Одержим непокорной - Ana Kam

Мать Мии после выписки из реабилитационного центра уже через пару недель вышла на работу. И по моей скромной просьбе ее руководителю, женщину перестали нагружать и стали представлять больше свободного времени. Я оставался в тени и наблюдал за тем, чтобы семья мой любимой ни в чем не нуждалась.

Но как же сама Мия? Я бесконечно задавался вопросами о ее нынешней жизни. Где она? Как чувствует себя? Не повторялись ли приступы астмы? Есть ли у нее деньги? Не обидел ли ее кто-то? Моя девочка такая сильная и хрупкая одновременно.

Меня повсюду преследовали опасения за мою малышку. Мозг проецировал во снах самые сильные страхи. Я мог гнаться за Мией по узким улицам, но никогда не догонял. Она боялась меня. А я хотел доказать, что не причиню ей вреда. Когда девушка бесследно скрывалась из виду, я искал ее, звал по имени, отчаянно метал все вокруг. Ни в одном из кошмаров мне так и не удалось найти ее.

Наяву с переживаниями мне помогли ли справиться Бурбон и сигареты. Не скажу, что это сильно спасало меня, но немного приглушало постоянно ноющую боль в груди и успокаивало нервы, которые и так были словно оголенные провода.

Перед встречей с будущей тещей (по крайней мере я все еще надеялся на это) пришлось отказаться от алкоголя и курения. Мой рассудок должен оставаться трезвым, а вид опрятным.

Я четко знал, во сколько Мария выходит с работы, и уже поджидал ее в нужное время. Женщина успела преобразиться с момента нашего знакомства. Болезнь отступила, а усталость и измождение ушли с ее лица. Смотря на нее, я отчетливо понимаю, от кого Мия унаследовала такие гены. Даже спустя стольких лет переживаний и испытаний она остается красивой. От того, что узнаю в матери общие черты лица с дочерью, сносит крышу. Хочу забить на все и рвануть за своей малышкой. Спиной опираюсь на дверь своего внедорожника и нервно чиркаю зажигалкой.

Мария, заметив меня, немного замедляет шаг. Ее замешательство легко уславливается.

— Мария, добрый день! — двигаюсь навстречу женщине, включая свое обаяние.

— Дэниел! Не ожидала вас здесь встретить. Вы меня здесь ждете? — мать Мии не скрывает своего удивления. Голос ее напряженный.

— Да. Я хотел бы поговорить с вами о Мии и не только о ней. Но не здесь. Лучше это сделать в моей машине или в каком-нибудь ресторане. Если вы не против, конечно. — видя нахмуренное лицо женщины, выражающее недоверие, пришлось добавить, — Пожалуйста. Для меня это очень важно.

— Ох. Дэниел, мне жаль, но я вряд ли смогу вам помочь. Я не лезу в дела дочери без ее разрешения и не знаю, где она сейчас может находиться. Мия взрослая и умная девушка. Со всем привыкла разбираться сама. Мне остается лишь надеяться на то, что ее никто не обидел настолько, что она решила уехать подальше, чтобы не видеть этого человека. — очевидно, что последняя фраза была брошена в мой адрес и содержала отсылку к ее собственному прошлому.

— Я никогда не причинил бы вреда вашей дочери. — я едва обладал собой. Злость начала просачиваться от подозрений матери Мии на мой счёт.

— Тогда вам не о чем беспокоиться. Думаю, если Мия захочет, то сама выйдет на связь. Всего доброго, Дэниел. — пожала женщина плечами и развернулась в сторону тротуара. Я не мог ее вот так отпустить.

— Я знаю, что сделал мой отец. — в отчаянии я сделал попытку привлечь внимание и вывести ее на диалог. Мария замерла. — Мне нужно объяснить вам то, что произошло. Пожалуйста. Всего один разговор.

Мои мольбы были услышаны, женщина села в машину, чтобы я выговорился. Я рассказал ей все. И про слежку, и про планы моего отца, даже про письмо, которое мне попало в руки. откровение выдалось непростым. Я старался как можно меньше вымещать в своем рассказе эмоций. Однако самообладание давалось мне с трудом, а Мария и вовсе не сдерживала эмоции. По ее щекам катились слезы. Все, что пришлось перенести хрупким плечам за эти годы, вылилось в короткий монолог, причем с точки зрения противоположной стороны. Я не оправдывал отца. Наоборот. Старательно выбирая выражение, чтобы не материться вслух, я обозначил свою позицию по этому поводу. Закончился рассказ побегом Мии из-за папки, в которой хранились доказательства совершения ужасных поступков Ричардом Миллером.

— Моя девочка. Она все узнала. Как же так?! — женщина накрыла лицо ладонями и громко заплакала. Женские слезы заставляют мужчину чувствовать себя уязвимым. Мне стало так больно от ее слез, будто моя собственная мать плачет. Хотелось успокоить ее. Я неуверенно погладил ее по плечу в качестве поддержки. Затем открыл бутылку с водой и протянул ее Марии. Отпив пару глотков, она стала приходить в норму.

— Да. Мне было неизвестно, что натворил этот ублюдок. Когда я нашел Мию, даже не мог подумать, что она столько пережила из-за моего отца. Потом откопал правду, и мне стало стыдно. Я столько раз хотел рассказать ей, но не мог. Боялся потерять ее. Мой отец виноват в том, что произошло с вами. И все началось с того момента, как я подружился с вашей дочерью. Этот урод не заслуживает прощения. Такое не прощают. Но я искренне хочу извиниться перед вами и за него, и за себя. — я уже не стеснялся в выражениях, а говорил от сердца.

— Но ты ни в чем не виноват. Дети не должны отвечать за грехи родителей. Твой отец был несчастным человеком и не умел ценить то, что имел. Я понимала это с самого начала. Высокомерие и гордыня очернили его душу, а деньги заполонили разум. У меня даже сомнений не возникало, что я для него очередная игрушка, которую ему не терпелось сломать. Он просто увидел то, что казалась недоступным и решил получить это любой ценой. В конце концов, Ричард попытался наказать меня, а погубил в результате себя. Он разрушил свою семью. Мне жаль твою мать. Она не заслуживала к себе такого отношения.

— За то, как он поступил с матерью, я никогда не прощу его. За все, что он сделал с Мией, тоже. Из-за него мы потеряли связь на целых одиннадцать лет.

— Дэниел, я должна тебе тоже кое в чем признаться. — Мария прикусила нижнюю губу. — Это я приложила руку к тому, чтобы вы перестали с Мией общаться. — заявление стало для меня шокирующим.

Я не знал, как на него реагировать. Слова вибрацией пронеслись в моем сознании.