История глупых совпадений… - Дара Бояринова

в том, что лжёшь. Ты уже оправдал свою ложь любовью… И ты идёшь дальше, по скользкой ледяной тропинке обмана… На ней зыбко и холодно… А правда, она рано или поздно обрушится на тебя. Она – безысходна. Ты не хотел познать этот горький вкус… но пьёшь до дна. И паденье неизбежно. Падение с пьедестала, на который тебя возвёл тот, кто дорог был еще совсем недавно… Затрепещет сердце раненою птицей, мысль будет искать спасенье: – Нет, быть этого не может, это сон, и я сейчас проснусь тем, прежним, любимым, верящим, а лед растает… Но обман плотным саваном уже коснулся твоей души. И приходит понимание: замерзает сердце… его покидает любовь. Не может быть она подругой лжи… И зашепчет тебе разум: – Отпусти, придет любовь другая, третья. Говорят же: бывает она первой, последней, то есть не одной… – во спасение так заговорит, ведь он рационален… А может прав разум? Не зря утверждают, что истинную любовь узнаешь всегда. Она запомнит его взгляд… Он – звук ее шагов… Оба поймут, кем стать могли они друг другу, но не стали в этой жизни… Расставаться можно, не прощаясь, и ждать новой встречи… ждать… пусть, через века… И если же биенье сердца в унисон друг другу помнить будут, найдут друг друга на иной тропе… и ты готов ценить её, и ждать ее опять… всего лишь… вечность. Вечность, красивое слово. Но не когда ты проклят и заточён в безвременье. Где сама вечность становится проклятием… Но глядя на неё, ты понимаешь. Оно того стоило…

* * *

– Я уже несколько устал от необитаемых островов… – хмуро глядя в даль сказал Сизи.

– Да уж… – глядя в даль сказала я.

– Сэр, эта красавица сможет подобраться к любому берегу, но не в такой шторм, – почесал затылок капитан.

– Но в этих широтах не бывает таких штормов… – покачал головой Клин. – Тут что–то не так…

– Бывает. – тихо сказал Стив.

– И откуда ты знаешь? – недоверчиво поднял бровь Энди.

– Много читаю, – хмыкнул Стив и добавил, – Этот шторм – защита.

– От кого? – продолжал демонстрировать недоверие Энди.

– Во времена Митрида, когда этот мир был ещё полон магии, такие заклинания использовались для защиты царских или, в данном случае, княжеских могил, или мест уединения от расхитителей, ну или от посторонних, – ответил Стив.

– Да, ты похоже действительно много читаешь. – не унимался Энди.

– Угу… – кивнул Стив, продолжая вглядываться в горизонт.

– А там написано, как можно обойти эту защиту? – поинтересовался Клин.

– Да, – кивнул Стив. – Нужна добровольная жертва.

– Подробности, – хмуро глянула я на Стива. – Ты же помнишь?

– Кровь. Кровь всегда была и остаётся самой мощной составляющей любого защитного заклинания, – ответил Стив.

– Нужна определённая кровь? – тут же уловил суть Клин.

– Всех, кто собирается ступить на остров.

– Много? – деловито шевельнул усами Сизи.

– Нет, – качнул головой Стив.

– Стив, можно тебя на пару минут? – поманила его пальцем.

– У вас секреты? – поднял бровь Энди.

– Не совсем, хочу сделать пару внушений на тему недосказанности… и не уронить его самолюбие, высказывая своё «фи» во всеуслышание, – сложила руки на груди. – Ну, тонкая мужская душевная организация и всё такое…

На лицах всех присутствующих мужчин, кроме Стива, мелькнула толика злорадства, что, собственно, и требовалось. Общая атмосфера недоверия и ревности к Стиву чуть разбавилась.

– Что ты хотела уточнить?

– Я так понимаю, общий забор крови – это ширма? Нужна только твоя кровь?

– Да.

– Есть ещё что–то?

– На острове моя магия может быть полностью заблокирована, всё зависит от степени защиты… и нам нужно как можно скорее закончить это путешествие… моя новая форма… я должен как можно скорее обратиться… понимаешь?

– Настолько сильный дискомфорт?

– Пока нет, но чем дольше он заперт, тем хуже.

– Хорошо, я поняла. Сколько у нас времени?

– Пара дней.

– Ясно. Попробуем уложиться. Если нет, будем импровизировать. А теперь делай хмурый вид, как будто я тебя отчитала.

* * *

Определённо есть своя притягательность в необитаемых островах… Спрятанные в далёкой глубине океана, среди непокорных волн, они простираются загадочными цепочками, или застывают одинокими перстами, обречённые на забвение и скрывающие в своих глубинах истории о выживании и дух неукротимой стихии. Это прекрасные уголки девственной природы, забытые и скрывающие свои секреты. Величественные, загадочные и заброшенные… Мне всегда хотелось отправиться в путешествие по миру необитаемых островов, они всегда вызывали у меня неподдельный интерес и будоражили воображение. Среди этого калейдоскопа уединённых ландшафтов есть те, которые никогда не видели следов человеческой цивилизации, и те, которые были покинуты из–за своего сомнительного прошлого. Загадочные и притягательные, они манят нас своими сказочными обещаниями и ужасающими тайнами. Этот был именно таким. Манящий и притягательным. Стоило мне только ступить на остров, появилось странное иррациональное чувство, как будто я вернулась домой…

– Ощущение такое, что остров был обитаем… – рассматривая пальмовый столб, заметила я. – Смотрите, тут явный след от большого тесака или топора.

– По вашей теории, тут находится могила князя и его жены. Кто–то должен был похоронить их, – подметил Стив.

– Да, но у меня ощущение, что тут жили. Достаточно долго, – покачала головой я. – Прошло больше тринадцати тысяч лет. Присмотритесь, тут угадываются тропинки. Допустим, у княжеской четы были доверенные люди, они должны были похоронить их. И покинуть остров. Даже если они пробыли на этом острове несколько дней или недель…

– Такие тропы за несколько недель не натопчешь. – качнул головой Клин.

– Мы долго будем любоваться тропами и джунглями? Не то чтобы мне не нравится… – выразительно сморщил моську Сизи.

– Нет, – улыбнулся Клин. – Не долго… оно точно где–то здесь. Надо только понять, где…

Ну что ж, никто не говорил, что будет легко. Мы уже час пробирались сквозь джунгли, пусть и весьма хоженые, но всё же джунгли.

– А мы так и будем прочёсывать весь остров пядь за пядью? – спросил Энди, делая глоток воды. – Может есть способ сократить время? Я, конечно, никого не тороплю, но Докери прилетает через два часа.

– Прости, мне не послышалось? – Сизи подлетел к Энди и завис перед его лицом. –