Кровавая смена - Кэсси Александер

всему, я слышала, как Рэйвен сказал, что технически мне нужно быть только живой, чтобы вернуться к Анне после рождения ребенка.

Технически, чтобы выносить ребенка, руки не нужны. Или ноги.

Я глубоко вздохнула и сглотнула.

— Что вы все делаете в дневное время? — это был единственный потенциально безопасный вопрос, который пришел мне в голову.

Джексон обвел нас всех круговым жестом.

— Что мы делаем — вот какой вопрос тебе следовало бы задать.

Женщина взглянула на очень дорогие часы на своем запястье.

— Мне нужно подняться наверх, где ловит связь. Одна из моих девочек должна отчитаться.

— Селин руководит сетью проституции, — объяснил Джексон.

Я напряглась прежде, чем успела это скрыть.

Ее губы сжались, и она фыркнула:

— Не волнуйся, это высший класс. Под этим я подразумеваю, что ты и дня бы там не продержалась.

Она повернулась и решительно вышла в ту дверь, в которую ушел Ларс, углубляясь в здание.

Джексон мотнул ей головой, показывая, что нам следует идти за ней.

— Ларс, тот дневной, которого ты видела раньше, ведет бухгалтерию и является дилером, — объяснил Джексон, придерживая дверь, чтобы мы могли пройти в другой туннель, освещенный еще более слабыми лампочками.

— Дилером чего? — спросила я, потому что искренне надеялась на что-то вроде автомобилей или блэкджека.

Джексон хмыкнул, и этот звук отозвался эхом.

— Наркотиков. Скот нужно держать довольным, а когда они под кайфом, это делать проще.

У меня было такое чувство, словно я только что попала на съемочную площадку какого-то невероятно странного фильма. Все-таки Лос-Анджелес, как никак.

— А чем занимаешься ты? — спросила я его.

Джексон остановился у входа в боковой туннель и ответил мне насмешливым поклоном, прежде чем пойти по нему вверх:

— Я Хозяин на все руки. Как и мой Хозяин. Вот почему моя работа — показать тебе здесь все.

***

Несмотря на то, что я могла бы найти дорогу назад, идя за Джексоном, я все равно чувствовала себя потерянной. Чем дальше мы углублялись в катакомбы, тем более далеким казался мир, который я оставила.

— Ты освоишься здесь. Днем все это место в нашем распоряжении, — объяснил он, — но есть места, куда соваться не стоит. На твоем месте я бы не стал исследовать тут все в одиночку.

Он остановился и крикнул вглубь коридора:

— Эй, Селин!

— Что? — отозвался эхом ее раздраженный голос.

— Я селю Эди в твою комнату.

— Нет!

— Выбора нет. Иначе ей придется спать в коридоре.

— Подсели ее к Наташе.

— Если я подселю ее к Наташе, она больше не проснётся. Она будет с тобой.

Если Селин была меньшим из двух зол, мне не хотелось знать большее. Он подселял меня к ней в наказание для нее или из доброты ко мне? Вероятно, я узнаю об этом еще не скоро. Мне хотелось доверять ему, но я понимала, что это лишь оттого, что мне страшно.

Мы прошли по еще одному коридору и добрались до глубоко посаженной двери, которую он толкнул одной рукой.

— Вот и пришли. Добро пожаловать домой, — сказал он и переступил порог.

***

Комната Селин была примерно такого же размера, как гостиная Ашера, и оформлена большим количеством устаревшей мебели из черного лака и хрома. Я заподозрила, что ее превратили в дневного слугу где-то в 1980-х годах, когда этот стиль был в моде, и это навсегда заморозило ее чувство интерьера вместе со всем остальным. Огромный туалетный столик стоял у одной из стен, а лампочки по его краям служили единственным источником света в комнате. Он был заставлен косметикой и флаконами духов, а также уставлен портретными снимками Селин в рамках, свидетельством ее прошлого. Статус дневного не останавливал для тебя время полностью, как это происходило при превращении в вампира, но был очень близок к этому.

Картина Нагеля, или штук сорок, пришлись бы здесь как нельзя кстати, вот только повесить их было бы трудно, поскольку все стены представляли собой выкрашенный в черный цвет камень. Единственной вещью на стене было какое-то устройство со звонком возле двери.

— Извини, у нее не особо хороший вкус.

Джексон выглядел чужеродно на фоне ее лишенного изящества декора со своими каштановыми волосами и кожаным жилетом поверх черной футболки. Он принялся отодвигать в сторону журнальный столик.

— Давай я помогу.

Я подошла, чтобы приподнять столик с противоположной стороны.

Это был кусок толстого дерева, качественный, хоть и уродливый, и я с легкостью приподняла его. Чуть не запустив себе прямо в лицо. Я вскрикнула и едва не выронила его, но вовремя перехватила. Быстро. Слишком быстро. Я осторожно опустила свой край обратно на пол, уставившись на собственные руки так, словно они принадлежали кому-то другому.

Джексон опустил свою сторону и ухмыльнулся, глядя на меня.

— Довольно круто, да?

Я не знала, что на это сказать. Мне не хотелось признавать, что так оно и есть.

— Так вот каково быть дневным? Обладать суперсилой?

Мне казалось, я знаю правила, но мне хотелось услышать их от него, просто на всякий случай.

Он неопределенно помахал рукой перед собой.

— Ага, какое-то время. Пока действие крови не ослабнет. Ты будешь сильной, быстрой, сможешь слышать самые тихие звуки и будешь быстро исцеляться. Ты ведь чувствуешь себя лучше? После того количества крови, которое ты получила, просто обязана.

Я медленно кивнула. Мой язык коснулся крошечных заостренных кончиков клыков во рту.

— Обратная сторона в том, что теперь ты привязана. Думай об этом как о психической пуповине между собой и им.

Я отпрянула. Сравнение попало слишком близко к цели. Джексон продолжил:

— Ты будешь хотеть того же, чего хочет Рэйвен, по крайней мере, пока ты находишься рядом с ним. Ты будешь делать то, что он тебе скажет. Он всегда сможет найти тебя, когда проснется ночью.

Его улыбка сменилась чем-то вроде гримасы.

— С этого момента, либо по его правилам, либо никак, как говорится. А если все-таки попытаешься сбежать, что ж, помоги тебе Бог.

***

Было трудно не представить себе, как Рэйвен выслеживает меня.

— Как долго это длится?

— С тем количеством крови, которое ты получила, судя по слухам? Наверное, с месяц будешь чувствовать себя Супергероем.

— А после этого? — настаивала я.

Он пожал плечами.

— Если не получишь новую порцию крови, вскоре начнется ломка. Тебе не понравится, когда вернется твоя человеческая природа со всеми ее болячками и недомоганиями. Ты начнешь стареть и лишишься всей этой подзарядки. Но подчиняться ему все равно придется, даже когда приятные бонусы сойдут на нет. Это дьявольская сделка — заключаешь ее один раз и на всю жизнь,