Всего один неверный шаг - Елена Лабрус

— И что было потом?

— Потом Ане сказали, что она принесла его уже нерабочим, — ответила мать.

— А они что, при приёмке не проверили? — удивился Игорь.

— Нет. И ничего у Ани не спросили, ни логин, ни пароль. Сказали, что всё сделали, термопасту поменяли, взяли три тысячи и предложили сделать диагностику, ну узнать, что с ним не так, — ответила Вероника.

— И она согласилась?

— Ну-у-у, да.

Лера опять покачала головой и закатила глаза.

— Мам, ну а что ей было ещё делать?

— Ну, конечно, платить три тысячи и оставлять ноутбук этим рукожопам, — она взмахнула руками. — Твой ноутбук работал?

— Да, — выдохнула Вероника.

— Он включался?

— Конечно.

— А после их «ремонта», — показала мать пальцами кавычки, — перестал.

— То есть они его сломали? — подвёл итог Наварский. — Но говорят, что он уже был сломан.

— Да, только… — посмотрела на мать Вероника.

— Это ещё не всё, — пояснила жена.

Глава 44

— Я слушаю, — ответил Наварский.

— Они его забрали, потому что у Аниного знакомого мальчика есть другой знакомый мальчик, который разбирается, и отвезли ноутбук ему. Так? — посмотрела Лера на дочь.

— Да, но ещё до этого с сервиса позвонили и спросили, есть ли на ноутбуке что-то важное, они могут ещё кое-то попробовать и обновить его до заводских настроек, но тогда там всё сотрётся. И Аня сказала «нет», поэтому мы пошли его забирать.

— Вместе? — уточнил Игорь.

— Да, вместе. И там другой парень, не тот, что принимал в ремонт и звонил, нам сказал, что никаких фотографий и прочих данных там уже давно нет. Очень удивился, что нам такое сказали. И я заплакала, потому что там… там же всё, — её глаза снова наполнились слезами.

— Ну, ну, Медвежонок, — прижал её к себе отец. Лера отвернулась, в её глазах тоже стояли слёзы. — Не стоит оно того. Что было дальше-то?

— Аня очень сильно разозлилась и сказала, чтобы ей отдавали деньги.

— И ей отдали?

— Да, только ноутбук… — всхлипнула Вероника и вытерла нос. — Его так и не отремонтировали. Нас обнадёжили, но вчера сказали, что ничего не получится, и отдали.

— А как же ты ходишь на курсы? — нахмурился отец.

— Они ещё не начались. А когда что-то надо, Аня мне даёт свой.

— Ясно, — выдохнул Наварский. Вероника увидела, что все уже построились на линейку. — Да, беги, конечно, — отпустил он дочь.

— Цветы, — крикнула ей Лера и вручила букет.

— Ну это, значит, тебе, — протянул ей Наварский свой.

— М-м-м, синенькие, в коробке, как я люблю, — поправив веточку эвкалипта, усмехнулась она. Но усмехнулась не зло, скорее грустно.

— Пойдём, подойдём поближе, — позвал её Игорь.

Да, ему тоже было жаль. Жаль, что, когда она разберётся, остынет, соскучится и захочет всё забыть, её единственным условием будет — не встречаться больше с «другой» женщиной.

И это единственное условие, которое он не готов выполнить.

Он встал у неё за спиной. И даже ненадолго закрыл глаза, осторожно и глубоко вдохнув её запах. От него по-прежнему кружилась голова. И по телу растекалось такое тепло, что хотелось выкрасть её с этой линейки и увезти далеко-далеко.

— Что будем делать? — тихо спросила она, когда началась торжественная часть. — С ноутом?

Вероника стояла справа от них. Не в первом ряду, но она была высокой девочкой, её было хорошо видно даже среди букетов.

— Надо подумать. А в каком торговом центре этот ремонт?

— В «Галерее», наверное.

— А как называется?

— Какой-то дурацкий «Кнопик». Я посмотрела, там столько разных ремонтов, и фирменных, и не очень, но Аня говорит, ей название понравилось, поэтому она его выбрала, — прижав к себе букет, скрестила руки Лера. — Что-то не ожидала я, что с утра будет так холодно, — вздрогнула она.

Наварский молча её обнял и крепко прижал к себе согревая.

Увидел, что Вероника что-то показывает ему глазами.

Перед ними в шеренгу стояли чтецы. И она показывала на мальчика, что стоял к ней ближе всех. Высокий, ещё по-детски худой и слегка нескладный, но очень даже симпатичный.

— Илья? — спросил Наварский дочь одними губами.

И она кивнула и улыбнулась.

Игорь тоже улыбнулся и прижался щекой к макушке жены.

Она прижалась затылком к его груди.

Сколько раз он благословлял небеса за то, что тогда забрал у Сокола билет и сам отправился на «Жизель». Тот до сих пор не может ему простить. К сожалению, как бы Игорь жену ни любил, тоже пока простить не мог. Что-то надломилось в нём и очень сильно — какая-то несущая конструкция, скелетная кость, на которой держался их брак. Он и хотел бы, но пока просто не мог.

— Я сам съезжу в этот «Кнопик», — сказал Игорь.

— Ну, я тоже им просто так это не оставлю, — решительно ответила Лера. — Залеплю им этим ноутбуком, и криворукому мастеру, и директору.

Игорь знал: она может. У неё как-то сумочку пытались отобрать на улице, так она так отходила грабителя этой сумочкой с пассатижами (носила на работу что-то там отремонтировать), что тот без туфли сбежал. Это была их любимая семейная легенда.

Только бы не поехала разбираться после бутылки вина.

Но про вино он ей ничего и не сказала бы, ведь прозвучит как упрёк, да и вообще ответить не успел — на них зашикали, Наварский поднял руки,