Никому не говори, что ты мой муж! - Софи Паулус

Я представила, как прыгаю ему сзади на спину с разбега и кусаю за шею. Нет, это кадр из фильма про вампиров, который мы вчера смотрели с БА. Но он уходит. Я вижу его удаляющуюся фигуру и стою, не предприняв ни одной попытки его убить. Машина заблокирована. Заявление удалено. Развода не будет.

Только через суд.

Холодно.

Иду, не спеша в ресторан напротив. Тут очень вкусное ризотто и кофе с корицей. Но есть я не хочу.

— Кофе, — сажусь за столик и начинаю плакать.

— Знаешь, Маша, кто он? Козел козлиный, — я не могла сидеть молча, мне надо говорить.

— О хох. Ты в салоне красоты жидкость для снятия лака выпила? Что произошло, где ты? — Маша быстро ответила на мой звонок.

— Ничего не выпила, кроме кофе в ресторане напротив. Маш, можно я к тебе сейчас приеду?

— Конечно.

Кстати, к категории психопомощи можно отнести водителей. Но не всех. Вот, например сегодня за рулём человек с большой душой.

— Почему такая красивая и такая грустная? — спрашивает он, глядя на меня в зеркало заднего вида.

— Муж козел, — отвечаю я и шмыгаю носом. Нет, ну а где ещё я такое могу сказать? Только Маше и то шепотом, чтоб ее родители не услышали. А здесь, в этой капсуле, где люди оставляю все свои секреты, тайны, мечты, вещи и чего ещё можно оставить в такси, я говорю все как есть. Ведь покинув эту машину, водитель забудет обо мне, я о нем. Мне легче, а ему не скучно.

— Такая молодая и уже замужем? — задаёт следующий вопрос. Смешной дядька. Грузин как из отечественного фильма. Ровесник папе. При таком и матюгнуться стыдно.

— Да вот, выскочила по глупости.

— Эй, какой не хороший муж, такую жену красивую обижает.

— Да козел, говорю же.

— А чем обидел?

— Развод не даёт.

— Ох как, развод? Сама развод хочешь?

— Да, а он ни в какую.

— Ну и молодец! Значит любит, значит не хочет такую красавицу отпускать.

— Себя он любит.

— Обижает тебя? Пьет? Гуляет? — водитель задаёт вопросы и ждёт ответов.

— Да вроде не гуляет, и не пьёт, и не бьёт.

— Так зачем тогда развод? Не торопись, браков без любви не бывает. Не силком тебя за него выдали, сама говоришь, выскочила.

В этом мире тайный заговор против меня. Все на Диминой стороне. Только нет у нас любви и брак по расчету. Ну и ладно. Умолчу об этом, ехать две минуты осталось, а история длиной как до Питера и обратно. Зачем дядьку грузить.

Маша жизнерадостно меня встретила и пошла разбирать пакет, который я набрала в магазине по пути к дому.

— Насть, а это что за джентльменский набор? Мороженое, конфеты, пачка платочков, ещё конфеты.

— Так модно, смотри чаще сериалы. Сейчас мы одеваем пижамы, жрем в кровати мороженое и плачем, — говорю все это и иду мыть руки.

— Нет Настя, мы сейчас одеваемся и едем в клуб. Только что звонил Илья и пригласил на свое выступление, которое скоро начнется.

— Я не знаю, что и сказать. Почему этот лохматый звонит тебе и приглашает нас? — моему возмущению нет предела, и я стала называть Илюшу лохматым?

— Настя не ревнуй. Пойдем, развеемся, и ты мне все расскажешь.

— Наверное, ты мне что-то расскажешь. Правильно?

— Настюш, милая, просто позвонил. Просто пригласил. Иду из вежливости. Давай собираться!

И я пошла. Немного подкрасилась и пошла с Машей в клуб на Илюшино выступление.

Маша, конечно, охала и ахала по дороге от Диминого поступка, но согласилась, что шантаж дело подлое и низкое.

— Я только не пойму, почему ты его не выслушала? — ее вопрос заставляет меня задуматься.

— Я не знаю. Защитная реакция. И получается не зря. Вот видишь, он все делает, чтоб с работы не вылететь. Даже заявление о разводе забрал. Я не представляю, что будет, когда папа узнает, что полдома могут принадлежать Диме. Что БА скажет. Что будет, если все это всплывёт? — закрываю лицо руками и уже не плачу, а просто думаю, как сильно я вляпалась.

— Успокойся, все образуется, все будет хорошо, — обещает Мах Махыч и мне хочется ей верить.

Лучшие места в зале, сразу навели меня на мысли о не «просто приглашении на концерт», как говорила Манюня. Илья все выступление не сводил с нее глаз. Да и после, за ужином, стрелы амура между ними меня начали добивать.

Тут я отступаю на задний план и не лезу никоим образом. Даже не комментирую их переглядки, его комплименты, ее дебильное и стеснительное "спасибо" с хлопающими ресничками.

Маша, та, у которой отвратительный характер и такой же язык стоит и стесняется Илью, которого и впритык не замечала! Чувствую себя третьей лишней и думаю, что пора оставить их наедине, но только собираюсь сказать Маше, что заказываю такси, как звонит мобильный. Дима.

— Да, — отвечаю на звонок.

— Насть, нам надо поговорить, — такой грустный и уставший, как мне кажется.

— Надо, конечно, но не сегодня.

— Почему? Ты занята? — он удивлен.

— Да я занята, извини я не одна и мне не удобно говорить, — хочу повесить трубку, но успеваю услышать:

— Настя, почти полночь, где ты?

— Это не твое дело, — отключаю вызов.

Ночная Москва за окнами такси размывается моими слезами, от обиды за свою наивность. Дима в самом начале предложил сотрудничество без каких-либо обязательств и чего я тогда хотела?

Надо бы подумать, что делать дальше с разводом, но уже не сегодня, голова и без того, как котелок с ватой.

Подъезжая к дому, я сразу увидела под фонарем около подъезда знакомую фигуру. Стоит, облокотившись о свою машину, смотрит на мои окна, курит. Хочется развернуть таксиста и уехать. Но не куда, по ночной Москве я только прокатилась.

— Привет, кого ждёшь? — задаю вопрос Антону, выходя из машины.

— К Илюхе приехал, трубку не берет, договорились встретиться. А ты откуда так поздно? — он бросает недокуренную сигарету на землю и растирает ее кроссовками.

— Ещё один, — закатываю глаза, но отвечаю на вопрос. — Была на Илюшином выступлении. Он там с девушкой познакомился и завис. Наверно, тебе ждать его бессмысленно.

— Я тут уже пол часа стою, а он с девушкой. Красивая хоть, девушка? — он делает шаг мне на встречу и расстояние между нами сокращается до минимума, между нами, разве что ещё одна Настя поместится.

— Ну, такая, ничего, — надо идти домой, я ответила на все вопросы.

— Как ты? — так спросил небрежно, быстро посмотрел на меня и отвернулся к подъезду. Вот эта небрежность меня всегда в нем привлекала. Очень редко Антон проявлял открыто интерес. Только перед сексом. И то, наверное, чтоб не спугнуть удачу.