Причина бессонных ночей - Даша Коэн

Зато Исхаков сподобился. Впился в меня своими чернющими зенками и сморозил чушь:

— Я как раз в город собирался. Могу подбросить тебя, Яна.

Только через мой труп!

— Я сама за рулем. Да же, пап? — улыбнулась я родителю чуть извиняющейся улыбкой.

— Вы знакомы? — проигнорировал напрочь мой вопрос отец, а мой враг тут как тут, чтобы меня забодать.

— Мы с Яной учимся в одном институте.

Ах, вот как? Ну что ж, он сам напросился. Я не виновата.

— Правда? — вопросительно приподняла я брови и хмыкнула. А затем перевела полный недоумения взгляд на Исхакова, провоцируя его опозориться окончательно. Ну давай, расскажи нам всем тут сказку про белого бычка, мальчик-зайчик.

Но он молчал. Смотрел на меня так, будто бы мечтал расчленить на живую, но позорно держал язык за зубами. Слабак!

— Никогда тебя там не видела.

— Я новенький, — пояснил он, а я пожала плечами.

— Ясно. Держи в курсе, — заставила я себя улыбнуться ему в ответ, а затем повернулась к отцу и требовательно протянула руку, нетерпеливо передергивая пальцами, — пап, ключи.

— Ой, там такая метель страшная разыгралась, — словно старая бабка запричитал Исхаков, глядя в окно и качая головой, а мне его покусать захотелось, — надеюсь, ваша дочь опытный водитель. Там, наверное, трассу уже подзамело...

Гад! Сволочь! Ненавижу!

— Он прав, Яна. Если тебе так срочно надо вернуться, то пусть Тимофей тебя до города подкинет. Так мне будет спокойнее.

А я ушам своим не верила просто! И такого предательства от отца тоже никак не ожидала. Я ведь намекала ему взглядом, что тут давно уже запахло керосином и горелой плотью. А он чего?

— Я вызову такси, — упорно стояла я на своем.

— Такси сейчас сюда два часа ехать будет, — развел руками Исхаков, а его отец согласно кивнул, подтверждая, что так оно и есть, — да и стоить будет, как крыло самолета.

Звери!

Думали, загнали меня в угол? А вот и фиг вам! Собрался в город ехать? Ну так и катись — скатертью дорога.

— Ну, раз так, то я все-таки останусь. Да и Тимофея напрягать не хочется, пусть едет без меня. Итак, наверное, уже опаздывает. Верно?

И только я решила, что выиграла эту войну, как Исхаков поставил мне шах. А затем и мат.

— Пап, а у вас какие на сегодня вообще планы были?

— Шашлыков поесть — Гурам уже угли приготовил, по тарелкам пострелять, да наболтаться с Андрюхой как следует. Сколько лет не виделись же.

— Слушай, а останусь-ка я сегодня дома. Давно мяса жареного не ел. Да и Яне с вами, двумя старыми пердунами, наверное, скучно будет. Да, Яна?

Мой отец заржал. Вот прям в голос. А к нему и друг его подключился. Да так заразительно они это делали, что я и сама улыбнулась нервно, мечтая прямо здесь и сейчас выцарапать глаза этому болтливому имбецилу.

Что ему от меня надо?

Вон, там целый город девок не порченных пропадает. Вали к ним! Или к Машке своей!

Но Тимофей Исхаков зачем-то стоял здесь и смотрел на меня так, будто бы я ему сдачу с рубля не дала. И все играли ему на руку. Просто все!

А дальше я вообще как-то перестала понимать происходящее. Ко мне вдруг пришел адреналиновый откат: руки тряслись, сердце за ребрами едва ли не вопило, захлебываясь кровью, а по вискам стучал отбойный молоток в ритме похоронного марша.

Я не замечала ничего. Ни огромной застекленной веранды, где был накрыт стол, уставленный разнообразными закусками. Ни ароматного шашлыка, что с нашим появлением внес в помещение какой-то мужик. Ни веселой болтовни наших отцов, которые уже, кажется, забыли обо всем на свете. Ни взгляда своего врага, который пытался высверлить мне дырку в черепной коробке.

Я же даже не поднимала на него глаз. Лишь ответила Плаксиной, что в кино не пойду, так как появились неотложные дела. Прямо такие срочные, что поубивать всех охота к чертовой матери!

Спустя словно бы вечность такой веселой жизни мне хотелось выть. Не радовал уже ни шашлык, ни стрельба по тарелкам, в которой я даже участвовать не стала. Ибо всем в этой комнате было расчудесно, кроме меня. Я же не могла уже выносить то, как меня, словно муху под микроскопом, рассматривал мой заклятый враг. Со мной от этого творилось что-то очень страшное.

Меня кидало, то в жар, то в холод.

В животе спазмами скручивало внутренности.

То и дело по коже пробегали табунами наэлектризованные мурашки.

И вишенка на торте — легкие, кажется, не справлялись с нагрузкой, качая воздух, наполненный ароматом тела Тимофея Исхакова. Он ведь сидел так близко — только руку протяни и можно придушить. А вот и нет — приходилось тянуть носом и всем телом ощущать его, парня, которого я ненавидела так, что невозможно было и описать.

Он будто бы давил меня своей энергетикой. Давил так, что я начала задыхаться. И подумывала о том, чтобы позорно выкинуть белый флаг, а затем ретироваться отсюда хоть куда-нибудь уже, но неожиданно пришло спасение.

И я зацепилась за него, как за хотя бы небольшую какую-то передышку в этих нескончаемых боевых действиях.

— Дети, пойдите там прогуляйтесь, что ли. Нам тут с Андрей Андреичем нужно бы важные дела перетереть с глазу на глаз, — чуть поплывшим от алкоголя голосом произнес отец Тимофея. — Сын, покажи Яне кино. У нас на втором этаже как раз специальный зал для таких дел оборудован.

И мне бы напрячься. Или хотя бы задуматься над тем, что это все совершенно плохая идея идти куда-то один на один с человеком, которого я органически не переваривала. Но случай распорядился иначе...

Да и, в конце концов, что он мне сделает? Пф-ф-ф...

Глава 22 — Кино

Яна

Я встала со своего места без возражений, а потом пошла вслед за Исхаковым. Молча на второй этаж. И дальше — в комнату, обитую темно-синими панелями и с огромным диваном посередине. Вот именно на него я и опустилась, а затем подняла усталый взгляд на парня. И отрезала:

— Стоит ли надеяться, что ты оставишь меня здесь одну? — помолчала секунду и добавила. — Мне неприятно быть в твоем обществе, Тимофей.

Но этот мерзопакостный персонаж ничего мне не ответил, только смерил высокомерным взглядом с головы до пят, включил огромный экран и кинул рядом со мной пульт, а затем молча вышел из комнаты.

Ну что к чему, а?

Почему с его уходом у меня