Цыганский барон и его пташка - Ника Лор

был напряжен. Да и я была не в лучшем настроение. Страх того, что Тагар решит бросить меня, после этих дурацких фоток, нависал надо мной до тех пор, пока Рамир не решил взяться за нас. Он и споил моего мужа. Я же была непреклонна, но этому засранцу все же удалось заставить меня выпить два бокала вина. Это помогло расслабиться. Свадьба прошла весело, в отличие от утра.

— Держи. Отнеси это мужчинам.

Я схватила поднос с кружками кофе и направилась в столовую. Меня встретили три пары глаз. Тагар держался за голову, но все же улыбнуться мне. Рамир выглядел не лучше. Он сидел, облокотившись о спинку стула и скрестив руки на груди. Его глаза были прикрыты, но запах кофе пробудил мужчину. Муж Сони же выглядел лучше всех. На его суровом лице не было ни капли усталости. Он просканировал меня своими холодными серыми глазами, а затем спросил:

— Где Соня?

— На кухне. Позвать ее? — я расставила кружки и выпрямилась.

— Нет. Мы выпьем кофе, а затем сразу отправимся в город.

— Мы отправимся, когда чертова таблетка начнет действовать и моя башка не будет раскалываться, — прохрипел Тагар, делая глоток горячего напитка.

— Мы и так задержались, — гаркнул Яров, заставив меня вздрогнуть. — Не мои проблемы, что кто-то не знает свою меру в алкоголе.

Я бросила взгляд на мужа, которому явно не понравился тон мужчине. Они же не начнут драться? Рамир выглядел спокойным, поэтому я решила, что такие отношения между этими двумя альфа-самцами-обычное дело. Оставив их, я вернулась на кухню, где Соня болтала с Динарой.

— Первая беременность и роды всегда страшно. Второй раз, третий уже как по накатанной.

Я присоединялась к ним и примкнула губами к своей чашке, в которой уже остыл чай. На свадьбе, когда между мной и Соней развязался разговор, она обмолвилась, что была беременна двумя детишками. Для меня до сих пор оставалось загадкой, как она сможет их выносить. Девушка была очень миниатюрной.

— Я родов боюсь больше всего. Думаю, что это самое страшное.

— Самое страшное это когда твой ребенок плачет, а ты ничего сделать не можешь. Его плач разрывает твое сердце. Ты говоришь ему, чтобы он успокоился, что все хорошо, а у самой слезы из глаз ручьем льются от злости за свою никчёмность. Самое тяжелое это первые год. Твоя жизнь полностью начинает принадлежать малышу. Тебе нужно будет во всем подстраиваться под режим ребенка. Спустя время ко всему привыкаешь, конечно.

Я тяжело вздохнула. Эта тема напомнила мне ужасную историю Гырцони. Динара и правда одна из самых сильных женщин. После всего, что с ней произошло, она разговаривает с нами на больную для неё тему.

— Ты тоже не затягивай. Тагар уже давно не мальчик. Ему еще десять лет назад стоило остепениться, а этот упрямец тянул до последнего.

Её недовольный голос почему-то вызвал улыбку на моем лице. Спустя некоторое время, женщина оставила нас одних с Соней.

— Ты же недавно переехала в город?

— Да.

— Уже обзавелась друзьями?

Мой голос звучал жалостливо. После предательского поступка Светы и Гриши, у меня не было никакого желания даже видеть их. А то, что Тагар сделал с моим бывшим парнем оставалось покрытой для меня тайной. Мужчина на отрез отказался говорить и закрыл эту тему раз и навсегда.

— Мне негде было их найти. Я проучилась в университете от силы два месяца, а после вышла замуж и вот, — опустила она глаза на свой еще не выпирающий живот.

Из меня вырвался смешок.

— Думаю, что скоро я разделю с тобой эту учесть. Тагар еще до свадьбы начал намекать о детях. Вряд ли теперь я смогу его остановить.

Соня легонько улыбнулась. Она идеально подходила своему мужу. Что мужчина был сдержан на эмоции, что девушка.

— Теперь, когда наши мужья будут работать вместе, мы бы могли стать подругами, как идея?

— Я согласна, — стеснительно пробормотала Ярова, а затем тише добавила, — если Руслан не будет против.

Её муж чересчур заботлив. Его опека переходит все границы.

Несколько минут мы провели вдвоем, обсуждая наши будущие посиделки, пока на кухню не завалились мужчины. С их появлением вдруг стало тесно. Крупные тела занимали очень много места.

— Поехали, — скомандовал Руслан, и помог Соне слезть с высокого стула.

Тагар сделал тоже самое, хотя по его виду он сам нуждался в помощи.

— Голова все еще болит?

Он нахмурился, давая мне молчаливый ответ.

— Мы решили с Соней все вместе отметить Новый год. Как вам идея?

Мужчины обменялись взглядами между собой. Прищурились, сверкая глазами на друг друга. Это идея им явно не понравилась.

— Мы подумаем, — кивнул Руслан и повел свою жену к выходу.

Я растянулась в улыбке, смотря на Тагара.

— Мы исполним любые ваши капризы, — прошептал он мне на ухо. — Не обращай внимание на этого высокомерного ублюдка. Он находится под каблуком своей жены.

— Как и ты, — хихикнула я и последовала к выходу из дома, услышав за спиной мужской смешок.

На улице мы попрощались с Динарой и Рамиром. К нам подъехало пять машин. Из одной которой выбежала моя мама и обнялась на прощание с Гырцони. Джура следовал за ней, словно тень. На свадьбе я узнала, что он переезжает с нами в город, чтобы помогать Тагару с работой.

— Они провели ночь вместе? — прошептала я на ухо Тагару.

Он обменялся взглядом с другом, который лёгонько кивнул, приветствуя.

— Хоть кому-то этой ночью было хорошо, — сдавленно произнес Гырцони и тут же получил моим локтем в бок.

Мы расселись по машинам и всем конвоем отправились в город. Тагар облокотился на меня и вздремнул. Мне же было не до сна. Некое волнение моего первого раза скреблось внутри дикой кошкой. Горло сохло, ладони потели.

Когда автомобиль остановился напротив двухэтажного дома, я поняла, что это наша конечная точка. Голова Тагара приподнялась, освобождая меня от своей тяжести.

— Как тебе? — кивнул он в сторону дома.

В нем не было такой роскоши и блеска, которым хвастался особняк, но дом обладал уютом и теплом.

— Мне нравится, — улыбнулась я. — Когда ты успел его купить? Не припомню, чтобы ты ездил в город.

— Не я, а Руслан. Он позаботился о том, чтобы прежние владельцы решили внезапно съехать и продать свой дом.

Хитрый оскал мужчины дал мне понять, что здесь пахнет криминалом.

Я неодобрительно покачала головой и вышла на улицу, чтобы ближе рассмотреть дом. Тяжелая рука легла на мою талию.

— Идем, — прохрипел мужской голос над ухом.

— А вещи? — обернулась я на вторую машину, из которой