Тени сгорающей ненависти - Екатерина Шумаева

– Передавай ей привет.

***

Как обычно, я выезжаю домой на метро. Еду в другую сторону, оттуда пересаживаюсь и меняю две ветки. Это занимает два три часа. После я доезжаю до небольшого торгового центра, на стоянке которого всегда стоит машина. И еду в сторону дома. Останавливаюсь еще в одном торговом центре и меняю автомобиль. Каждый раз плутаю по улицам, чтобы за мной не было хвоста.

И только потом приезжаю домой. Да, это занимает половину дня, но совсем не страшно, ведь я увижу родных мне людей. Хотя бы на сутки. А в воскресение днем снова делаю все это, только уже в обратном порядке.

Мне нужно передать документы моему координатору и напарнику Тео. Из последнего, я вышел на сеть автозаправок, через которые Лазарь отмывает деньги. Но так и не узнал кто это такой. Но я уверен, что если за ним начнут следить, то полиция обязательно раскопает что-нибудь полезное. Тогда мы выйдем на главаря, и я вернусь к обычной жизни. Мы снова начнем планировать свадьбу. Я снова стану обычным человеком, которому не надо лгать и притворяться. За этот год, что я работаю под прикрытием, я начал забывать, как выглядят настоящие люди, которые не живут в мире криминала. Я начал забывать, каким был я сам. Эта работа словно проникла мне под кожу, становясь частью меня. Частью моей жизни. Всей моей жизнью.

Подъезжая к своему дому я машу соседке, миссис Нибер, которая убирается в саду. Она улыбается и машет мне в ответ.

Паркую машину возле дома, переодеваюсь в нормальную одежду и выхожу.

Три ступеньки на входе я преодолеваю одним махом. Открываю дверь, которая снова не заперта на замок и захожу, готовый поругать Келси за то, что она снова забыла запереть входную дверь. У нас тихий район и родители никогда не закрывают дверь даже на ночь, но я живу в таком мире, где нужно учиться спать с открытыми глазами, поэтому я страхуюсь всегда. И заставляю родителей делать то же самое.

Но зайдя внутрь, я понимаю, что произошло что-то страшное.

В нос ударил запах, который я не ожидал почувствовать в своем доме. Запах крови. Я делаю два шага вперед и поднимаю глаза.

«Мы квиты, Ворон» написано на моей стене кровью. Сердце выпрыгивает из груди и я вижу женские ноги, торчащие из-за дивана. Я знаю, что это моя невеста. До последнего я надеялся, что кровь не ее. Что никого нет дома. Но я вижу свою любимую женщину, лежащую на полу в луже крови. Подбегаю к Милли на непослушных ногах. Звон в голове мешает мне думать, повсюду кровь. Опускаюсь к своей невесте, падаю перед ней на колени и начинаю плакать.

– Нет, пожалуйста, нет. – Кричу я.

Протягиваю руку к ее шее, пытаясь нащупать пульс, но его нет. Пытаюсь привести ее в чувства, но вскоре понимаю, что это бесполезно.

– Милая, очнись, умоляю. Я люблю тебя. Прости меня за все, прости.

Вытираю слезы, закрываю ее широко раскрытые глаза и двигаюсь на кухню.

Мама и отчим лежат на полу в крови. Подбегаю к ним, но пульса все так же нет. Дышать становится все тяжелее. Почему они, а не я? Кто мог это сделать? Чем моя семья заслужили такое?

Нож, которым убили их всех, лежит на полу рядом. Я знаю, что на нем могли быть отпечатки, поэтому не трогаю орудие убийства.

Я оставляю на полу кровавые следы, медленно выходя из кухни. Где-то здесь должна быть моя сестра. Келси должна быть в доме.

Паника охватывает меня. Может, она успела спрятаться? Убежать? Вызвать полицию? Или уйти с ночевкой к подруге. В кино, в магазин, да куда угодно. Лишь бы ее не было здесь.

Надо проверить на втором этаже. Поднимаясь по лестнице, я уже знаю ответ. Дверь в кладовую выбита и я забегаю туда. Келси лежит на полу с пулевым ранением в живот. Наклоняюсь к ней и чувствую пульс. Она жива, жива.

Слышу пронзительный крик и сбегаю вниз. На пороге стоит наша соседка.

– Киллиан! Боже, что здесь произошло? – Произносит она, сквозь истерику.

– Звоните в 911.—Кричу я, срочно.

***

Все происходит даже хуже, чем в самом страшном кошмаре. Скорая врывается в дом, я слышу их шаги.

– Я здесь, помогите. Все остальные мертвы. – Кричу им я. – Второй этаж.

Вижу медицинских работников и полицейского, который оттаскивает меня от сестры.

– Нет. – Кричу я. – Я должен быть с ней.

Появляется мой напарник и кладет руку мне на плечо, стараясь успокоить.

– Киллиан, ей нужна медицинская помощь. Дай им сделать свою работу. – Произносит Тео. – Тогда они смогут ее спасти. А пока пойдем.

Я встаю, выхожу из кладовой на ватных ногах, спускаюсь по лестнице и мы с Тео выходим во двор.

– Держишься? – Спрашивает друг.

– Из последних сил. – Отвечаю я и сажусь на лестницу.

Тео протягивает мне сигарету. Я беру и закуриваю.

– Мы найдем их, Килл. Обещаю. – Проговаривает он не совсем уверенно.

А я знаю, кто сделал это. Тот, под кого я копал. Он узнал все и отомстил мне таким образом. Лучше бы он убил меня. Я хочу умереть, потому что вся моя семья мертва, а я остался в одиночестве.

Да. Лазарь выбрал извращенный способ мести. Он убил тех, кто мне так дорог.

Даже представить не могу, что они пережили в последние минуты своей жизни.

Мне оставалось совсем немного. Я уже вышел на сеть автозаправок, через которые Лазарь отмывал деньги, сорвал несколько крупных сделок, но думал, что остался незамеченным. Но на самом деле охота велась за мной. И меня загнали как раненного зверя, ранив с той стороны, от которой я совсем не ожидал.

Тео возвращается ко мне и садится на лестницу.

– Их не пытали. Маму, отчима и Милли зарезали. А Келси, по моим предположениям, сбежала, поэтому они бросили нож и выстрелили в нее из пистолета. Будем надеяться на лучшее. Врачи сказали, что шанс есть. – Говорит он.

– Я понял, спасибо. – Отвечаю я.

– Сегодня ты едешь в отель. Я подал прошение о программе защиты свидетелей. Пока судья решает тебя будет сопровождать конвой.

– Это лишнее. – Вмешиваюсь я.

– Это обязательно и не спорь.

Я понимаю, что есть определенные протоколы, но прекрасно знаю, что никого не найдут. И почему-то думаю, что за мной никто не придет. Меня наказали и отпустили.

Сейчас самое важное позаботиться о Келси, и только потом решать как быть дальше.

– Я поеду в больницу. Если ты считаешь нужным, то с конвоем. Но я должен быть рядом с сестрой. – Говорю я и сажусь в машину.

– Нет. Мы отвезем тебя на служебной машине. Тебе нельзя за руль. Я приеду как только закончу. – Обещает Теодор.

Я киваю в ответ и ухожу. Дрожь в руках уже не унимается, а стала обычным состоянием, сердце выпрыгивает из груди. Мне хочется кричать, хочется крушить, хочется отомстить и пусть даже при этом умереть, но я держу себя в руках ради сестры. Она должна выжить. А дальше решим.