества с нетерпением? Во всяком случае, было совершенно очевидно: она не знала, что на самом деле случилось с первой леди Эбберлинг.

– Мне ее жаль, – тихо сказала Эмили.

– Харриет Дандерс? Возможно, ей-то как раз ничто не угрожает. В конце концов, чтобы убить двух жен одну за другой, надо быть не только злодеем, но еще и дураком. А Эбберлинг на дурака не похож. Высокомерный – да, но никак не дурак.

Эмили утвердительно кивнула.

– Да, разумеется, не дурак. Но ведь иногда и одного высокомерия достаточно для того, чтобы человек наделал глупостей. Я не раз видела такое за карточными столами в «Тантале». Хотя далеко не все эти мужчины были дураки…

– Пожалуй, вы правы, – кивнул Нэт. – Но речь идет о совершенно конкретном человеке. Полагаю, маркиз никак не ожидал, что сумеет найти вас почти сразу же после того, как нанял Райкотта.

Губы Эмили под украшенной перьями полумаской совы снова тронула улыбка.

– Вы тоже нашли меня за один день, – напомнила она.

– Сначала я не был уверен – только почувствовал, что вы знаете нечто такое, чем не хотите делиться. Но чтобы выяснить все до конца, мне потребовалось время.

– Значит, это была единственная причина, по которой вы пошли со мной наверх?

Эмили перевела взгляд на его губы.

– Я мог бы сказать «да», – ответил Нэт, – но это было бы неправдой. – Он склонился над ней и тихо прошептал: – Я желал вас, Эмили.

Ее улыбка померкла, и она со вздохом сказала:

– Знаете, у меня такое чувство, что вы поможете мне с одной бедой… и навлечете на меня другую…

Нэт сжал ее руку и тихо ответил:

– Эмили, когда я говорил, что вы моя, я вовсе не шутил.

– А я и не думала, что вы пошутили. Но все последние три года я провела среди лордов – они приходят в «Тантал» играть. У некоторых из них есть любовницы… низкого происхождения, но ни один из них не признавал этого на публике, и конечно же…

Эмили умолкла, но Нэт знал, о чем она сейчас подумала: «Ни один из них не женился на девушке низкого происхождения».

Да, верно, не женились. И, учитывая его собственное довольно шаткое положение в свете, женитьба на Эмили была бы не самым мудрым решением. Если же он это сделает, сегодняшний бал станет его последним. И уже никто не попросит его отыскать потерянные безделушки: никто даже не посмотрит в его сторону.

– Дорогая, вы моя женщина. Для меня этого достаточно, все остальное не имеет значения.

Эмили опустила глаза.

– Для вас – возможно. И это сейчас. А вот потом… Когда-нибудь это будет иметь значение.

Нэт закружил ее в повороте, пытаясь не забывать прихрамывать.

– Сегодня – это сегодня. А если мы создадим «завтра», то тогда его и обсудим. Согласны?

Эмили помолчала, потом со вздохом прошептала:

– Вы очень необычный человек. Но я всей душой за то, чтобы откладывать «завтра» как можно дольше. Что же касается вашего вопроса – то да, согласна.

– Вот и хорошо, – кивнул Нэт.

И теперь перед ними стояло только две задачи: она должна была пережить эту ночь, а он – ухитриться подпустить маркиза Эбберлинга достаточно близко к Эмили, но при этом не убить на месте.

– Лоуренс, Лори, можно задать вам один вопрос? – спросила Эмили, когда брат Нэта обходил вокруг нее в танце.

Контрданс уже заканчивался, да и вечер подходил к концу. Однако следующим ее танцем был тот самый – он приближался с каждой секундой, и у нее уже начали дрожать руки. Поскольку же замысел состоял в том, чтобы у Эбберлинга возникли подозрения, но не уверенность, ей обязательно нужно было успокоиться.