Гахиджи - Ирина Королева

– Откуда ты знаешь?

Елена нервно дернула плечом, не отводя взгляда от горизонта: – Просто знаю и все.

Катерина замолчала и вновь вернулась в кресло, а Елена, словно загипнотизированная продолжала жадно всматриваться в окружающую территорию. Она чувствовала сильное напряжение, все мышцы словно закаменели и вместе с тем, к ней пришло странное облегчение, как будто она только что успешно выполнила жизненно важную задачу. Елена лихорадочно перебирала в голове последние события, стараясь найти причину своих ощущений, но только еще больше запутывалась. Ей было очень страшно, но вместе с тем она ощущала, что, находясь здесь, поступает правильно. Необъяснимое противоречие, как между землянкой и этим домом. Елена еще долго стояла, разбираясь в своих мыслях, но так и не пришла ни к какому соглашению. Она решила последовать своему же совету и просто присматриваться к обстановке.

Женщины в голубом вернулись ближе к ужину и накормив всех тушеным мясом, ушли до утра. График дежурств пока полностью не сформировали, но на следующий день на кухню уже вызвались Юля и спящая рядом с ней в экипаже светлокожая Марина. Елена с Катериной вызвались на уборку дома, а еще две, пока незнакомые девушки, на поливку и уход за многочисленными, стоящими в глиняных горшках, цветами. Перед уходом Нэйн с легкой тревогой в глазах осмотрела всех подопечных и немного помявшись, предупредила, что побег из этого дома невозможен. Вокруг море и большое количество хищников, только и ждущих такой крупной и легкой добычи. Еще раз, оглядев притихших девушек, они покинули дом. Стемнело довольно рано и Елена с сестрой легли спать, наслаждаясь чистыми хрустящими простынями и мягкостью пуховых перин. Некоторые девушки остались в гостиной и библиотеке, тихо переговариваясь при дрожащем свете крупных свечей. В спальной комнате светильников не было, что сразу исключало возможность споров по поводу желающих или нежелающих спать. Это очень радовало и создавало впечатление, что в доме предусмотрена каждая мелочь, лишающая возможности лишних ссор. Как будто атмосфера спокойствия предусматривалась и планировалась годами. Елена уснула практически сразу, прижимая к себе мягкую подушку. Теплая летняя ночь окутала мягкой тишиной.

***

На следующий день Елена проснулась очень рано, солнце только взошло, а большие напольные часы, стоящие в гостиной отзвонили шесть часов утра. Она тихо встала и, толкнув крепко спящую сестру, направилась в просторную ванную. Вода в душе еще не нагрелась от пока еще слабых солнечных лучей, и прохладные струйки быстро прогнали остатки сна, придавая желанную бодрость. Елена быстро вымылась и вернулась в теплую спальню. Плотно задернутые шторы сдерживали первое солнце, и в комнате царил легкий полумрак. Катерина продолжала спать, натянув на голову хрустящий пододеяльник, и она не стала её снова будить, а только поправила сползшую подушку. Кровати Юли и Марины уже пустовали. Елена быстро переоделась во вчерашнее белое платье, стараясь передвигаться как можно тише, чтобы не разбудить остальных и направилась на кухню, чтобы выпить горячего чаю и предложить свою помощь. Вчерашние страхи немного улеглись, и Елена чувствовала себя уже более решительной. Она должна узнать, как можно больше, не вызывая подозрений. Для начала определить их место нахождения, а потом ближайшие органы власти. В конце концов, похищение людей везде противозаконно и она обязательно вытащит их из этой передряги. С этими мыслями Елена прошла на кухню. У девушек уже вовсю кипела работа, это было слышно еще издалека, по звону посуды, шкварчанию масла и легким сладким ароматам. В комнате звучал смех. Елена заглянула на кухню, пытаясь определить причину веселья, и дернула губами в полуулыбке. Возле открытой печной дверцы, сидела Марина и пыталась подложить крупные березовые поленья. Она жутко боялась обжечься и постоянно отдергивала руку от сыпавшего искрами жара, отчего поленья выпадали обратно, а её лицо и руки покрыли черные пятна сажи. Юлька стояла возле большого стола и мелко шинковала крупные кабачки, заливаясь при этом звонким смехом. Амизи резала пополам сочные апельсины, а Кия выжимала из них свежий сок на самодельной ручной соковыжималке. Нэйн месила упругое тесто и весело улыбалась, подсказывая Марине, как лучше уложить дрова. Первой Елену заметила Юля:

– А вот и еще одна помощница! Как спалось? – она ссыпала порезанный овощ в объемную кастрюлю и принялась за следующий кабачок.

