Нельзя влюбляться - Рита Хан

растаяло от вида этих белоснежных цветов? Ну если последнее, то я, наверное, очень глупая?

— Надь, мне нужна твоя помощь. — Говорю сестре, все еще вертя в руках букетик.

— Конечно, спрашиваешь.

— Ты сможешь прикрыть меня перед мамой?

— Без проблем.

— Спасибо. И еще, нам нужно с тобой поговорить кое о чем.

— Зой, может завтра вечером поговорим? — Надя устало потирает глаза, попутно зевая. — Или что-то очень важное?

— Нет, но... Ладно, лучше завтра, да.

В конце концов, что может измениться за один день? Мне кажется, самое страшное, что могло случиться с нами и Стасом, уже случилось. К тому же, не ровен час, что папа проснется и увидит Ярцева под окнами. Или еще хуже — мама решит попить воды... Брр, тогда беды не миновать.

Хотя, поначалу я была настроена совершенно по-другому. Думала, что с чего я должна облегчать жизнь этому самовлюбленному эгоисту Ярцеву? Может мне тоже хочется побыть той самой принцессой, которую вызволяют из... ежовых рукавиц матери и отца?

Но, вместе с тем, я прекрасно понимаю, что, если за дело возьмется Тимур, и его план провалится, то потом уже не стоит ждать от Людмилы Рудольфовны поблажек по зачету. Их и сейчас не стоит ждать, однако небольшая надежда все равно остается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ну Ярцев, только попробуй меня подвести в этот раз!

— Приехали, выходим! — голос Рема возвращает меня в реальность.

И, когда мы выходим из машины, понимаю, что в таком живописном месте еще ни разу не была. Оно... волшебное, ведь все тревоги моментально отступают на второй план.

А когда Ярцев совершенно открыто протягивает мне свою ладонь, чтобы помочь взобраться на небольшой пригорок, я и вовсе забываю обо всем на свете.

Остается только напоминать себе об одном: Зоя, не теряй голову! Только не теряй голову.

Тимур

Я чувствую, что ботаничка скована как никогда. Да я и сам, мягко говоря, слегка волнуюсь и ни слова не говорю, пока мы следуем за другом. Рука в моей ладони чуть подрагивает, а вскоре и вовсе исчезает из неё, стоит нам оказаться в стареньком домике деда Льва.

— Аутентично, — замечает Алиса, со скепсисом оглядывая пространство вокруг себя.

Старые рыболовные сети, навешанные прямо поверх деревянных балок, создают иллюзию паутины. Обшарпанные со временем полы, потрескавшаяся краска на окнах... Да, по-другому и не скажешь. Аутентично.

А вот Зоя, кажется, прибывает в восторге от этого дома. Я вижу это по её горящему взгляду. Он у нее появляется в минуты особой радости или предвкушения чего-то. Неплохо успел изучить эмоции этой девчонки.

— Твой дедушка был рыбаком? — спрашивает Зоя у Льва, и её звонкий голос эхом разносится по всему дому.

— Вроде того.

Лев выглядит весьма смущенным и, вообще, такое чувство, что ему неловко здесь находится. Да уж, мы оба привыкли к совершенно другой жизни, в чем-то я его очень даже понимаю.

Но этот дом... странный. Я не чувствую здесь какого-либо негатива, наоборот, кажется, это место предназначено для того, чтобы мы могли предаться искренности. Дерево, песок, помутневшие от времени и испачканные пылью стекла, сквозь которые пытаются пробиться лучи уже не по-весеннему жаркого солнца...

— А давайте сделаем уборку? — ошарашивает Зоя своим предложением.

Не то, чтобы я боюсь работы, нет, просто... Мы же, вроде как, выбрались на отдых? Уикенд предполагает то, что люди хорошо проводят время, расслабляются, а не превращаются в специалистов клининговой службы?..

— Я просто слышала, как ты разговаривал со своей мамой, — начинает оправдываться ботаничка, заметив насмешливый взгляд Льва. — Наша помощь явно не будет лишней...

Она оглядывается на Алису в поисках поддержки, та лишь пожимает плечами, мол, мне всё равно. Но какой-либо неприязни или раздражения на её лице нет.

— Можно. — Лыбится Лев, с уверенностью фокусника вытаскивая из-за старого шкафа не менее старую швабру. Получается весьма эффектно, даже Язва не сдерживается от улыбки. Зоя тоже улыбается и, кажется, выдыхает с облегчением.

И тут я понимаю, что она просто... гений. Это же отличный способ, чтобы помириться и наладить контакт. Ботаничка, правда, вряд ли догадывается о том, какую службу же сама мне сослужила.

Решаю играть на её стороне, дабы заслужить доверие Рощиной, которое сам же благополучно похе... утратил в прошлый раз.

— Так-с, с чего начнем? — говорю таким бравым голосом, словно всю жизнь мечтал о том, чтобы драить моряцкую хижину дедушки друга.

— Я думаю, что нам стоит разделиться, — Лев, конечно же, смекнул, в чем дело, иначе чем объяснить его коварную улыбку? — Идем, Лиса, — акцент на последнем слове, — поможешь мне наверху.

— Вот еще, — складывает руки на груди Алиса, всем своим видом показывая нежелание заниматься совместной уборкой с Ремцовым.

Зачем нужно было брать с собой Язву? Этот момент для меня все еще остается величайшей загадкой. Надо бы спросить у Льва, что он задумал? Наверняка, неспроста всё это затеял.

— Дорогуша, давай без драмы. Или боишься запачкать свои нежные ручки?

— Я? Дай-ка сюда.

Алиса так ловко выхватывает швабру из рук Льва, что тот чуть не теряет равновесие, потеряв опору. Взмахнув своим белобрысым, почти конским хвостом, Язва подмигивает Зое и идёт в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Надо же, а снаружи по этой хибаре и не скажешь. что она может быть такой вместительной.

— Может вам нужна помощь? — словно очнувшись, подает голос Зоя, когда и Лев собирается уходить.

Что, настолько велико её нежелание находиться рядом со мной, что она готова терпеть и Алису, и Ремцова?

— Да, нужна. Ты отвечаешь за первый этаж, ботаничка. Импровизировать разрешаю.

— Но...

— Яр тебе в помощь. — Ухмыляется Лев и добавляет: — Советую начать с сортировки хлама, а там уже как пойдет.

И не дожидаясь ответа Зои, уходит,