Сдайся мне - Валерия Иванова

— Па-па, — сказала малышка и обняла Ибрагимова за шею.

Первый раз. Сама!

Адам прижал тело дочери к себе и посмотрел на меня, его глаза блестели! Сколько же эмоций в них было. Я готова разрешить малышке изрисовать все стены, лишь бы продлить этот момент.

Дальше мы вели себя, как абсолютно нормальная семья. Поиграли с малой, уложили на дневной сон, немного прибрали в квартире, приготовили ужин, погуляли, поели, помыли Лиску и снова уложили спать. А дальше мы остались одни…

Я загрузила посудомоечную машину и вышла в гостиную. Здесь спит Адам, а мы с Лиской в своих комнатах. Он собирался в душ, в гостевой ванной. Мы встретились взглядом, и я что-то занервничала.

— Доброй ночи, — произнесла я.

— Доброй, принцесса, — хмыкнул бывший и пошел в ванную.

Я покачала головой и быстро прошмыгнула в комнату. Сердце гулко колотилось в грудной клетке. Телефон сообщил о новом сообщении, и я взяла его со столика.

Я судорожно вздохнула, глядя на имя отправителя. Мама Исхака.

Лейла, у нас все хорошо. Спасибо за заботу, хорошая. Ты же знаешь, как мы тепло к тебе относимся. Но я думаю, что пора прекратить общение. Ты всегда можешь обратиться к нам, и мы поможем. Но пора уже нормально жить, девочка. Исхака — нет. Будем чтить его память в светлых воспоминаниях. Будь счастлива, ты и Мелиса.

Я любила Исхака. Первой юношеской любовью. Он мне казался принцем из сказок… Но потом его отобрали у меня. Превратили в овощ. Он несколько лет был в коме, аппараты поддерживали в нем жизнь. Я верила в чудо. Но после моих родов мне позвонила мама Исхака и попросила его отключить, хватит его мучить. Я долго думала, а потом решила, что не мне решать, его родителям. И они отключили Исхака от аппаратов. Он мирно отошел в мир иной, чуда не случилось…

Я даже не заметила, как начала плакать. Села на кровать и перечитывала сообщение снова и снова. Нужно уметь расставаться с прошлым. Даже если сильно больно.

Я еще немного посидела, приходя в себя, а потом тоже пошла в душ. Надела легкую ночную рубашку на тонких бретелях и легла на кровать. Пыталась заснуть, но сон совсем не шел. В голове столько мыслей. И все об Адаме. Я думала о том, как мы изменились, и что будет дальше. Нам в первую очередь нужно думать о Лиске. У ребенка должна быть полноценная семья, наша малышка заслуживает этого.

Но как же страшно до сих пор!

А может, зря?

Сколько можно жить в страхе? Ведь мы не знаем, что может произойти завтра. Может, стоить жить так, как хочется?..

Полная решимости, я вышла из комнаты и пошла в гостинную. Адама там не оказалось, и вся моя смелость куда-то исчезла. Я решила быстренько убежать в комнату, пока он меня не увидел. Развернулась и врезалась в широкую мужскую грудь. Судорожно вздохнула, когда сильные руки меня поймали и удержали на месте.

— Попалась, принцесса, — прошептал он, от чего мурашки разбежались по телу.

— Я…

— Знаю.

Он наклонился и провел носом по моей шее. Я закрыла глаза, наслаждаясь лаской, его уникальным ароматом. Его руки начали блуждать по моему телу, пробуждая его.

— Что мы делаем? — шепотом спросила.

— Становимся счастливыми.

И я поверила ему.

— Пойдем в спальню.

В этот раз не было никакой спешки. Мы зашли в комнату. Адам сел на кровать, а я встала между его разведенных ног. Я начала нервничать. Я еще не перед кем не раздевалась после беременности. Мое тело изменилось. Очень.

— У меня… Появились растяжки и грудь не такая упругая, — тихо сказала.

Адам улыбнулся и снял с плеч бретельки сорочки, она упала к ногам. Он смотрел на мое тело все с тем же восхищением, как и раньше, а у меня вновь выступили слезы на глаза.

— Еще красивее стала, принцесса с порно-картинки, — он трогает мое тело, словно оно драгоценность.

Проводит ладонями по плечам, груди, ребрам. Нежно, невесомо. Обнимает за талию и крепко обнимает. Его щетина царапает кожу. Я запускаю руки в его волосы, перебираю. Чувствую его дыхание, как он тянет носом воздух. Я дрожу в его руках.

— Ты любишь меня, Адам? — сердце колотится в груди, а пульс частит, забивая слух.

Мне нужно это услышать. Я хочу знать. Мне нужны слова! Сейчас мне нужны только слова.

Он поднимает голову и смотрит мне в глаза…

Глава 56

Лейла

Я кусаю губы от нервов. В его взгляде ураган чувств, который грозит накрыть нас обоих.

— Любовь не описывает весь спектр эмоций того, что я к тебе чувствую. Я в тебя по уши, насмерть просто, без единого шанса. С тобой выше неба, принцесса. Пока ты со мной, я положу к твоим ногам весь мир и свое гребанное сердце.

От его признания перехватывает дыхание. Как же я хотела услышать эти слова! Он дал именно то, в чем я нуждалась. Я так счастлива, улыбаюсь, как дурочка. Грудь таким восторгом наполняется, фейерверками выстреливает.

— Любишь? — шепчу, хочу услышать это слово.

— Пиздец как люблю. Так нельзя любить, Лейла.

Любит меня, любит! Любовь у него звериная. Особенная. Он прав! Нельзя так любить! Мы оба сумасшедшие, нас сносит от чувств!

Не знаю, кто первый к кому потянулся. Секунда, и мы уже дышим друг другом. Все отдаем. Без остатка. И целуемся, целуемся, целуемся, как никогда раньше.

Жадно.

Страстно.

Больно.

По звериному грубо, с голодом, до крови, дышать забываем. Этот поцелуй особенный, наполнен смесью нашей любви. Он наполняет нутро, разрывает изнутри яркими искрами. Хочется смеяться и плакать одновременно. И его хочется. Адама. Сейчас.

Он самый лучший.

Единственный.

Родной.

Мой.

Только мой.

Вокруг все перестает существовать.

— Лейла… — он произносит мое имя с такой потребностью в голосе, с таким желанием.

— Я так скучала, Адам… Просто душа в клочья… Я люблю тебя, люблю, люблю… Не останавливайся…

Он стягивает с меня трусики вниз и откровенно любуется. Ему абсолютно точно нравится то, что он видит.

— Идеальная.

— И ты снимай все…

Он скидывает с себя футболку и домашние штаны.

Я голая, и он тоже.

Мы замираем, глядя друг на друга. Воздух вырывается с хрипами, пока жадно рассматриваем друг друга. Адам все такой же красивый, мускулистый. Я вижу на его теле новые шрамы… Цена, которую он заплатил, чтобы вернуться к нам. Я сама не захотела узнать, что с ним было. Не могу… Начнем все с