Попаданка с приветом, или Дети, заберите вашу мать! - Алиса Квин

в ярости.

— Понимаю, — кивнула я.

Мне было жаль обоих супругов Уиллард. Для Киллиана семья была фундаментом его статуса и благополучия. Для Арабеллы важнее была свобода. Я не разделяла ее взглядов на жизнь, но я понимала ее.

— Что же тогда случилось, когда она упала с неба? — тихо спросила я.

— Это нам расскажет твой ночной визитер, — нехорошо усмехнулся Киллиан.

От его тона даже у меня мурашки побежали по коже.

— Ты думаешь, он сказал правду? — уточнила я. — Арабелла решила уйти сама? Она сбежала?

— Не знаю, — горько произнес Киллиан. — Она хотела уйти от меня, но как она могла бросить детей?

Он медленно выдохнул.

— Она могла просто хотеть другой жизни, — тихо сказала я.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

— Ты ее защищаешь? — прищурился мужчина.

— Нет, — пожала я плечами. — Просто пытаюсь понять.

Несколько секунд мы молчали. Потом Киллиан неожиданно спросил:

— Ты счастлива?

Я моргнула.

— Что?

— В этом мире, — уточнил свой вопрос он.

Это было настолько неожиданно, что я растерялась.

— Это… сложный вопрос, — уклончиво протянула я.

— Попробуй ответить, хотя бы самой себе.

Я немного подумала, а потом сказала:

— Когда я только оказалась здесь, мне было страшно.

— Это понятно.

— Я думала, что схожу с ума.

Грошик тихо звякнул из кармана.

— Я тоже сначала так думал, — встрял он.

— Спасибо за поддержку, — усмехнулась я.

— Всегда пожалуйста!

Я невольно улыбнулась и снова посмотрела на Киллиана.

— Но потом появились дети.

Его лицо стало мягче, в глазах заиграли искорки любви, а на губах появилась улыбка. Я невольно залюбовалась мужем Арабеллы. Обычно он выглядел собранным и суровым, а сейчас казался каким-то уязвимым, но при этом таким близким и родным.

— Они удивительные! — выдохнула я.

— Да, — улыбнулся в ответ он.

— И шумные.

— Очень.

— И упрямые.

— Особенно Виллем, — фыркнула Митрофановна.

Киллиан невольно улыбнулся.

— Это он в меня, — признался он.

— Не сомневаюсь! — засмеялась я.

Я чуть помолчала, а потом добавила:

— Потом появился ты…

Он поднял бровь.

— Я?

— Да.

— И какое впечатление я произвел на тебя? — серьезно спросил он.

Я тихо усмехнулась.

— Сначала напугал меня до смерти.

— Это звучит несправедливо.

— А потом…

Я замолчала.

— Потом? — мягко подтолкнул он.

Я отвела взгляд.

— Потом оказалось, что ты не такой страшный.

Грошик ехидно заметил:

— Ага. Всего лишь грозный маг.

— Замолчи, — шикнула я на него.

Киллиан тихо рассмеялся, и этот звук почему-то заставил мое сердце сделать странный кувырок.

— Значит, тебе здесь не так уж плохо? — спросил он.

Я честно ответила:

— Иногда мне кажется, что я наконец оказалась там, где должна быть.

Он внимательно посмотрел на меня.

— С детьми?

Я кивнула.

— С ними.

Несколько секунд он молчал, потом тихо спросил:

— А со мной?

У меня вдруг пересохло в горле.

— Киллиан… — я понятия не имела, что нужно говорить.

Он не отвел взгляд.

— Я хочу услышать честный ответ, — твердо произнес супруг.

Я нервно переплела пальцы и проговорила:

— Ты задаешь очень сложные вопросы.

— Я привык.

— Это нечестно!

— Почему?

Я вздохнула и посмотрела в его темные глаза, которые почему-то оказались слишком близко.

— Потому что ты смотришь так, будто уже знаешь ответ.

Он чуть наклонился вперед и согласился:

— Возможно.

