Бессердечный наследник - Мишель Хёрд

мантру, но все равно вскрикиваю, когда Хантер обхватывает меня за талию и прижимает спиной к себе. Мои глаза расширяются, когда он тянется через меня и выключает лампу.

Ой. Ой-ой. Черт.

Но он просто крепче обнимает меня и, положив ладонь мне под голову, утыкает моим лицом в изгиб своей шеи.

— Спокойной ночи, детка.

На моем лице медленно расплывается улыбка.

«Детка». Мне нравится.

Я обнимаю его за талию, прижимаюсь ближе и, найдя удобное положение, закрываю глаза. Запах Хантера окружает меня, успокаивая нервную дрожь. Я делаю глубокий вдох и улыбаюсь, касаясь губами его кожи. Да, это здорово.

— Тебе удобно? — шепчет он.

— Да, а тебе?

— Тоже.

Минута тишины, и Хантер спрашивает: — Расскажи, что я пропустил за эти два года.

— Ничего особенного, — отвечаю я, крепче сжимая его талию. — Просто скучала по тебе.

— Я тоже по тебе скучал, — шепчет он. — Очень сильно.

ХАНТЕР

Просто обнимай ее, Хантер.

Мне хочется целовать ее, касаться каждой клеточки ее тела, но, не желая торопить события, я заставляю себя просто лежать смирно.

— Как твой дедушка? — спрашиваю я, желая узнать больше о ее жизни без меня.

— У него все хорошо. Мы собираемся на ранчо на День Благодарения.

— Да? Я буду скучать.

Джейд смеется: — Я тоже. Это всего на три дня. Я очень этого жду, не видела его с летних каникул.

— Я рад, что ты проведешь с ним время. Ранчо все еще твое любимое место на свете?

Джейд кивает, притираясь щекой к моей шее: — Да, обожаю там бывать. А что ты делаешь на День Благодарения?

Я глубоко вздыхаю. Мне становится невыносимо жарко.

— Мне нужно снять футболку. Эти обнимашки вырабатывают слишком много тепла.

Я сажусь, стягиваю ткань через голову и бросаю ее рядом с кроватью. Когда я снова ложусь и притягиваю Джейд к себе, она со вздохом прижимается щекой к моей голой груди.

— Тебе это нравится, хм-м? — поддразниваю я.

— Да, — шепчет она. — Мое любимое место.

— Я думал, это ранчо, — продолжаю я подшучивать.

— Было. Теперь у меня новое любимое место, — бормочет она.

Я целую ее в макушку и притягиваю еще ближе, так что она наполовину лежит на мне.

— Ты тоже мое любимое место.

Джейд целует кожу прямо над моим сердцем.

Вспомнив про ее вопрос, отвечаю: — В этом году День Благодарения празднуем у Ханы.

— Здорово, что ваши семьи празднуют по очереди.

— Да, мне нравится, что мы так близки.

— Мы скажем родителям о нас? — Джейд кладет подбородок мне на грудь и смотрит снизу вверх. Ее глаза искрятся в темноте. Мне так сильно хочется ее поцеловать, но я знаю: если начну, то не смогу остановиться.

— Скажем, когда будем готовы.

— Может, соберем их всех вместе и выложим разом?

Я усмехаюсь: — Отличная идея. Так у твоего отца будет меньше шансов меня прикончить.

Джейд хохочет: — Не будь в этом так уверен.

Просыпаться с Джейд, прижимающейся к моему боку — лучшее чувство в мире. Я поворачиваюсь к ней, крепко обнимаю и счастливо вздыхаю.

— Доброе утро, — бормочет она.

— Доброе, — мой голос еще хриплый после сна, я прочищаю горло. — Давай проведем весь день здесь. Я просто хочу тебя обнимать.

Она выскальзывает из моих объятий и спрыгивает с кровати.

— Сначала чищу зубы и пью кофе. Тебе принести?

— Да, — смеюсь я.

Когда она убегает, я встаю, чтобы тоже привести себя в порядок. Быстро заканчиваю утреннюю рутину, проверяю, хорошо ли от меня пахнет, и возвращаюсь в постель.

Смотрю на свой член и ворчу: — А ты веди себя сегодня прилично.

Наконец Джейд возвращается с чашками. Она переоделась в короткие шорты и свежую футболку. Мои глаза прикованы к ее голым ногам. Когда она протягивает мне кружку, я едва ее не роняю.

Она закрывает дверь и спрашивает: — Который час? Похоже, все еще спят.

Я сверяюсь с часами: — Пять утра с копейками. — Делаю глоток кофе и бормочу: — Мне нравятся шорты.

Она забирается на кровать: — Спасибо, они удобные.

Мы пьем кофе, то и дело переглядываясь. Когда чашки отправляются на тумбочку, я протягиваю руку к ее бедру и начинаю лениво выводить узоры на коже.

— Принести ноутбук, посмотрим фильм? — спрашивает она. — Или хочешь еще поспать?

Я качаю головой, резко подаюсь вперед и опрокидываю ее на спину.

— Я бы предпочел «спарринг». Давай немного разомнемся.

— О да? — спрашивает она, а затем резко выталкивает бедра вверх и, используя всю свою силу, перекатывает меня на спину.

Конечно, я поддаюсь. Ну еще бы, с чего бы мне отказываться от того, чтобы она оказалась сверху?

Джейд сидит на моих бедрах верхом, и я никак не могу скрыть от нее свой до предела вставший член — он упирается прямо в нее. Ее глаза расширяются, на мгновение она зажмуривается. Когда открывает их снова, в карих зрачках читается замешательство, и она начинает сползать с меня. Я перехватываю ее за бедра, удерживая на месте.

«Что ты творишь, Хантер? Сейчас не время играть с огнем».

Боясь, что она запаникует и сбежит, я пытаюсь подобрать слова.

«Придурок, речь не о том, чтобы уговорить ее остаться».

— Тебе некомфортно? — спрашиваю я, проверяя ее состояние.

Джейд качает головой, а затем... начинает двигаться на мне. Я не могу сдержать стон, и облегчение затапливает меня, когда Джейд в ответ тихо стонет. Ее щеки вспыхивают от смущения, она кладет ладони мне на грудь, снова пытаясь отодвинуться, но я крепче сжимаю ее бедра.

— Не смущайся, — шепчу я, пытаясь ее успокоить. — Останавливайся только если не готова, а не из-за неловкости.

Она смотрит мне прямо в глаза: — Хорошо.

Я подношу руку к ее лицу, касаясь пальцами раскрасневшейся кожи.

— Все в порядке, детка. Давай не будем спешить. Это ведь самая приятная часть.

— Хорошо. — Проходит пара секунд, и она признается: — Просто... я в этом не сильна.

Нежная улыбка трогает мои губы.

— Пока что у тебя чертовски хорошо получается доводить меня до стояка.

Уголок ее рта дергается: — Я ведь даже ничего не делаю.

— Ты сидишь на моем члене, Джейд. Ему сейчас очень, очень хорошо.

Она взрывается