Измена. Вернуть жену - Анна Гур

и отпустить тебя смогу, но правда в том, что не смогу. Я не смог отпустить тебя, думая, что ты во всех смертных грехах виновата, а когда понял, что виной всему я.. проси все, что хочешь. Хочешь сердце себе вырву и упаду трупом к твоим ногам? Все, что хочешь, проси, но не отпустить, потому что этого не смогу, я не настолько благороден.

Смотрю в глаза Игната и понимаю, что он честен, он до безумия честен и не лжет ни в одном из своих слов. Что я могу против него? Если бы он захотел, то потерял бы меня так, что не нашли тогда, когда думал, что я виновна, но.. он не сделал. он не мешал, не вмешивался в мою жизнь..

правда, мужчин отваживал, как понимаю. Натура у него слишком собственническая, а сейчас он стоит передо мной совершенно обнаженный, и я не про наготу его тела, он абсолютно открытый, а я.. я понимаю, что устала воевать с этим мужчиной, более того, я понимаю, что не хочу бить тогда, когда перевес на моей стороне, а я чувствую, что Игнат позволит мне истязать его, так как чувствует себя виноватым.

Не чувствовал бы, не был бы столь болезненно правдив.

— Значит, сделаешь все, что я попрошу? - наконец выговариваю медленно.

И Игнат кивает.

— Абсолютно все.

Всматриваюсь в желтоватые глаза своего раненого хищника и отвечаю с жаром, который вспыхивает в моей груди:

— Тогда отомсти. Отомсти всем и каждому, кто причастен к тому, что мы потеряли.

Кривит губы в усмешке, и глаза его вспыхивают огнем.

— Уже начал, любимая, уже начал интересную игру.

Глава 16

Игнат Юсупов

Смотрю на Клима. Встреча в его пентхаусе, в центре. Старый друг встает и проходит к своему кейсу, достает документы и передает мне.

- Что могу сказать, Игнат Маратович, я позарился на тендер, ну и.. посыпались проблемы, как из рога изобилия, более того, некто с фамилией Мельников возжелал встретиться.

Глядит в мои глаза, а у самого на дне зрачков будто сталь сверкает.

— Мельников? - переспрашиваю и хмурюсь. - Тот самый, который Иван Иванович?

Кивает и разваливается в кресле напротив. Сегодня Клим без пиджака, сорочка трещит на мощных плечах, а в глазах ярость просыпается.

— Он, сука мне, сказал, что встреча в моих личных, мать его, интересах! — рычит так, будто зверя едва цепи удерживают, и я щелкаю языком.

— Плохо, брат. Тут завязки по ходу на самых верхах.

Кивает. Зубы свои оголяет, настоящий белоснежный оскал волка.

— За тебя конкретно взялись, Юсупов, и человек, который играет в такой тонкий покер, не самый последний человек в этой стране, так как Мельников завязан с самыми верхами, все же бывший министр. Но мы с тобой знаем, брат, бывших не бывает.

Щелкаю натянутыми позвонками. Разрабатываю затекшую шею.

— Антошка Гандошка — это так, жучки да пучки, как, впрочем, и Константиновская, слишком мелко.

— Мелковато, брат, не наш с тобой уровень, а учитывая, как сильно хотят валить тебя, Игнат.. -

замолкает, поднимается и возвращается с двумя чашками ароматного чая, который прямо с подносом забирает у девушки-помощницы, даже не дает ей зайти в холл, чтобы хоть мельком взгляд на документы бросила.

Дверь закрывается, и он ставит поднос на низкий столик, а я забираю документы и листаю..

листаю..

Офигеваю от того, что вижу, пока вдруг в меня не летят слова Клима:

— Умная у тебя девочка, Юсупов. Если бы она от тебя не убежала... - замолкает.

Я глаза на него поднимаю. Невзорову не нужно говорить о том, что с Юлей бы было. Не нужно.

Потому что я и сам знаю, что делают с ненужными свидетелями афер, и.. я счастлив, что дед с того света подстраховался так, что жену мою от беды уберег.

Мне бы с ней даже поговорить не дали, но моя малышка убежала, тем самым всех обхитрив, и жила своей-чужой жизнью.

— Ты охрану к жене приставил? — задает очередной вопрос Клим и щурится, я киваю.

Мою жену охраняет рота солдат, только моя девочка об этом не знает. Ни одна тварь носа не подточит. Да и теперь. когда я наведался к Марианне.. думаю, у тварей возникнут вопросы.

Один возник уж точно. Она позвонила, и я знаю кому ниточки сами распутывают клубочек, стоит только потянуть.

— Это хорошо, что жена под защитой. Она твоя слабость, Юсупов. У тебя Юля твоя, Князь тоже ахиллесовой пятой обзавелся, - выговаривает, фыркнув, и я ухмыляюсь.

— Один ты у нас остался в бронежилете.

— Нет, скорее, со стальными яйцами, которые ни одна женщина в ладошке не сожмет.

Смеяться начинаю. Учитывая, как двояко это звучит.

— Ту самую просто не нашел.

— Не смеши мои тапки. Бабы только по назначению. Для услады. Потом в утиль, —выдает спокойно, а я в нем себя узнаю. До Юли…

— отменный чай, братишка, успокаивающий. Из Китая привез. Там у меня маленький бизнес для души, люблю всякие чаи, вот решил делать для себя.. попробуй.

Забираю чашку из сервиза для традиционной чайной церемонии и ухмыляюсь.

— Ты эстет, Невзоров.

Делаю глоток, ощущая на языке контраст лунного улуна и с легкой горчинкой. Смотрю в упор на

Клима, который не сводит с меня внимательных волчьих глаз.

— Думаю, ты и сам понимаешь, что ситуация более, чем серьезная, - выдает скупо, словно мы не о ярдах говорим, которые в этой игре каждый на кон ставит.

— Понимаю, Клим, понимаю. - отвечаю с нажимом.

— Война будет. Серьезная. Со всей своей изнанкой. Тут либо ты, либо тебя. Мешаешь ты, Игнат.

Твой бизнес лакомый кусок, и слишком много тех, кто пасти раззявил..

— И ты понимаешь, Клим, что впрягаешься? Не хило так впрягаешься?! — задаю свой вопрос и упираю взгляд в Невзорова. Мощный мужик. Причем не только физически, но и по характеру, по духу.

Только где-то в подсознании мелькает вопрос, а будет ли ему нужно в этот замес впрягаться. Я бы за него впрягся и за Князя. Как всегда. Есть несколько человек, и в принципе уверен в нем, но на мгновение сомнение проскальзывает, потому что здесь большая игра намечается, когда можно все и потерять, а терять Невзорову есть что, целая бизнес-империя, которую он отгрохал, упахиваясь, не покладая рук.

— Нужны тебе эти проблемы, а, Невзоров?! - снова задаю