Гахиджи - Ирина Королева

– Нас что, привезли в музей!? – прервал тишину злобный голос Валерии. – Я засужу вас всех, вы еще пожалеете, что связались с Петровыми.

Нэйн недовольно нахмурилась и перевела взгляд с притихших девушек на перекошенную злобой шатенку. Она с достоинством выдержала полный ненависти взгляд и не сказав ни слова отвернулась, хотя было слишком очевидно её волнение.

Елена судорожно выдохнула. Конечно любви или чувства вины к Валерии из-за отца она уже не испытывала, но и спокойно наблюдать, как Лера подписывает себе приговор тоже не могла. Она быстро отпустила Катерину и кинулась к Нэйн, стараясь изобразить в голосе восторг и тем самым отвлечь от Валерии:

– Нэйн! – Елена вскинула рукой по периметру комнаты. – Это же настоящие антиквариаты! Как вам удалось сохранить все в таком идеальном состоянии?

Нэйн гордо вскинула голову, наслаждаясь произведённым эффектом, и подошла к старинному дивану, смотря с любовью на дорогую мебель. Она нежно провела рукой по мягкой обивке и улыбнувшись ответила: – Здесь все храниться бережно и с любовью, в том числе и мебель. Конечно, приходиться тщательно за ней ухаживать, но это стоит того. Правда?

– О, да! – Елена тоже провела рукой по изящной спинке, слегка касаясь подрагивающими пальцами. – На нем даже страшно сидеть, не боясь что-то испортить.

Нэйн снова нежно улыбнулась.

– И долго мы здесь будем торчать? – громкий голос Валерии вновь заставил Елену вздрогнуть, и она недовольно скривилась. Взлохмаченная Лера продолжала стоять посреди холла в полном одиночестве, недовольно уперев при этом, руки в боки и угрюмо смотреть на осматривающихся соплеменниц. Кия равнодушно дернула плечом, что-то сказала своим подругам на незнакомом птичьем языке, и вся процессия двинулась в правое крыло. Лера недовольно поплелась следом, отставая всего на несколько шагов от основной группы девушек.

Правое крыло занимала просторная столовая, посреди которой стоял массивный стол, накрытый ажурной белой скатертью и высокие деревянные стулья, также оббитые старинной тканью. Слева находилась не такая большая, но очень удобная и уютная кухня. Елена заметила в стеклянных резных шкафах настоящий английский фарфор. Начищенные до блеска металлические кастрюли и серебренные столовые приборы, а посередине помещения стояла большая плита, которую все же приходилось топить дровами. Электричества в доме не было, о чем говорили многочисленные подсвечники и прикрепленные к стенам светильники, с уже вставленными в них свечами. Длинные деревянные спички, на подобии тех, что использовали для курения сигар, лежали почти на каждом комоде или секретере, а воздухе улавливался легкий запах воска. Нэйн рассказывала о том, что еду придется готовить им самим, но поначалу они будут помогать. Каждое утро мужчина по имени Джабари, будет приносить свежие продукты, воду и делать дневной запас дров, а девушкам придется распланировать график дежурств на кухне и готовить еду, под их строгим руководством, пока каждая не освоит все необходимые навыки.

После осмотра первого этажа девушек повели на второй, соединяющийся с первым роскошной изогнутой лестницей. Нэйн комментировала каждый шаг, стараясь максимально объяснить расположение и принцип работы отдельных элементов. Елена, как и другие внимательно слушали каждое её слово.

Второй этаж занимала небольшая библиотека с маленьким камином, украшенным узорчатым порталом, письменным столом и удобными диванчиками, снабженными мягкими пледами. Следующей шла просторная комната для рукоделия. В ней лежали рулоны разноцветного шелка, яркие нити, наборы для плетения кружев и макраме, ножницы, иглы, лекала и еще множество всякой атрибутики. Нэйн объяснила, что теперь они будут учиться шить себе одежду, белье, одеяла, подушки и все что может понадобиться им для ведения домашнего хозяйства. Девушки слушали очень внимательно, но никто не решался задавать какие-либо вопросы, хотя у каждой их было предостаточно. Нэйн повела их дальше. Заканчивался этаж просторной светлой спальней, где стояли в ряд двадцать деревянных кроватей «Как в детском саду» подумала Катерина, но озвучить свои мысли не решилась. Из спальни выходили еще две комнаты, одна из них служила гардеробом. В ней стояли высокие шкафы, завешанные такими же, как и у женщин, только белыми платьями и хлопковым бельем. Внизу аккуратно стояли мягкие летние сандалии, выполненные их кожи и плетенных вручную ремешков. Соседний шкаф заполняли мягкие большие полотенца и свежее постельное белье. Вторая комната служила для купания. Нэйн пропустила девушек в выложенную кафелем комнату и постаралась свести все объяснения к минимуму, видя нетерпение, отразившееся на их лицах. В комнате стояли пять душевых кабин, отделенных друг от друга невысокими перегородками, пять раковин, украшенных зеркалами, занимали соседнюю стену, а напротив располагался маленький, но очень красивый бассейн, с голубой водой и плавающими розовыми лепестками. Нэйн показала девушкам три разноцветные баночки, с ароматным желе. Красная – предназначалась для мытья волос, синяя – для тела, а розовая – для чистки зубов. – А теперь, – женщина улыбнулась. – Можете помыться, переодеться и спускайтесь вниз. Мы пока приготовим вам обед. – С этим женщины и удалились, оставив гостей приводить себя в порядок, после столь длительного заточения.

Оставшийся после обеда день девушки провели предоставленными сами себе. Они разбились на компании, объединенные еще в земляной тюрьме, и занимались самостоятельным исследованием дома. Елена с Катериной вышли на веранду. Густая изумрудная растительность занимала всю видимую глазом территорию. Елена оперлась на витиеватые перила и задумчиво вгляделась вдаль. Несмотря на сытный обед, теплый душ и чистую одежду, она чувствовала себя очень уставшей. Окружающая красота, шикарный дом и искренняя доброжелательность женщин заставляли её нервничать еще больше. Рядом вздохнула Катерина, сидевшая в удобном плетеном кресле, и Елена обернулась:

– Ты в порядке? – спросила она, понимая всю неуместность вопроса.

– Наверное. – Катерина открыла глаза и немного поерзав, откинулась на широкую спинку. – Вот только мозги скоро закипят.

Елена пристально осмотрела сестру и вновь вернулась к зеленым просторам: – Здесь так красиво… – тихо прошептала она, – и между тем так страшно…

Катерина опять вздохнула и встала с кресла. Она подошла к Елене и приобняла сестру за плечи: – Знаешь, пока нас держали в землянке, все выглядело более просто. А теперь я даже не знаю, что думать. Эти Нэйн, Кия… они выглядят такими доброжелательными…

– Вот это меня и пугает больше всего, – отозвалась Елена.

– Так может прижать их к стенке? – предложила Катерина. – И заставить объяснить, что происходит?

– Нет! – неожиданно сильно взволновалась Елена. – Ни в коем случае, Катерина. Нельзя их провоцировать. Нужно быть осторожными, пока не выясним, где мы и что с нами собираются делать!

– И что ты предлагаешь? Улыбаться им, как ни в чем не бывало?

Елена грустно покачала головой: – Я не знаю. Будем действовать по обстановке. Но ради бога, Катерина, не нарывайся на неприятности. Это опасно.