Первый парень на «горшке» - Тата Кит

– Ладно, девчонки, идём. Киношка уже началась, – взял он мягко одну из них. Алик занялся второй. Брюнетка осталась прожигать меня и Августину ненавидящим взглядом.

– Вика, пойдём с нами, – позвала её одна из самых сочувствующих подружек.

Лицо брюнетки исказила гримаса, от которой даже и рефлекторно поморщился.

– В этом клоповнике? – бросила брюнетка брезгливо. – Сами смотрите, – фыркнула она, и демонстративно высыпала содержимое своего ведерка с попкорном на пол. – Свинарник, – хмыкнула она и, швырнув на тот же пол само ведерко, гордо задрав башку, поцокала на каблуках к выходу.

Подружайки ее, мнение которых вообще никто не спрашивал и не интересовался их солидарностью, тоже зашагали за подругой. Но попкорн на пол сыпать не стали, вместо этого просто вручили ведерки парням.

– Ну и ладно, – хмыкнул неунывающий Алик. – Нам больше достанется.

– Идите, – многозначительно указал на двери в зал, где уже ревела из колонок заставка.

Помявшись, парни, всё же, пошли в сторону кинозала.

Августина спокойно вышла из-за прилавка с веников и совком. Начала невозмутимо подметать то, что натворила тут брюнетка.

– Я сам уберу, – сказал я ей и торопливо стянул с себя куртку, которую отдал Гу́се, а сам забрал у нее орудия труда.

– Сам Рамиль метет пол в общественном месте? – лукаво улыбнулась Августина. – Можно я сниму этот редкий кадр на камеру телефона?

– Только если после этого дашь мне номер своего телефона, – ехидно подметил я.

– Ладно, – нарочитый вздох. – Возьму потом запись с камер наблюдения. Там с нескольких точек снято. Это даже круче.

Сказав это, она зашла за прилавок и аккуратно повесила мою куртку на спинку высокого стула, который выдвинула из-под стойки между нами.

– Слушай, Августина, – начал я, заметая попкорн в совок. – Эта… Я был знаком с ней один вечер. Не думал, что у нас когда-либо состоится повторная встреча.

– Ты пытаешься извиниться за неё?

– Если тебе это нужно, то я готов.

– Мне это не нужно, – чуть нахмурилась она и потянулась к шоколадкам, раскладывая их под стеклом прилавка. – Папа называет таких людей «клопами». Говорит, если они не начнут вонять, то на них никто и внимания не обратит. А если на них обратить внимание уже после того, как они начали вонять, то вони будет еще больше. Поэтому – ушла и ладно. Ты в ее поведении не виноват. А за своё ты извинился еще перед отъездом. Так что не заморачивайся.

– Погуляем после твоей работы? – спросил я, понимая, что тема брюнетка исчерпана и мне самому не хотелось ее касаться.

– После одиннадцати вечера? – вскинул Августина брови. – Ты так хорошо подмел пол, что я должна пожертвовать своим отдыхом ради поздней прогулки с тобой?

– Ни одной попкорнинки не осталось, – указал на результат своих трудов.

– Погуляем завтра, раз уж договорились встретиться завтра, – улыбнулась она мне, видимо, желая смягчить отказ.

– Но до общаги хотя бы я могу тебя подвезти после рабочего дня?

– До общаги? – чуть сощурилась Гу́ся, словно раздумывая над моим предложением и не в лучшую для меня сторону. – Хорошо. До общаги можно.

– И номер телефона свой дашь?

– Не наглей, – усмехнулась она. – Дам ли я тебе свой номер, зависит от того, как пройдет завтрашний вечер.

Глава 42. Августина

– Ты его сделаешь, – меланхолично произнесла Таня со своей кровати.

– Что? – отвлеклась я от своего отражения в зеркале и посмотрела на соседку по комнате, которая, полеживая на постели, лениво листала журнал с комиксами.

– Ты его сделаешь, говорю, – положила она журнал на живот и накрыла его сплетенными пальцами. Любопытно оглядела меня с ног до головы и улыбнулась уголками губ. – Это нокаут, детка.

– Перестань! – закатила я глаза и снова вернулась к отражению в зеркале. Придирчиво разгладила подол платья и пропустила локоны между пальцами. – Кажется, я перестаралась.

– Либо этот парень потеряет сознание, только увидев тебя в этом крышесносном платье и на этих шпильках, либо ему втащишь ты за недостаточную впечатлительность. Рука у тебя тяжелая. Либо очень быстро к месту вашего свидания прибегу я и наваляю этому парню. В любом случае, он будет сражен твоей красотой.

– Сейчас мне его даже немного жалко стало, – рассмеялась я и поддела губы красной помадой. Буквально пошлепала по верхней и нижней подушечкой пальца, чтобы лишь слегка придать губам оттенок красного. Не хочется выглядеть вульгарно и броско.

Телефон, ключ от комнаты и кошелек закинула в небольшую черную сумочку на тонкой серебристой цепочке. Немного подумав, решила, всё-таки, надеть плащ.

Неизвестно, куда мы поедем. Вдруг, Рамиль запланировал свидание на улице. Сидеть и покрываться мурашками или трястись, подавляя желание прикрыться скатертью со стола, мне не хотелось.

– Сними! – припечатал строго Таня.

– Что снять?

– Плащ сними, Тина. Пусть этот парниша сам тебя греет. Не облегчай ему задачу.

– Как он будет меня греть, если вечер проведет без сознания, как ты ему предрекла? – спросила я и вытянула волосы из-под серого плаща, рассыпав их по плечам. Так-то лучше.

– Но сначала он поделиться с тобой своей курткой, пиджаком… или что там у него будет.

– А потом сам будет весь вечер мерзнуть, – фыркнула я. – И в чем прикол?

– Капец ты неромантичная, – тяжелый театральный вздох, и Таня снова уткнулась в свои комиксы.

– Ладно, пойду я. Уже без пяти.

– Ага, удачки! – послала Таня мне воздушный поцелуй и проводила взглядом, напоследок подмигнув и шепнув. – Красотка!

Ответила я тем же воздушным поцелуем и закрыла дверь в нашу комнату.

Спустилась в холл и, прежде чем выйти на широкое каменное крыльцо, расправила плечи, еще раз пробежалась пальцами по волосам и только после этого распахнула тяжелую металлическую дверь, выйдя в теплый сентябрьский вечер.

Взгляд сразу нашел красную знакомую машину, бледный свет фар которой светил мне прямо в ноги.

От капота отделилась тень, в которой я сразу узнала Рамиля.

Сердце волнительно затрепыхалось в груди. Я будто первый раз вижу этого парня.

Рамиль тоже