Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

черт знает кого, Кэмерон! Просто признайся, что я тебе нравлюсь, и ты хочешь меня.

— Меня от тебя тошнит!

— Признайся!

— Я не собираюсь лгать!

— Ты лжешь ! — Терренс резко сокращает расстояние между собой и Ракель и уставляет уверенный взгляд в ее глаза. — Хочешь позлить меня! Вывести на эмоции! Тебе НРАВИТСЯ это делать! НРАВИТСЯ заставлять меня выходить из себя!

— Мне и не надо ничего делать, потому что ты и без того больной на голову, — грубо заявляет Ракель.

— Как будто ты здорова!

— Буду куда здоровее тебя!

— Не выводи меня из себя, сучка. А иначе тебе придется сильно пожалеть об этом.

— Иди лучше потрахайся с какой-нибудь проституткой!

— Это ТЫ найди кого-нибудь, в чьи трусы ты могла бы залезть!

— Вот и найду!

— Ищи!

— Ищи себе шлюху!

— Ищи себе кобеля!

— От кобеля слышу!

— От шлюхи слышу!

— Я НЕ ШЛЮХА!

— Хватит бесить меня!

— Сам не беси меня!

— Возьми у кого-нибудь пару уроков хороших манер. Вроде девчонка, а такая грубая, невоспитанная и громкая.

— Ты говоришь это себе? Наглому и бессовестному извращенцу!

— Твоя семейка явно ничему тебя не научила.

— Как будто твоя вырастила достойного человека! Раз ты не знаешь, как обращаться с девушками и думаешь, что они готовы раздвинуть ноги, едва увидев тебя.

— Интересно, а твоя родня знает, что ты ведешь себя как шлюха, которая откровенно флиртует с мужиками и только и рада повилять перед ними задницей и услышать от них громкий свист или парочку комплиментов? Или же ты притворяешься перед ними святой и соглашаешься с тем, что секс может быть только после свадьбы?

Одержимая гневом Ракель с частым дыханием со всей силы залупляет Терренсу пощечину, после которой он резко берется за щеку. Пока Наталия приходит в шок ото всего, что происходит прямо на ее глазах, и слегка приоткрывает рот.

« Ничего себе… — думает Наталия. — Да у них там страсти покруче, чем в любом сериале! Искры так и летят из глаз! Если бы это была игра актеров, я бы однозначно поверила. И с удовольствием продолжила бы смотреть такой сериал и болеть за их пару. Мне реально нравится наблюдать за тем, что там у них происходит. »

Терренс несколько секунд потирает горящую щеку, а затем, придя в ярость после произошедшего, одной рукой крепко берет Ракель за волосы, а другой крепко сжимает ей горло. Из-за чего возбужденная девушка слегка вздрагивает с испугом в глазах.

— Ты опять за свое? — возмущается Терренс, уставив свой испепеляющий, холодный взгляд в глаза Ракель. — ОПЯТЬ РАЗДАЕШЬ МНЕ ПОЩЕЧИНЫ?

— Получаешь то, что заслуживаешь, — с гордо поднятой головой заявляет Ракель.

— Да тебе, сучка, нравится влипать в неприятности. Нравится, когда тебе стучат по башке.

— Нет, это тебе нравится выставлять себя больным ублюдком прямо посреди улицы.

— Как будто тебе понравится, если тебя будут дубасить. Как будто тебя это приведет в восторг.

— Если тебе так нравится получать тумаки, то могу с радостью влепить тебе еще парочку пощечин. И добавить еще один-два крепких ударов по яйцам. Чтобы ты хорошо прочувствовал все это!

— Не исключаю, что тебе вообще нравится, когда с тобой грубо обращаются. Учитывая, что ты не ревешь и трясешься передо мной как зайчиха.

— Реветь и трястись из-за какого-то больного ублюдка, который решил, что я – его собственность? — Ракель презрительно усмехается. — Я еще с ума не сошла!

— Придет день, когда ты будешь моей ! — уверенно заявляет Терренс. — И только моей!

— НИКОГДА! Слышишь, НИКОГДА!

Ракель грубо отталкивает Терренса от себя и начинает со всей силы дубасить его куда только можно, никак не сдерживаясь и выпуская всю злость, что в ней копилась еще с того момента, как она впервые с ним поругалась.

— Ты… — грубо бросает Ракель. — Скотина… Ублюдок! Тварь! Козел!

— Прекрати выставлять себя истеричкой, — сухо требует Терренс, никак не реагируя на действия Ракель.

— Кобель! Мразь! Сука!

— Люди смотрят на тебя, дура!

— ПУСТЬ СМОТРЯТ! МНЕ ПЛЕВАТЬ!

— Так, а ну успокойся! Успокойся немедленно!

— Ненавижу тебя, НЕНАВИЖУ! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ! БУДЬ ПРОКЛЯТ ТОТ ДЕНЬ, КОГДА Я ПОЗНАКОМИЛАСЬ С ТОБОЙ!

— Блять, да заткнись ты уже, сучка!

— ТЫ ИСПОРТИЛ МНЕ ЖИЗНЬ! ИСПОРТИЛ ВСЕ, ЧТО МОЖНО!

— Сейчас же прекрати эту истерику!

— ГОРИ В АДУ, ТЕРРЕНС МАККЛАЙФ! ГОРИ! ЗА ВСЕ, ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ!

— Я сказал, СЕЙЧАС ЖЕ УСПОКОЙСЯ!

Терренс крепко берет взбешенную Ракель под руки и слегка встряхивает ее, пока она все еще пытается отдубасить его.

— УСПОКОЙСЯ, БЛЯТЬ, ИСТЕРИЧКА! — во весь голос вскрикивает Терренс. — ХВАТИТ ОРАТЬ!

— ОТПУСТИ МЕНЯ! — грубо требует Ракель, пытаясь вырвать руки из хватки Терренса. — Отпусти, я сказала!

— А ты успокойся! И хватит распускать руки! Хватит вести себя как хабалка!

Терренсу еще несколько секунд приходиться бороться с Ракель до того, как он решает грубо оттолкнуть ее от себя. Они оба смотрят друг на друга с частым, громким дыханием, пока в воздухе воцаряется тишина. В какой-то момент девушка снова пытается наброситься на мужчину, но тот просто крепко берет ее обеими руками и прижимает поближе к себе. Она несколько секунд сильно бьет его руками в грудь, но затем переводит взгляд на его глаза и будто околдованная прекращает это делать.

Легко заметить, какими напряженными они становятся, когда их лица оказываются на мизерном расстоянии. Дыхание становится неравномерным, а сердце начинает биться так, как это происходит в моменты страха или волнения. Его звук эхом отдается в виски, ноги будто бы все больше слабеют, а помнить о том, что нужно дышать, становится все сложнее. Их взгляды сосредоточены на глаза друг друга, в которые Терренс и Ракель внимательно всматриваются с довольно затрудненным, частым дыханием.

Злость и ненависть по-прежнему одержимы ими обоими и порождают еще большее влечение друг