Подонки «Запретный пульс» - Кейт Блейз

Она застонала, закрыла глаза, откинула голову.

Он вынул палец, снова обмакнул. Теперь втёр порошок в клитор, в складки, в нежную кожу.

Джесс выгнулась. Дыхание участилось, стало громче. Зрачки расширились, пульс забился на шее. Она виляла бёдрами, тёрлась о стол, выгибалась в наручниках, усиливая трение.

— Ещё… — прошептала она. — Пожалуйста…

Он смотрел на её лицо, искажённое наркотическим блаженством. На тело, которое уже не принадлежало ей.

Готова.

Он отошёл к двери, приоткрыл. В коридоре ждали четверо. Хантер позвал их — молчаливых, одинаковых в чёрном. Они смотрели на Рида, ждали команды.

— Девочка готова. Согласна на всё. Но будет играть в недотрогу. Не обращайте внимания.

Один усмехнулся. Все кивнули.

Рид вернулся в кабинет, сел в кресло Грэма. Устроился поудобнее, чтобы видеть и стол, и её, и дверь.

Джесс уже не соображала, где находится. Её тело извивалось, она что-то шептала, постанывала, тёрлась ногами.

Рид перевёл взгляд на дверь, где замерли четверо.

— Приступайте, — сказал он.

Глава 5. Зрелище

Четверо вошли бесшумно, как звери, почуявшие добычу.

Они казались одинаковыми в своей хищной красоте — широкие плечи, перекатывающиеся мускулы под тонкими футболками, квадратные челюсти и взгляды, которые уже раздевали её, хотя парни стояли в трёх метрах. Первый — блондин с татуировкой дракона на руке, второй — брюнет с цепью на шее, третий — рыжик с веснушками, усыпавшими переносицу, четвёртый — самый высокий, с выбритыми висками и холодной улыбкой.

Джесс смотрела на них, и в расширенных зрачках медленно проступало осознание. Она перевела взгляд на Рида, который сидел в кресле, закинув ногу на ногу.

— Но я думала, это сделаешь ты, — голос дрогнул от непонимания, а не от страха.

Рид улыбнулся. Холодно, без тени тепла.

— Ты же обещала сделать мне приятно. А мне нравится именно это.

Она моргнула. Порошок всё ещё пульсировал в крови, разгоняя жар по телу, превращая мысли в тягучую пасту. Парни не стали ждать. Они двинулись к столу.

Первый — блондин с драконом — встал у её головы, провёл пальцами по губам, раздвигая их, и засунул два пальца в рот. Джесс послушно обхватила их языком. Второй — брюнет — сжал её грудь, выкрутил соски, и она выгнулась, застонав сквозь пальцы. Третий — рыжик — опустился ниже, раздвинул бёдра, ввёл палец внутрь, потом два, двигая быстро, грубо, вынимая и снова вонзая. Четвёртый — высокий — стоял у ног, наблюдал, поглаживая свой член через джинсы.

— Какая мокрая, — усмехнулся рыжик, вынимая пальцы и показывая их остальным. Блестящие, влажные.

— Сладкая, наверное, — ответил блондин, продолжая держать пальцы во рту.

— Сейчас проверим, — бросил брюнет, наклоняясь и принимаясь ласкать её грудь с двух сторон: один сосок он втянул в рот, покусывая и оттягивая, другой сжимал пальцами.

Пальцы блондина были горячими, сухими, с мозолями на подушечках — они царапали нёбо, когда он вводил их глубже. Ладони брюнета — влажные, липкие — скользили по её телу, сжимали, отпускали, оставляя красные следы. Она стонала от наркотика, от прикосновений, от того, что тело отвечало на всё это вопреки любой логике. Голова кружилась, внизу живота пульсировало. Граница между «хочу» и «не хочу» стёрлась, как старая резинка.

На миг её взгляд прояснился. Она посмотрела на Рида, открыла рот — но блондин тут же засунул пальцы обратно, и она забыла, что хотела сказать. Зрачки снова расширились, тело обмякло.

Рид смотрел. Сложил руки на подлокотниках кресла Грэма, откинулся, наблюдая. Ничего. Просто мясо.

Блондин вынул пальцы из её рта, розстегнул ширинку, достал член. Твёрдый, с набухшей головкой, он провёл им по губам, размазывая слюну.

— Открывай рот, сладкая. Люблю, когда девушки стараются. Даже если им не платят.

Джесс подчинилась. Он вошёл неглубоко, давая привыкнуть, потом глубже, до горла. Она захрипела, но осталась на месте — наркотик притупил рвотный рефлекс, превратил дискомфорт в странное, тягучее удовольствие.

Тем временем брюнет и рыжик переглянулись. Рыжик скользнул рукой по её животу, нащупал клитор, начал круговые движения, продолжая ласкать грудь. Брюнет наклонился и втянул второй сосок в рот, покусывая, оттягивая, заставляя Джесс выгибаться навстречу.

Она задыхалась от одновременных прикосновений. Наручники звенели, когда она дёргалась, но не сопротивлялась — наоборот, подавалась бёдрами навстречу пальцам рыжика, который уже вводил в неё три пальца, растягивая и выкручивая.

— Пусть покричит, — сказал высокий, расстёгивая ширинку. — Я хочу слышать.

Рыжик убрал пальцы, встал между её раздвинутых ног, приставил головку члена к влажным губам. Вошёл резко, одним толчком, до упора. Она вскрикнула — глухо, сквозь член блондина во рту.

Брюнет не отставал. Он забрался на стол сбоку, пристроил свой член у её руки, сжал её пальцы вокруг себя, заставляя дрочить. Она сжимала, двигала ладонью вверх-вниз механически, повинуясь.

Четверо работали слаженно, как единый механизм. Рыжик трахал её киску, блондин — рот, брюнет использовал её руку, а высокий стоял у ног, гладил бедро, потом скользнул пальцами к анусу, надавил, ввёл один палец, затем два.

Она мычала, захлёбываясь слюной, слёзы текли по щекам, но тело пульсировало, сжималось вокруг каждого, кто в неё входил.

Рид потянулся, закинул ногу на ногу. Скука. Чистая, ледяная скука. Они стараются. Она старается. А мне всё равно.

Рыжик кончил первым. Рвано выдохнул, вжался в неё до предела, замер, пульсируя внутри. Вышел, оставляя после себя белую дорожку, стекающую по бедру.

— Моя очередь, — сказал высокий, отодвигая его.

Он взглянул на Рида. Тот кивнул, достал из кармана ключ и бросил на край стола.

— Отстегни, — коротко бросил он. — Она уже никуда не денется.

Брюнет подхватил ключ, щёлкнул замками. Наручники упали на пол с металлическим звоном. Джесс дёрнула руками, потёрла запястья, попыталась привстать — но рыжик навалился сверху, прижал лопатками к столу.

—