Трон Печатей - Ада Николаева

Он снова щёлкнул пальцами, как обстановка вокруг тотчас сменилась. Вместо отсутствующих лампочек по стенам побежали зелёные огни, а окна исчезли. Все стены стали глухими и как будто из металла. Осколок стекла в моей руке рассыпался в пыль, разлетевшись по воздуху. Больше мне нечем было угрожать Беллиану. Я убрала руку от его шеи и сделала два шага назад. Двустворчатой двери позади тоже не оказалось. Лишившись последнего преимущества, сердце вновь заколотилось как бешеное.

— Давно виделась или хотя бы говорила с родителями? — вдруг спросил он.

Эти два слова, вылетевшие из его уст, настораживали сами по себе. Только бы Беллиан их не тронул! Если он что-то им сделал… если… Я сглотнула ком, образовавшийся в горле. Что я могла против него? Он избавился от Кая одним щелчком пальцем и погасил мои Печати взмахом руки.

— И друзей зря оставила в той пещере… — продолжал он, лишая меня кислорода.

У меня не хватило сил подать голос. Я продолжала тупо таращиться на него в ожидании следующих слов. Но вместо них тиран поднял обе руки, направляя к высокому потолку Печати. Железные пластины тотчас разъехались в разные стороны и вниз опустилась огромная птичья клетка.

— Мама! — прокричала я, глядя на пленников внутри. — Папа!

Попыталась броситься к ним, но отсыревший ковролин под ногами превратился в вязкий клей, не позволивший сделать и шагу дальше. Тогда я вытащила ногу из ботинка, но тут же повторно увязла в трясине. Споткнулась и упала, оказавшись плашмя приклеенной к полу.

— Отпусти их, умоляю!

Вместо ответа из потолка спустилась ещё одна клетка. В ней находились все те, кто отправился с нами на безрассудную миссию в Средний мир. Все те, кого меньше часа назад мы оставили в той проклятой пещере, решив, что так им будет безопаснее.

— Они тут не при чём! — только и смогла выдавить из себя, стремительно теряя надежду.

Но окончательно её не стало, когда выехала третья клетка…

— А вот и твой парень! — весело воскликнул Беллиан. — Я же говорил, что вы скоро встретитесь.

— Кай… — прошептала я, всё ещё делая слабые попытки высвободиться из крысиной ловушки. Обычно трясина засасывает, меня же намертво приклеило к полу. — Чего ты хочешь⁈

Беллиан посмотрел на меня, затем на клетки позади себя, потом снова на меня.

— Давай сыграем в убийственно занимательную игру, — внезапно предложил он.

— Что я должна сделать, чтобы ты их всех освободил? — мой голос надломился. Возможно, не только он. Я ощутила вкус поражения на языке.

Беллиан поднял перед собой указательный палец и помотал им в разные стороны, щёлкая языком.

— Не угадала, малышка, — притворно ласково заговорил он. — Ты можешь выбрать одну группу пленников из трёх, которая спасётся. Можешь исходить из любых параметров. Выбрать тех, кто дороже или тех, кого больше. Численность или привязанность?..

— Я не стану этого делать!

— Тогда умрут все. Выбор за тобой.

Я приподняла голову. Она осталась единственной частью моего тела, которой я ещё могла шевелить. Посмотрела на подвешенные клетки: в первой находились оба моих родителя. Мама плакала, пока отец её обнимал, пытаясь успокоить. Пятеро моих друзей во второй безрезультатно пытались зажечь свои Печати, Крис и вовсе колотила ногами стальные прутья, выкрикивая разного рода ругательства. В третьей сидел Кай с закрытыми глазами. Похоже, без сознания. Я больше не чувствовала стука сердца, лишь слышала громкий звон в ушах, поглотивший все остальные звуки.

Мои Печати не горели, но я всё равно решила попытаться проверить обстановку на правдивость. Академия Печатей, да и сам Беллиан в прошлом приучили меня, что все в Верхнем мире злоупотребляют иллюзиями. К тому же я отказывалась верить, что мне предстоит выбор, от которого стынет кровь в жилах, а к горлу подступает тошнота. Пусть всё это окажется очередной глупой шуткой тирана! Только бы это была иллюзия…

— Пытаешься понять, не иллюзия ли это?.. — ухмыльнулся Беллиан. — Вот же он я перед тобой! Разве иллюзия могла бы лишить тебя Печатей или одолеть твоего несравненного принца? Он сильный противник… но не для меня.

Я промолчала, так и не поняв, удалось ли мне воспользоваться хоть крупицей моей силы. Но в одном Беллиан прав — я никогда не слышала, чтобы иллюзия была настолько сильна. И уж тем более для Кая, который с лёгкостью распознал бы её, а затем развеял. Он не мог проиграть столь простому фокусу, в котором сам преуспел. Принц славился иллюзиями и ни раз демонстрировал отточенные умения.

— Думай быстрее. За долгую жизнь я научился ждать, но это не значит, что стану.

— Я… — в горле пересохло. — Я не стану делать выбор.

Что-то внутри меня бесповоротно сломалось от боли и страха, но я не могла поступить иначе. Не могла предать тех, кто находился в этих клетках. Я не мой мрачный принц. Не умею принимать тяжёлые решения и распоряжаться чужими жизнями, словно фигурками на шахматной доске. Ведь это живые люди! Дорогие и близкие мне люди, которых я обязана защищать, но вместо этого всех их подвела…

— Убей меня! — взмолилась я. — Я угроза, а не они!

— Слабачка, — фыркнул Беллиан, после чего лёгким движением провернул поднятое вверх запястье с зажжённой Печатью.

По всем трём клеткам одновременно ударило разрядами тока, вырвавшимися из его ладони и прошедшими по стальным корпусам цепочками голубоватых вспышек.

— Не-ет! — закричала я, наблюдая, как все мои друзья и близкие корчатся в конвульсиях.

Звук и заполнивший помещение запах невозможно передать словами. Их сердца больше не бились, чего я желала и самой себе, чтобы избавиться от нахлынувшей волны боли. Клетки опустились на пол, а вместе с ними и моё лицо, упавшее в трясину. Мне больше незачем бороться.

— Не хочешь с ними попрощаться? — тихо поинтересовался Беллиан.

Я расслышала, как за его спиной все разом отворились стальные дверцы.

— Покончи со мной, не тяни… — пробубнила в клейкий ковролин, поглотивший весь мой голос.

— Я даю тебе возможность проститься с теми, кто пострадал из-за твоей слабости. Ты можешь встать.

И тут я почувствовала, что больше не приклеена к полу. Теперь меня держало лишь собственное отчаяние. Кое-как найдя в себе силы, я поднялась на четвереньки и проползла мимо белоснежной обуви Беллиана, замерев у клетки Кая.