Джентльмен-разбойник - Кристина Додд

Ей было жаль, что она не может сказать Майклу, как сокрушается о своей глупости. Эмма впуталась в эту заваруху, прекрасно все сознавая… но каждую минуту, проведенную в тюрьме, она молилась, чтобы кто-нибудь – она ли, Майкл, Рауль Лоренс – отомстил Сандре за убийство Эмеи.

Она хотела бы видеть, как Сандре горит в адском огне.

– Мисс Чегуидден! Вы готовы? – окликнул принц.

Эмма вышла из-за ширмы, уже похожая на себя прежнюю, с вызывающим взглядом… хотя он и задержался на столе, где еще осталась кое-какая снедь.

Сандре подвинул ей стул.

– Садитесь и ешьте, мисс Чегуидден, а я тем временем изложу вам наш план.

Эмма не колеблясь сразу села.

Принц положил руки ей на плечи, и она, вздрогнув всем телом, замерла.

Сандре впился пальцами в ее кожу, а когда она скорчилась от боли, засмеялся и отпустил ее.

– Расскажи ей, что мы придумали, Жан-Пьер.

– Вы знаете, кто Мститель, мисс Чегуидден? – начал Жан-Пьер.

– Да, знаю. – Эмма съела виноградину, потом другую, выпила стакан чистой воды и отхлебнула вина. Подняв глаза, она увидела, что мужчины ждут продолжения. – Мститель – это я.

Она думала, что теперь они уберут еду, но Жан-Пьер лишь с раздражением отвернулся, а на губах Сандре заиграла ленивая улыбка.

– Я тебе говорил, Жан-Пьер, она не уступит. – Сандре подвинул хлеб ближе к Эмме. – Мы следим за вашими друзьями. Мы решили, что Бримли достоин доверия, так же как и этот лакей, Генрих. Жан-Пьер подозревает лорда Фанчера, но я полагаю, это просто нелепо. Еще мой кузен считает, что Мстителем может быть Майкл Дьюрант, но это маловероятно. Я утверждаю, что его воля сломлена – он даже стыдится написать отцу, чтобы тот забрал его домой.

Эмма съела треугольничек сыра бри и выпила еще воды.

– Но кто бы это ни был, – продолжал Сандре, – мы знаем, что этот человек встревожен вашим арестом.

– А как насчет леди Фанчер? – Эмму очень беспокоило, как ее добрая патронесса обходится без нее. – Она не тревожится?

– Ей нехорошо, – сказал Жан-Пьер.

Эмма уронила гроздь винограда. Ягоды покатились со стола на пол, но она этого не заметила.

– Ребенок?

– Так нам сказали. – Жан-Пьер выглядел иначе, чем во время визита в замок Фанчеров. Его белесые глаза стали еще светлее, будто душа улетела и осталась лишь оболочка человека.

– Если бы вы были хорошей девочкой, то вернулись бы в дом Фанчеров и стали помогать дорогой Элеоноре, – упрекнул Эмму Сандре.

– Если бы вы не убили Эмею, Элеонора не заболела бы от горя, – парировала она.

Сандре схватил ее за косу и с силой дернул назад.

– Мисс Чегуидден, вы напрашиваетесь на неприятности!

– Нет, я прошу о правосудии.

– Уберите еду, – посоветовал Жан-Пьер.

Эмма успела сунуть остатки хлеба в карман.

Сандре вручил ей яблоко.

– Послушайте меня, мисс Чегуидден. Я объявил всем, что мы поймали Мстителя и повесим его в воскресенье.

Холодок пробежал у нее по спине.

– На самом деле никто не собирается вас вешать, – уверил ее Сандре.

– Нет? – Жан-Пьер искренне удивился.

– Нет. Будь цивилизованным гражданином, Жан-Пьер, – укорил Сандре и повернулся к Эмме. – Вы будете приманкой. Мы рассчитываем, что настоящий Мститель попытается спасти вас, и мы его схватим. Все просто!

– Просто, – сказала Эмма. – Но это не сработает. Меня некому спасать. Мститель – это я.

– Вы когда-нибудь видели казнь через повешение, мисс Чегуидден? – небрежно спросил Сандре. – Очень интересное зрелище. Если все сделать правильно, агония может продолжаться долгие часы.

– Спасибо, что предупредили. – Сердце Эммы замедлило бег, кровь застучала в висках.

– Но без этого вполне можно обойтись. Есть альтернатива. – Сандре был само очарование.

Эмме хотелось заткнуть уши.

– Вы должны в воскресенье выйти за меня замуж.

– Замуж за вас? За хладнокровного убийцу жены вашего кузена? Милой доброй женщины, чьим единственным недостатком было простодушие? Нет! Я всего лишь компаньонка, но, уж поверьте, никогда не унижусь до такого.

Эмма снова оказалась в темнице, и теперь уже обе ее руки были прикованы к стене. Она понимала, что в конце концов принцу надоест ее сопротивление и он сделает с ней то же, что с Эмеей: ее изуродованное тело найдут на камнях под террасой дворца.

Что ж, чем скорее, тем лучше. Как Сандре и Жан-Пьер, Эмма надеялась, что Мститель обязательно придет спасать ее. Он может проникнуть в королевский дворец и напасть на принца, но… не сумеет победить.

Дьюрант однажды вырвался из этого ада, и Эмма не хотела, чтобы он туда вернулся.

В следующий раз ему не удастся выйти отсюда живым.

В субботу днем принц Сандре, хмурясь, вошел к Жан-Пьеру с письмом, запечатанным красной печатью.

Жан-Пьер, оторвавшись от изучения карты Морикадии, поклонился и спросил:

– Чем могу служить, ваше высочество?

– Я получил письмо от кузины Элеоноры. Она пишет, что слышала, будто сегодня вечером Мститель явится людям Морикадии и поднимет восстание, чтобы свергнуть меня.

– Ваше высочество, нам эти разговоры уже известны. – Жан-Пьер не обращал внимания на слухи, предпочитая обыскивать укромные уголки Морикадии в поисках убежища Мстителя.

– Элеонора очень настойчива и обеспокоена моей безопасностью, а кузина не та женщина, чтобы поднимать тревогу без причины.

– Послать кого-нибудь, чтобы ее доставили во дворец и мы могли допросить ее?

Сандре похлопывал письмом по руке.

– Нет. Элеонора единственная, кто… Нет, я не могу допрашивать ее как преступника.

Жан-Пьер понимал, почему Сандре колеблется. Он убил Эмею, непочтительно говорил с Элеонорой и теперь боялся, что утратил ее расположение. Это письмо было свидетельством, что Элеонора все еще считает Сандре хорошим человеком и что его просто опорочили. Несмотря на свои пагубные наклонности, Сандре нуждался в ее наивной вере.

Сам Жан-Пьер считал Элеонору полной дурой.

– Что, если я навещу ее дома и расспрошу обо всем? – предложил он.

– Нет! Фанчер обидится.

– Почему вас это волнует?

– Он человек тихий, но влиятельный. Не хочу его раздражать.

Жан-Пьер и раньше предполагал, что Мститель – это лорд Фанчер, и теперь задумался об этом снова. Фанчер очень сдержан и достаточно скрытен, чтобы играть эту роль.