– Нормально. Всем доброе утро. – Елена дернула плечом, чувствуя конфуз от витавшего позитива, и подошла к Марине. Женщины тоже пожелали ей приятного дня. – Давай помогу. – Она взяла пять средних поленьев и по очереди закинула их в печь. – Вот и все! – Марина с благодарностью улыбнулась и направилась к раковине отмывать грязные руки.

– Будешь кофе? – Нэйн кивнула на большой чайник, стоящий на тёплом каменке и отбросила взмокшую челку. – Только свежие сливки еще не принесли. Опять Иаби где-то задерживается.

– Ничего, я люблю черный, спасибо. – Елена налила себе ароматного напитка в тонкую, почти невесомую фарфоровую кружечку и присела рядом со столом, делая маленький пробный глоточек. – Очень вкусно. – Сдержанно поблагодарила Елена и заинтересованно посмотрела на Нэйн. – А это какой сорт? – обратилась она к Нэйн, начинавшей формовать из теста маленькие круглые булочки.

– Сорт? Не знаю. – Растерянно пожала плечами женщина. – Мы сами его выращиваем…

– Серьезно?

– Да, конечно. А еще мы выращиваем картофель, морковь, кукурузу, кабачки, томаты. Для мяса и молока мы разводим Зебу. Рыба, зелень, фрукты, специи, все растет само по себе и вообще наша флора и фауна очень богата.

Елена нахмурилась, но тут же попыталась изобразить живой интерес: – А Зебу это кто?

– Это такая корова. – Нэйн ласково улыбнулась. – Только с большим горбом на загривке и кожными складками между передними ногами. Конечно, молока она дает немного, в отличие от европейской коровы, но нам хватает.

– Понятно, – Елена отвернулась и задумчиво посмотрела в открытое окно, украшенное легкими цветными занавесками. На кухне было очень жарко и утренний ветер, развевавший коротенькие занавески, приносил приятную прохладу. «Это деревня» завертелись мысли у Елены в голове «значит, придется сложнее. Возможно, она очень далеко от города, поэтому они так спокойно оставляют нас свободными. Нужно узнать, насколько далеко, а затем может украсть лошадь и добраться до ближайшего посольства, хотя я в жизни ни разу не имела с ними дела, но может скакать верхом не так уж и сложно?». Елена оторвала взгляд от окна, и вяло улыбнулась женщинам. Марина закончила отмывать жирную сажу и принялась помогать Юле, резать овощи и зелень.

– Слушай Нэйн! – Юля подключилась к разговору. – А из чего сделаны те штуки, которыми мы мыли головы. Волосы после них просто шикарные. – Марина в подтверждение закивала головой.

– Я знаю, это местный рецепт из голубой Тахиры. Я обязательно научу вас его готовить. Здесь все дело в масле из её стебельков, оно смягчает и придает потрясающий блеск. – Нэйн отправила в печную духовку железный лист с маленькими круглыми булочками и отряхнула белые от муки руки. – Ну вот, а теперь пора жарить наши оладьи. – Она взяла кастрюлю с мелко резаными кабачками, и щедро приправила их специями, разъясняя девушкам каждое свое действие. Слив с кастрюли образовавшийся сок, она добавила немного муки и поставила Марину возле скворчащей сковородки. – А теперь выкладывай ложкой небольшие порции и как только увидишь, что края подрумянились, переворачивай вот этой лопаткой. Юлю Нэйн отправила сервировать стол. Елена допила свой кофе и начала помогать женщинам, мыть посуду. Немногословная Кия налила в таз с водой прозрачный раствор из стеклянной банки и опустила туда жирные тарелки.