Я тихо выдохнула.

— Тогда зачем спрашивать?

Киллиан некоторое время молчал.

Потом сказал:

— Потому что я хочу услышать это от тебя.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. В камине тихо потрескивали дрова, и от этого звука почему-то становилось еще тревожнее.

— Киллиан… — осторожно начала я.

— Да?

— Ты сейчас задаешь вопрос, на который мне очень страшно отвечать.

— Почему? — нахмурился он.

— Потому что я не твоя жена!

Эти слова повисли в воздухе. Киллиан не отвел взгляд.

— Формально жена, — спокойно сказал он.

— Это не мелочь.

— Я и не говорил, что это мелочь.

Я тяжело вздохнула.

— Я живу в ее доме. Забочусь о ее детях.

— Вы очень похожи, — тихо заметил он. — Но ты не она.

Я подняла на него глаза. Он коротко усмехнулся.

— Настя, моя жена никогда бы не пошла ночью на встречу с шантажистом, чтобы защитить детей.

— Может, пошла бы, — возразила я.

— Нет.

Он сказал это так уверенно, что я даже не нашлась, что возразить.

— А еще, — продолжил он, — моя жена никогда бы не разговаривала с метлой.

— Это не я начала, — сказала я в свое оправдание.

— И кошелек, — продолжил он.

— Он вообще очень разговорчивый.

— Я заметил.

Грошик довольно звякнул.

— Наконец-то меня оценили, — обрадовался кошелек.

Киллиан едва заметно улыбнулся, но потом снова стал серьезным.

— Настя, ты сказала, что иногда чувствуешь, будто оказалась там, где должна быть.

Мне стало жарко. Я медленно кивнула.

— Да.

— Почему?

Я немного подумала.

— Потому что… — слова давались трудно, — потому что здесь есть дети, которым я нужна.

— Они были и у Арабеллы, — напомнил мужчина.

— Да, но...

Тут не поспоришь.

— Если бы у тебя была возможность вернуться… ты бы вернулась? — внезапно спросил Киллиан.

Вопрос ударил неожиданно. Я замерла. Сердце неприятно кольнуло.

— Я…

Я не сразу нашла слова для ответа.

— Там моя жизнь. Там мой мир.

Я посмотрела на него.

— Но там нет их, — теперь я говорила уверенно.

Киллиан не шелохнулся.

— И… — я глубоко вдохнула, — там нет тебя.

Эти слова прозвучали почти шепотом. Несколько секунд он просто смотрел на меня. А потом очень медленно протянул руку и накрыл моей ладонью свою. Его пальцы были теплые и сильные. Мне было так страшно и стыдно одновременно, что я готова была сквозь землю провалиться.

— Тогда у меня есть еще один вопрос.

Я нервно сглотнула.

— Какой?

Он чуть наклонился ближе.

— Если ты не Арабелла… — тихо сказал он. — То почему мне кажется, что я начинаю влюбляться в тебя сильнее, чем когда-либо в нее?

У меня в голове стало совершенно пусто.

Грошик тихо звякнул из кармана.

— Ой.

Митрофановна шепнула:

— Кажется, мы сейчас лишние.

И впервые за весь вечер я была с ней полностью согласна. Но я почти не слышала их. Киллиан продолжал смотреть на меня. Его взгляд был серьезным, внимательным… и каким-то решительным. И прежде, чем я успела что-либо понять, он наклонился и коснулся моих губ своими губами.

Поцелуй оказался неожиданным, но невероятно нежным и требовательным. Все мысли и страхи тут же вымело из головы. Я замерла на секунду, пытаясь осознать происходящее.

Когда Киллиан отстранился, я смотрела на него, не зная, что сказать. А потом…

— Киллиан! — ахнула я, когда он легко поднял меня на руки, — Что ты делаешь?

Мне ничего не ответили, только коварно улыбнулись.

— Стой! — возмущенно крикнул Грошик. — А как же мы?!

Киллиан даже не остановился.

— Вы остаетесь