Трон Печатей - Ада Николаева

Что-то похожее мы уже проходили на факультативе Калеба, но то была игра, а не реальный бой.

Сквозь слой пыли и дыма, я разглядела Марка, подхватившего на руки Каталину и исчезнувшего вместе с ней, а спустя мгновение парень вернулся один. Я тут же усилила его щит и прикрыла от вражеского огня, понимая, что жизни всех нас сейчас зависят от него одного.

Марк вновь исчез. На этот раз вместе с Кристиной, как в помещении тотчас стало чуточку тише без её вопля. И вернулся обратно, но уже спустя секунда десять. У парня появилась тяжёлая одышка, а у меня страх за него и всех остальных, кто ещё оставался в здании.

Себастьян сражался один на один с вражеским магом, когда его прямо посреди дуэли похитил Марк. Заклинание, предназначавшееся моему бывшему напарнику, полетело в стену, пробив в ней сквозную дыру. Люди Фёрстрайда не развлекались, а натурально намеривались нас убить после того, как мы отказались сдаться.

Дознаватель тем временем сцепился в схватке с Каем, а Рейка попыталась атаковать моего парня сзади исподтишка, но ей помешал Лорус, ставший спиной к спине с принцем. Вместе они отражали все удары, пока я изо всех сил усиливала их щиты, прячась за перевёрнутым журнальным столиком. Здесь, в Среднем мире, слишком малая концентрация духовных частиц, отчего мои Печати не работают на полную мощность, как должны. Но я продолжала высасывать крохи из воздуха.

Прошло около минуты прежде, чем вернулся Марк, появившись рядом со мной в укрытии. Нас становилось всё меньше, круг замыкался, пока мы и вовсе не оказались со всех сторон окружены врагами. Их сдерживали лишь мои непробиваемы щиты. Но надолго ли меня ещё хватит?..

— Сначала его! — приказал Кай, указав на Лоруса, когда Марк попытался унести своего принца.

С каждым разом перемещение занимало всё больше времени. Лицо Марка стало мокрым, как при лихорадке, а одышка и скованность движений, как после марафона. Казалось, вот-вот и он упадёт замертво. Однако приказ парень выполнил, забрав с собой Лоруса, хоть тот и сопротивлялся, умоляя сначала спасти меня.

Только мы с Каем понимали, что меня нужно вытаскивать самой последней. Я одна смогу выдержать такой натиск атак. Если меня здесь не будет, то конец настанет и Каю, и Марку без моих щитов. Остаётся надеяться, что парню хватит сил вернуться за мной…

Круг сжался ещё сильнее. Остались лишь я и Кай, который больше не мог сдерживать все атаки в одиночку и отступил в укрытие. Однако магические вспышки за считанные секунды превратили журнальный столик в тлеющие щепки. Нам пришлось тесниться дальше, загоняя самих себя в угол.

— Поганцы! — завопил бывший королевский дознаватель. — Я собирался быть мягок, но передумал. Придётся вам познакомиться с моим мастерством, которое я оттачивал годами на врагах короны в застенках замка! А вы они и есть — враги истинной короны!

— Лучше сразу убей их, отец! — подначивала его Рейка. — Они предатели!

Как бы я сейчас хотела приворожить его вместе с дочуркой и поставить на колени, но для этого пришлось бы ослабить щиты, чего я допустить никак не могла. Они последнее, благодаря чему мы всё ещё живы.

Мы с Каем взялись за руки, крепко переплетя между собой наши пальцы. Мы будто бы остались одни на этом свете, окружённые со всех сторон врагами, желавшими нашей смерти. Но, несмотря ни на что, пока я чувствовала его ладонь, ничто не казалось мне безысходностью. Принц высвободил из второй ладони воздушную волну, оттолкнув от нас всех врагов и расчистив дистанцию, необходимую, чтобы продержаться до появления Марка. На ногах устоял лишь лорд Фёрстрайд. Мужчина краснел, явно теряя силы, равно как и мой принц, который, напротив, побледнел сильнее обычного. Я крепче сдавила его ладонь в знак поддержки.

Прошло несколько минут, прежде чем Марк наконец вернулся и тотчас осел на одно колено, задыхаясь от бессилия. Не выпрямляясь, парень протянул ослабшую руку к принцу, но тот отскочил в сторону, заявив:

— Сначала Полину, — и резко отпустил мою руку.

— Нет! — запротестовала я, но Марк успел ухватиться за моё запястье влажными и болезненно горячими пальцами.

Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы совершить очередной прыжок, а последним, что я услышала были слова, сорвавшиеся с губ Кая:

— Моя леди…

Глава 14

Мгновение и мы очутились в пещере. В той самой разломанной казарме — единственном месте в Среднем мире помимо отеля, о котором знал Марк и мог переместиться. Парень тотчас упал на пол, его больше не держали даже колени. Ещё чуть-чуть и он потеряет сознание. Ребята окружили его, попытавшись поставить на ноги. Я же напротив рухнула на пол по собственной воле от нахлынувшего внутри отчаяния.

— Я должен вернуться за принцем… — слабым голосом твердил Марк. — Должен…

— Ты совсем без сил! — на эмоциях заговорила Каталина, касаясь лица своего парня.

— Я должен…

— Ты можешь погибнуть, если совершишь ещё один прыжок!

Я понимала её чувства, но как же Кай?.. Он принц и единственный наследник престола Нижнего мира. По всем законам его жизнь ценнее жизни Марка. Но разве это правильно? Могу ли я требовать от других пожертвовать собой ради моих чувств?.. Я не заметила, как заплакала от бессилия и тяжести обстоятельств. Неужели я с ним прощаюсь? Неужели сдаюсь? Не может этого быть! Без Кая не станет и меня. Я ещё дышу, но уже ощущаю, как умираю изнутри, не в силах даже говорить, только слёзы текут ручьём. Мой принц. Мой мрачный бледный принц. Какая бы судьба не ожидала тебя — мы разделим её вместе.

— Я должен вернуться за моим принцем, — не унимался Марк в то время, как сама я онемела.

— Бронина, останови его, прошу! — обратилась ко мне Каталина.

Где-то на задворках сознания я её слышала, но не могла ответить. Не мне принимать решение за Марка, как бы сейчас не хотелось закричать: да, давай, только верни моего любимого! Но я не вправе так распоряжаться чужими жизнями. Не вправе лишать Каталину любви, ради собственных чувств к Каю. Я могла бы воззвать к своему дару и заставить его, но это было бы бесчестно. Может я слабачка, неспособная бороться за своё счастье? А может человек, уважающий право другого на выбор? Не знаю. Я уже ничего не знаю, кроме предсказания Джекки, что мантрой крутиться в голове на повторе: «Кай