Нельзя влюбляться - Рита Хан

Бутылочка крутится, шелестя по подносу, и останавливается, указывая на Зою. Так, так, так, а вот это интересно...

— Правда или действие?

Замираю, чувствуя, что игра... в чем-то даже начинает мне нравиться.

— Правда.

— Уверена, Рощина? — интересуется Рем заботливо.

— Да. — Быстрый взгляд в мою сторону.

Крошка Зоя осмелела? Ого, а мне это даже нравится. Пока я думаю над вопросом, меня опережает неугомонная Язва.

— Твой первый опыт? — Алиса не щадит даже своих, а мне от её слов становится жарко.

Черт, узнавать прямо сейчас столь пикантные подробности жизни Зои вовсе не хочется.

Во-первых, мне, почему-то, становится не по себе от одной мысли, что к ней кто-то кроме меня прикасался. Вот, реал, какое-то чудовище внутри просыпается, что я перестаю нормально соображать. Во-вторых, я всё еще уверен в том, что Зоя в этих делах полный ноль, иначе шарахалась бы она от моих поцелуев? Какая речь может идти об опыте?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Опыт? — Зоя совсем растерялась. Ну вот, что я говорил?

— Мне кажется, тут и без наводящих вопросов всё понятно, — Рем смеется в кулак, отбирает бутылку у Алисы и собирается крутить, как вдруг ботаничка выдает такое, от чего у меня глаза на лоб лезут:

— В деревне у бабушки. Это случилось прошлым летом...

Зоя

— В деревне у бабушки. Это произошло прошлым летом…

Произношу эти слова, а сама всеми силами пытаюсь не рассмеяться. Господи, видели бы они все свои лица со стороны!

Особенно, Тим. Ошалело вглядывается в мое лицо, пытаясь поймать взгляд, но я играю партию до конца, поэтому тщательно его игнорирую. Пусть это будет моей маленькой местью за то, что он вчера мне наговорил много обидных слов.

— Рощина, а вот с этого места поподробнее? — первым от шока отходит Лев. — Без интимных подробностей, но с паролями-явками.

— Мышь, а ты умеешь удивлять, — Язва присоединяется ко Льву, на время забыв о том, что они друг с другом в контрах. — Рассказывай, понравилось?

— Так, хватит! — Внезапно рявкает Ярцев, от чего мы все подпрыгиваем на месте. — У вас, что, у всех одно на уме? Нашли какую-то дурацкую забаву.

— Эй, Яр, ты чего?

— Ничего.

— По тебе не скажешь.

— Зоя, пойдем, на пару слов? — Тимур вдруг поднимается с места и протягивает мне руку.

— А ребята?

— Они пока сами поиграют, — интересно, что разгневанного взгляда удостаиваются и Рем, и Алиса.

Вот только им хоть бы хны: в ответ совершенно одинаковые «покер-фейс» и пожатия плечами. Ни дать ни взять двое из ларца.

— Что такое, Яр? Правда тяжело дается? — ехидничает Язва, от чего у Ярцева сводит скулы.

— Зоя, идешь?

Вроде бы задает вопрос, но тон не терпящий возражений и ясно дающий понять, что отказы не принимаются.

Мне ничего не остается как пойти за Тимуром в дом.

Слышу, как Лев с Алисой о чем-то шепчутся, потом, видимо, прийдя к единому мнению, решают жечь по полной дальше и крутят злосчастную бутылочку. Надеюсь, к нашему возвращению эти двое не натворят делов…

В доме уже темно и довольно тепло. Ярцев нашаривает выключатель и щелкает им пару раз, но безрезультатно, поэтому мы остаемся в темноте. Чертыхается, когда сбивает какую-то урну по пути в гостиную. Здесь такого хлама столько, что можно ноги переломать, думаю про себя, осторожно следуя за Ярцевым.

Прохожу к старенькому дивану, укрытому изъеденным молью пледом, и останавливаюсь. Ярцев же, наоборот, ходит взад-вперед, точно места себе не находит.

— Что это было?

— Что именно? — хлопаю глазами, изображая удивление, хотя прекрасно понимаю, что он имеет в виду.

И в душе никак не могу перестать ликовать от того, что рыба попалась на крючок. Не то, чтобы я хотела злить Тимура, просто не смогла удержаться от небольшого экспромта там, на пляже.

Конечно же, у меня не было и нет никакого сексуального опыта. Но я сегодня дофига смелая, раз заигрываю с таким крупным зверем, как Яр. И ведь самое забавное, он ведётся, а я от этого чувствую себя увереннее.

— Это была правда?

Яр останавливается в двух шагах и поворачивается ко мне. Выглядит крайне напряженным, ни с того ни с сего ерошит себе волосы, на удивление, становясь от этого только… привлекательнее.

— Ты меня за этим позвал в дом? — не могу скрыть нервной усмешки.

— Зоя, это правда?

Молчу, лишь пожимаю плечами. Стараюсь сделать максимально равнодушный и спокойный вид, а у самой такое волнение внутри. Что если ему… не все равно? Только по этой причине можно пытать меня сейчас глупым расспросом? Или есть еще что-то, какая-то более приземлённая причина?

— Даже если правда, какая разница? — Смотрю на Тимура в упор, бросая очередной вызов.

— Нет, малыш, ты врешь.

— С чего ты так решил?

— Вижу по глазам.

— Вот как?

— Да. Они говорят мне, что ты просто меня троллишь.

— С чего мне это делать?

— Это тебе лучше знать. И кстати, в бутылочку ты уже проиграла.

— Как жаль. Придется записаться к тебе на курсы.

— Хоть сейчас.

— Отлично. Правда или действие?

— Правда губительна. Действие, малыш.

Я забыла голову дома, раз говорю первое, что приходит на ум:

— Поцелуй меня.

Нет, все логично, я для себя решила кое-что. Обычно мне приходилось самой целовать Ярцева и вокруг всегда кто-нибудь да был, а здесь и сейчас — никого. Значит, нам не нужно прикидываться и строить из себя страстно влюблённую пару.

Если я ему не нравлюсь, то он