Никому не говори, что ты мой муж! - Софи Паулус

— Ну вот и ответ, я сегодня должна была идти со всеми в бар, отмечать Машино трудоустройство к нам в компанию, — кручу в руках телефон и сажусь к Диме на кровать.

— Слишком вульгарная одежда для бара. Хорошо, что я тебя увез, — забирает у меня телефон.

— Это чем же она вульгарная?

— Вырез огромный на рубашке, на юбке вообще ужасный, даже чулки видно, белье какое красивое одела, — Дима искоса смотрит на пол.

— Да когда же ты разглядеть все успел?

— Я вообще то, тебя час в машине прождал и видел, как ты шла хихикала от самого лифта с этим несуразным парнем.

— Да что ты за человек. Илья лохматый, Дима несуразный. У нас ничего нет. Он мой коллега. И вырез у меня не пошлый. А белье у меня все красивое. И если я собралась в бар, то это не значит, что должна одеть хлопчатые трусы по пояс на резинке и такие же колготки. Эй, постой, я, по-моему, слышу голос ревнивого тирана? — заканчиваю речь и смотрю на Диму.

— Что? — он так улыбнулся, о чем-то задумался, и не слышал вопрос.

— Это ревность? — я повторяю.

— Пока не знаю, — перекатывает меня на середину кровати, срывает одеяло и начинать жадно целовать.

Понятное дело, почему его невозможно забыть. Его руки сильные и крепкие, то прижимают меня к себе, то резко поднимают и опускают над собой. Такие бурные страсти в кровати мне всегда казалось вымыслом кинорежиссёров, а н-нет. И в жизни так бывает, когда рядом уверенный, опытный и любимый человек.

Дыхание Димы размеренно, он крепко спит, но при этом обнимает нежно одной рукой меня, а вторая закинута над головой. Я глажу его аккуратно, чтобы не разбудить одним пальцем, вверх, вниз и не верю своему счастью, что он снова рядом. И какая кошка между нами пробежала, ведь все хорошо, никакой он не гадкий. Я скучала, я очень сильно по нему скучала.

— Настя, просыпайся, сегодня очень много дел, — слышу его нежный голос, чувствую руки на своей спине, поцелуи на шее.

— Ещё чуть-чуть, пожалуйста, — не хочу открывать глаза, не хочу, чтобы это все кончилось, не хочу покидать эту кровать, спальню, квартиру.

— Нет, завтра выспишься, а сегодня надо все успеть, нам в семь вечера надо быть на приёме, — он целует меня в плечо и выходит из комнаты.

Я пристаю на локте и смотрю в окно. Ещё одно чудесное солнечное утро, настенные часы показывают одиннадцать ноль-ноль. Ух, вот это я поспала, теперь понятно, почему Дима решился меня будить. Ищу глазами хоть, что то, чем можно прикрыть наготу и натыкаюсь взглядом на свое нижнее белье так и покоящееся на полу и на Димину рубашку. Накидываю ее, закатываю рукава и иду в душ.

— Ты это ешь или сбегал все купил с утра? — спрашиваю я, заходя в кухню завернутая в полотенце и показываю на стол пальцем, где стоят мои любимые йогурты, молоко, булочки, даже сыр порезан именно так, как я люблю, тонко-тонко.

— Я это не ем, но все купил заранее, — Дима пьет кофе и что-то читает на планшете.

— Как заранее? — я прям в ступоре.

— Вот так, вчера утром, сам пошел в магазин и все купил.

— А если бы я не приехала!? — у меня шок. Дима сам ходил в магазин и так уверен был в моем приезде.

— Я бы привез тебя насильно, что в принципе и сделал.

— Ты очень самоуверен.

— Если только немного, — он подходит ко мне, целует в лоб, и идёт в комнату.

— Дима, а в чем надо быть на твоём приёме? Мне надо домой за вещами.

— Тебе никуда не надо, сейчас соберёмся, поедем и все купим, — говорит он из гостиной.

— Нет мне надо, у меня дома косметика, туфли, да и вообще, у меня все есть дома.

— Тут у тебя тоже что-то есть, в гардеробной посмотри, только сначала позавтракай, а я быстро проверю почту и сделаю пару звонков.

Несмотря на то, что я в квартире не впервой, но в гардеробной мне побывать не удалось в предыдущий раз, как-то не было нужды. Да и чего я забыла в чужих вещах ковыряться.

Да у него на полках чище чем у меня, все стопками сложено аккуратно. На вешалках весит куча рубашек. Все белые. Восемь, девять, десять, одиннадцать, пересчитываю их отодвигая в сторону. Я поражена не столько размеру этой комнаты для вещей, сколько чистоте и порядку. Куча ботинок, кроссовки: белые, черные, борцовки, ооо, да он спортсмен, ух ни фига сколько футболок поло. Да тут можно всему подъезду по одной раздать. А галстуков? Он их солит. По ходу, как и ремни. На полке запонки, заколки для галстуков, бабочки. И полка с моими вещами? Да, моя пижама, толстовка, футболка, моя косметичка. Он это не выкинул. Не бросил в пакет из супермаркета в углу комнаты, а все аккуратно лежит стопкой рядом с его вещами. Это более чем мило.

— Насть, ты ещё долго? — кричит Дима откуда-то из далека, приближается, облокачивается рукой о косяк двери, смотрит на меня, на наручные часы. — Поехали уже.

— Ты так поедешь? — на нем шорты и футболка.

— Нет, сейчас переоденусь, — улыбается, не глядя хватает с полки джинсы, футболку и выходит оставив меня здесь одну.

— Дима, а все эти вещи ты сам себе купил? — у меня просто в голове не укладывается, как он мог ходить по стольким магазин и все это скупать.

— Нет конечно, это все Алиса, — у нее хороший вкус, думаю я и смотрю как он одевает футболку через голову, в это время все его кубики рубики на животе соблазнительно играют, на руках видны крепкие битсепсы, трипсепсы, как это у них называется, весь такой подтянутый, рельефный, он поправляет воротник, смотрит на меня, резко стаскивает футболку обратно, отбрасывает в сторону и хватает меня на руки.

— Димаааа, — я пытаюсь придержать полотенце, которое с меня спадает, но безуспешно. Он уже жадно целует меня в губы на ходу и несёт на кровать.

— И что это было? — отойдя от спонтанной порции секса, спрашиваю я.

— Не надо так смотреть. Сама напросилась, а теперь давай собираться. У нас мало времени.

— Дим, я все-таки категорически против походов по магазинам, поэтому отвези меня домой, пожалуйста. Мне сейчас даже ехать не в чем, я похожа на твое личное пугало. Нет, однозначно домой, заедешь и заберёшь меня позже, скажи к скольким, и я буду готова. Кстати, мне такое красивое платье подарили, хоть выгуляю его.

— Это кто же тебе платья дарит, красивые? — Дима останавливается посреди спальни и смотрит очень внимательно.

— Одна девушка, новая восходящая модельер. Мы с Машей снялись для ее каталога, она нас отблагодарила вечерними нарядами из своей коллекции, — это фотосессия наша с ней гордость. Мы примерили десятки образов и у каждой из нас дома по альбому красивых фотографий.

— Я надеюсь там все прилично, в каталоге?

— Более чем.

Мы ещё немного обсудили мою фотосессию, переезд Маши в Москву, ее трудоустройство ко мне на работу. О нашем недопонимании в Санкт-Петербурге мы оба молчали. Ни он, ни тем более я не хотели вновь вспоминать тот ужасный день, и уж тем более обсуждать сейчас развод крайне неразумно.