Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

времени издает тихий стон, запустив пальцы в мужские волосы, что оказываются такими мягкими на ощупь, и даже не думая вырываться из его рук.

— Черт, твой запах все больше сводит меня с ума, — низким, бархатистым голосом признается Терренс и полной грудью вдыхает запах кожи на изгибе шеи Ракель, придерживая ее за затылок одной рукой. — О, черт…

— Должна признаться… — с прикрытыми глазами тихо произносит Ракель и слегка прикусывает губу. — Твой тоже… Твой тоже сводит с ума…

— Никто прежде не заставлял меня терять голову так, как ты. Никто…

— Черт…

Ракель начинает томно постанывать в тот момент, когда Терренс оставляет несколько коротких поцелуев на некоторых местах ее шеи. А в какой-то момент она берет его лицо в руки и сама оставляет парочку чмоков на его губах и повторяет некоторые из тех приемов, которые использовал он сам.

« Надо же… — думает Наталия, покачав головой. — Никогда не думала, что ненависть может пробудить такую сильную страсть. Кажется, еще немного, и эти двое точно снимут с себя все шмотки и потрахаются прямо здесь. Ну или МакКлайф предложит Кэмерон отправиться в свой номер и осуществит свою мечту затащить ее в постель. »

Спустя несколько секунд Ракель немного отстраняется от Терренса и, находясь очень близко к нему, уверенно смотрит ему в глаза и наслаждается каждым прикосновением к бледной от природы мужской коже, что не только обладает головокружительным запахом, но еще и оказывается очень мягкой и нежной.

— И кстати… — тихим, низким голосом произносит Ракель. — Ты мне тоже нравишься…

— Нравлюсь? — загадочно улыбается Терренс.

— Наверное, если бы кто-то узнал, что мне понравился такой невоспитанный и наглый осел, как ты, то он покрутил бы у виска и назвал меня сумасшедшей. Но… — Ракель пожимает плечами. — Это так. Я без ума от тебя, хотя и считаю, что это неправильно. Неправильно… Влюбиться в того, кто ненавидит тебя и обращается с тобой так, как обращаются только твари.

— Но я вовсе не ненавижу тебя, — возражает Терренс.

— То, что между нами происходит, – самое настоящее безумие. Безумие, с которым я ничего не могу поделать. Это не в моих силах. Ох… Иногда можно искренне удивляться тому, в кого некоторые люди влюбляются. Но мы сами приходим в ступор, когда наши сердца выбирают тех, с кем не стали бы встречаться даже в своих самых безумных фантазиях.

— Могу сказать про тебя то же самое.

— Так что, поздравляю, красавчик, ты все-таки выиграл .

— М-м-м… Ты впервые назвала меня красавчиком.

— Да… Вынуждена признать, что ты очень даже ничего… — Ракель с загадочной улыбкой медленно ходит пальцами по груди Терренса. — Не Аполлон, конечно… Но далеко не урод.

— Зато я посчитал тебя нереальной красавицей с тех пор, как увидел в тот день в первый раз, — признается Терренс. — И буквально потерял голову, едва взглянув на тебя.

— Что, прямо сразу?

— Сразу. Меня будто током ударило. В тебе есть что-то, что мне очень нравится. Я не знаю, почему, но ты очаровываешь меня. Ты заставляешь думать только о тебе.

— Впрочем… С первого взгляда и ты мне приглянулся.

— Вот как?

— Правда, твое грубое поведение мгновенно заставило меня забыть об этом.

— Ну да, признаю… Тогда я немного перегнул палку.

— Ха, ничего себе немного! — громко ухмыляется Ракель. — Так возмущался из-за того, что тебе не поцеловали ручки и ножки, что чуть не разнес все агентство.

— Просто ты поставила меня в тупик.

Терренс тыльной стороной руки проводит по щеке Ракель и кончиками пальцами нежно ласкает изгиб ее шеи.

— Ты первая, кто так себя повел, — добавляет Терренс. — Это меня разозлило и заинтересовало одновременно.

— Ну а ты привыкай, что все девчонки без исключения никогда не будут восхищаться тобой, — расставляет руки в бока Ракель.

— А между прочим, ты и сама поддалась моим чарам.

— Да что ты!

— Ты лишь строила из себя недотрогу. Хотя на самом деле только и думала обо мне. И хотела, чтобы я ласкал и целовал тебя.

— Однако ты не думай, что это что-то поменяет.

— А?

— Да, я сказала, что ты мне нравишься. Но это не значит, что теперь я буду во всем тебе подчиняться. Это не изменится. Я не прыгала перед тобой на задних лапках и не буду это делать.

— Уверен, что у меня еще получится тебя укротить.

— Нет, дорогой мой, не получится.

— Ар-р-р, вот вредная сучка, — с наслаждением рычит Терренс.

— От наглого кобеля слышу.

— Значит, ты отказываешься быть милой и покорной девочкой?

— С тобой я никогда не буду такой!

— Ну ладно, раз тебе и правда нравится грубость, то я буду продолжать свою тактику и забуду обо всякой осторожности.

— Я понимаю, что все это безумие. Вряд ли бы моя семья пожелала мне такого наглого придурка, который ведет себя просто отвратительно. — Ракель хитро улыбается. — Но мне это нравится . Очень даже нравится. Твои действия возбуждают меня намного больше, чем слишком милое и вежливое отношение многих парней.

— М-м-м, да ты любительница остренького, — с загадочной улыбкой мурлыкает Терренс.

— Просто хочу поставить тебя на место и спустить с небес на землю. Чтобы заставить тебя хорошо запомнить, что ты не что-то, чем восхищаются абсолютно все.

— Да уж… Я связался с непростой девчонкой, с которой у меня будет немало проблем. Но я трудностей не боюсь и привык их преодолевать.

— Ну знаешь, ты тоже не подарок.

— И да, несмотря на то, что ты отвратительно вела себя на фотосессии, мне все равно понравилось с тобой работать.

— Да и я не могу сказать, что все было ужасно, — задумчиво отмечает Ракель. — Я бы сказала, что после того поцелуя мы даже начали работать как-то лучше.

— Верно, работа пошла намного лучше, а твои наряды были еще более сексуальными.