Одержим непокорной - Ana Kam

никогда не смогу забыть и выкинуть из своего сердца. Ты навсегда останешься моим наваждением и моей страстью.

В последнюю встречу ты снова отвергла мои чувства, не желая даже выслушать меня и уделить маленькую крупицу своего драгоценного внимания.

Знай одно. Все, что я делаю сейчас и делал раньше, было только по твоей вине. Ты не дала мне и шанса доказать мою любовь и не позволила сделать тебя счастливой. Вместо этого ты выбрала жалкого урода, который никогда не сможет противостоять мне и защитить тебя и твоих детей. Мне придется тебе препадать урок. И усвоить жестокие правила в этой жизни придется не только тебе, но и тем, кого ты любишь. Мне даже жаль твоих малышек. У тебя красивые и милые дочери. Обе очень похожи на тебя. Кстати спасибо твоей старшей. Благодря ей и своему сыну я смог выйти на тебя. Грустно, что теперь девочкам придется не сладко. Я обещаю, что они разделят с тобой все беды и на себе почувствуют, каково это жить в страхе и нужде.

А твоего муженька ждет более серьезная расплата. Он забрал мое. Ему я приготовил отдельный вид наказания. Очень скоро он пожалеет, что посягнул на мою женщину.

Но чтобы не выглядеть подлым негодяем в твоих глазах, я готов дать тебе еще одну возможность стать моей. На этот раз я не обременен браком. А твои дети не будут преградой. Я постараюсь их принять. Не могу гарантировать любовь к ним, но попробую заменить им отца. Ты знаешь, где меня искать. Но на всякий случай напомню данные *(номер телефона)*

С любовью, твоя тень

Ричард М. "

Глава 31. Мия

Еще каких-то пару часов назад я считала, что Дэниел послан мне Всевышним в качестве дара. Сейчас же я искренне не понимаю, за что судьба со мной так жестоко обошлась. Когда я успела так провиниться, что сейчас мне приходится сталкиваться с настолько суровой реальностью?!

Собрав разбросанные «улики», я схватила злополучную папку и вышла прочь из кабинета.

Все происходило как в тумане. Я передвигалась по коридору словно истеричное приведение. Слезы душили, а дыхание стало прерывистым. Все это время я так остро ощущала душевную боль, что какое-то время игнорировала физический недуг. До меня, наконец, дошло, что мои симптомы свидетельствует о начале очередного приступа! Куда еще хуже?!

Баллончик находился в спальне. Пришлось следовать туда. Ненадолго я сосредоточилась лишь на своем здоровье и все-таки преодолела расстояние до комнаты, где сейчас спал человек, подаривший меня надежду на счастье и отнявший ее в одночасье.

Воспользовавшись ингалятором и ожидая нормализации дыхательного процесса, я смотрела на спящего Дэниела сквозь пелену слез и задавалась вопросами «За что?», «Неужели его отец так мог с нами поступить?», «А Дэниел? Он все знал. И молчал. Почему?».

В сердце будто забили кол. Я больше не могла оставаться в этом доме. Просто не смогу вынести все, что навалилось.

Надев первый попавшийся свитер и джинсы и наспех прихватив чертову папку, я покинула обиталище Дэниела Миллера. Надеюсь, что никогда больше не вернусь в это место.

На улице было ветренно и сыро. Я брела вдоль зданий, не соображая, как поступать дальше. От полученного стресса мой мозг отказывался подавать какие-либо идеи и дальнейшие указания. Мыслить рационально оказалось трудно, когда у тебя отнимают иллюзию счастливой жизни и заменяют ее ужасной реальностью.

Только спустя где-то минут сорок я смогла взять себя в руки и начать обдумывать планы на ближайшее время. Мне предстояло еще во многом разобраться. Для этого мне понадобится больше информации. Сейчас будет разумно, если я абстрагируюсь от всего привычного и знакомого. Нет, не так. Мне нужно спрятаться от Миллера.

Помимо прочего, мысль о возвращении домой вызывала стыд и горечь. Как я смогу смотреть матери в глаза и понимать, что люблю и спала с человеком, семья которого разрушила жизнь моих родных?

Поймав такси, я назвала водителю адрес ближайшего междугороднего автовокзала. Уже в машине пальцы автоматически набрали родным сообщение с объяснением о вынужденном отъезде на некоторе время. Я не стала вдаваться в подробности, просто просила не волноваться за меня и обещала выходить на связь.

Честно признаться, мое послание выглядело нелепым и подозрительным. Очевидно, что я не стала бы просто так уезжать ни с того ни с сего. Поводов для волнения здесь более чем предостаточно. Успокаивающих слов мне так и не удалось подобрать. Все мысли сводились сейчас к тому, что я должна бежать. Неважно куда. Главное подальше. Если бы можно было выпрыгнуть из собственной шкуры, я бы с радостью воспользовалась данной опцией. Эта пустота, которая образовалась внутри меня, с каждой минутой все больше и больше поглащала меня. Подумать только! Врагом моей семьи оказался мой любимый человек, о котором я вспоминала одиннадцать лед с особой теплотой и трепетом. Это страшнее, чем все фильмы ужасов, которые я смотрела за всю свою жизнь. Похлеще сюжетов мелодрам.

По пути я попросила таксиста сделать небольшую остановку возле банкомата, чтобы снять наличные средства.

Уже через час я осознала, что отныне мне придется измениться.

Месяц спустя

На протяжении месяца я передвигалась исключительно на автобусах из одного города в другой, не задерживаясь больше недели в одном месте. Мой план включал в себя определенные правила. Не засиживаться. Не выделяться. Пользоваться только наличкой.

Я заметала свои следы и искала зацепки для своей цели.

Прокручивая воспоминания с момента моего побега, я могу отметить разительную разницу между собой. В тот день прежняя Мия сгорела в собственных чувствах, а из пепла восстала худшая версия меня. Часть меня умерла.

Каждую ночь я вскакивала от постоянных кошмаров. Я плохо спала, мало ела, похудела килограмма на три точно. Щеки впали, проступили скулы. Я выглядела словно живая мумия. Во снах я плакала и задавала Дэниелу два вопроса: любил ли он меня, и за что он так поступил со мной. Ответы поступали разные. Но конец всегда одинаковый. Я убегала. Каждый раз я вскакивала с кровати вся в слезах.

Наяву я не позволяла себе расслабляться и тратить время на сентиментальность и слезы. Во мне поселилось неистовое желание докопаться до истины и восстановить справедливость. Если для этого понадобиться противостоять Миллеру, то я должна быть готова.

Я выбирала только тот маршрут, который посчитала наиболее безопасным. С мамой и Адалин мне приходилось поддерживать связь через одноразовые телефоны. Во время кратких бесед я старательно умалчивала детали о своих планах и местонахождении.