Туз пик - Ана Шерри

говорил твердо, подойдя к ней ближе. – Ты знаешь, что он планировал? Стоял там, улыбался тебе, а в его голове зрел план. Сказать какой? – Анхель не отрываясь смотрел в заплаканные глаза Софии, но ее слезы его сейчас не трогали. Он был зол! – Он хотел забрать тебя, сделать заложницей! Прекрасно! Глупее поступка от тебя я еще не встречал! София, если ты что-то хочешь сделать под действием своих эмоций, я очень прошу тебя, ничего не делай!

– Тогда ставь меня в известность о своих поступках, чтобы я не раздражала тебя своими. – София тяжело дышала, уставившись на мужа.

Хотелось дать ему пощечину по красивому лицу, она даже сжала кулаки и закрыла глаза, но решила следовать его словам и не действовать под влиянием эмоций, хотя было непросто. Он так просто кричал на нее, был грубым, эта пощечина в такой момент могла вернуться ей обратно. Иво бы уже ударил ее.

Хотелось верить, что Анхель был другим, но в следующий момент она увидела ключи в его руках.

– Я сделаю так, чтобы мы друг друга ничем не раздражали, – прошипел он и вышел из комнаты, закрыв дверь на ключ.

София кинулась к двери и застучала по ней кулаком:

– Ты с ума сошел! Ты решил запереть меня? Проклятый цыган! Ненавижу тебя! – разревелась она и ударила по двери.

Анхель вышел из комнаты. Все домашние, собравшиеся в гостиной, вопросительно уставились на него.

– Никто туда не войдет без моего разрешения, – произнес он и поднял ключи. – Вам ясно? Ни жалобные речи, ни слезы – ничего не должно вас заставить открыть дверь в мою комнату.

Даже Роза выбежала, но, увидев разозлившегося брата, скрылась. Не хватало, чтобы перепало и ей.

– С вами я тоже разберусь, – он указал на Йона и Михея, – только сделаю одно дело.

Он прошел через гостиную и вышел на улицу. Тут же раздался звонок от неизвестного абонента. Он совсем забыл про Лазара!

– Ангар в Мали Иджёш, – раздраженно произнес он. – Там, где твои люди напали на меня. В полу есть половица, поднимешь ее и найдешь то, что ищешь.

– Конечно, – засмеялся Александр, – за идиота меня держишь? А ты взорвешь ангар ко всем чертям вместе со мной. Так не получится, я сейчас навещу твоих людей, возьму первого попавшегося с собой. Софию ты мне не отдал, найду другого.

– Кретин, мне некогда с тобой возиться, – Анхель зашел в подсобное помещение и стал искать доски – выбирал подходящие, – и так дел по горло. Нет там взрывчатки, я солгал! Если не веришь, пусть твои шестерки туда войдут первыми. Да и как я узнаю, когда ты там будешь? – Он отключил звонок, уже предчувствуя, что его ожидало с другой стороны дома.

София открыла окно, собираясь сбежать, но Анхель успел, схватил молоток, гвозди, приложил доску посередине окна и быстро ее прибил. Затем прибил еще две, чтобы она точно не пролезла.

– Ты издеваешься? – крикнула София в бешенстве. – Я что, в тюрьме?

– Называй как хочешь, – произнес он и выдохнул, немного расслабившись.

– Проклятый цыган, – она рукой стукнула по деревяшке, и Анхель решил вбить еще парочку гвоздей.

– Я заставлю тебя сидеть спокойно! – раздраженно ответил он, и София прямо перед ним захлопнула раму.

Окно открывалось внутрь. Конструкция, которую придумал Анхель, ограничит ее лишь в движении, но не в свежем воздухе.

В доме воцарилась тишина. Все присутствующие лишь молча переглядывались. Потом бабушка Гюли встала из-за стола и ушла к себе в комнату. Йон и Михей остались, ожидая своей участи.

– Зачем надо было идти у нее на поводу? – произнес Михей.

– Она манипулировала мной, – ответил Йон. – Откуда я знал, что так все обернется. Ничего же не случилось, все уляжется.

Михей сочувственно посмотрел на него, не совсем уверенный в этом.

Милош побежал к двери, присел на корточки и произнес в замочную скважину:

– София, я что-нибудь придумаю. Поговорю с Анхелем.

– Пусть он катится к черту! – прогремел ее голос, и Милош отстранился.

К нему подошла Ясмин, потянув за руку:

– Ты прекрасно знаешь, что перечить моему брату нельзя. Тем более это семейные разборки, мы не имеем права вмешиваться.

– Он не имеет права держать мою сестру в заточении, как преступницу…

– Я буду героем, кто спасет жизнь ей и ребенку! – раздался позади голос Анхеля.

Милош тут же встал на ноги.

– Но как же… – не понял он, – она там совсем одна…

– Будет время подумать, – твердо ответил Анхель и обернулся к друзьям: – Пойдемте на улицу – в доме нечем дышать.

Все вышли. Ясмин и Милош остались молча смотреть друг на друга. Роза выглянула, чтобы удостовериться, что брат ушел.

От бессилия София кинулась на кровать и разревелась. Сейчас в ней кипела обида. Громкие слова Анхеля о том, что она должна беречь единственного ребенка, били больно. Все же это мучило его! Он молчал, пока не было возможности высказаться! Успокаивал ее у врача, а сам наверняка жалел, что выбрал такую жену. И Эмилия не просто так появилась. Вот она бы родила ему много детей!

А еще его тон! Запер ее, чтобы не видеть! Отлично! Она приложит все усилия, но не впустит его! Хотя… здесь его уже и кровать не держит с их проклятыми традициями, он пойдет спать к Эмилии!

Она уставилась в одну точку красными от слез глазами. Почему так больно от его криков? Когда Иво ударил ее в первый раз, больно было физически, но сейчас плакало сердце и разрывалась душа.

Она свернулась клубочком под одеялом. Ее знобило. За дверью слышались голоса, но София не хотела больше никому отвечать, и не было сил встать с кровати. Сон одолел.

На улице Анхель угрюмо смотрел на провинившихся друзей. Амир попытался улыбнуться, но это мало походило на улыбку.

– Она у тебя такая боевая, – пожал плечами он, – загрызет даже Лазара.

Анхель перевел взгляд на Йона.

– С ней было бесполезно спорить, а то ты не знаешь. Она только что дуло пистолета к моему горлу не приставила. Ты ничего не сказал, уехал куда-то.

– А я разве просил вас куда-то ехать? – не понял Анхель. – Что за самодеятельность?

– Не просил, верно, – кивнул Михей, – но она переживала. Мы тоже переживали, не знали, где ты, возможно, нужна помощь…

– От беременной женщины, – закончил за него Анхель. – Ладно, хватит об этом. Хочу, чтобы вы меня сейчас услышали: никогда не ведитесь на ее уговоры и просьбы. Это ставит под угрозу ее безопасность! – твердо сказал он.

Все кивнули.

– Теперь к делу. – Он достал телефон и принялся звонить