Проклятие Дерика - Мэри Дженис Дэвидсон

– Может, в другой раз. Ты выяснил, оборотень ли она?

– Нет. Я учуял кого-то из Стаи, но не смог подойти настолько близко, чтобы определить, кто это… это мог быть кто-то из операторов, мог быть ее ассистент, мог быть владелец «Морепродуктов», откуда мне знать. – Он задумчиво прищурился. – Но это может быть и она. Это должна быть она.

– Ладно, ты хотя бы попытался.

– Да. – Он посмотрел на нее – и с таким серьезным видом. Ух ты, господи! – Сара, я хочу сказать, я очень ценю, что ты меня поддерживаешь.

– Если под «поддерживаешь» ты имеешь в виду «смеешься надо мной у меня за спиной», тогда да, я одна сплошная поддержка.

– Нет, правда, Сара. И еще я хотел сказать… то есть попросить тебя. Когда все будет сделано, мы могли бы, я думаю, снова отправиться в путь, может, попробовали бы снова наткнуться на Рейчел.

«Что за немыслимо странная идея!»

– Ладно. То есть это было бы неплохо. Я бы с удовольствием. – Когда Сара произнесла эти слова, она поняла, что это так и есть. – Когда все будет сделано.

Он снова взял ее за руки, на этот раз, как с радостью заметила она, уже осторожней.

– Я хочу сказать, что нет никого, с кем я бы последовал за шоу «Тридцатиминутные блюда», кроме как с тобой.

– Это… очень мило.

Она прикусила губу, чтобы не рассмеяться. А потом, к своему полному потрясению – и к его тоже, это уж точно, – расплакалась.

– Это хорошо, – сказал он, обнимая ее. – Потому что именно на такую реакцию я надеялся.

– Извини, – всхлипнула она. – Просто мне хочется, чтобы все это кончилось – кончилось хорошо – и мы могли бы заниматься всякими глупостями – преследовать Рейчел Рей, например. Вместе.

– Глупостями? – Дерик помолчал, а потом сказал: – Я люблю тебя, Сара.

– Я тоже тебя люблю.

Он сгреб ее в охапку своими крупными, сильными руками, и она едва не растаяла.

– Ах, Дерик. Как же это мы во все это ввязались?

– Кто знает? Я тебя люблю, и мы все уладим. Я полюбил тебя, – произнес он ностальгически, – с того момента, когда попытался убить тебя.

– Мне понадобилось немного больше времени, – призналась она.

Сара предложила – то была уловка, чтобы отвлечься от мыслей об их миссии и подбодрить Дерика – остановиться у «Водсворта» и купить новую поваренную книгу. Дерик сразу же согласился.

– Так ли уж это плохо, что мы откладываем поездку в Сейлем?

– Не очень.

– Ну и хорошо. – Она вошла в книжный магазин, Дерик придержал перед ней дверь. – А почему не очень?

– Да ведь мы даже не знаем, куда идти, когда окажемся в Сейлеме, – вполне резонно заметил он. – Может, если мы поболтаемся немного, твои способности подтолкнут нас, или плохие парни как-то проявятся, или еще что случится.

– Угу. Так дело во мне или это ради спасения мира требуется ждать, чтобы что-нибудь произошло?

– Дело в тебе, – сказал он и потрусил в отдел книг по кулинарии.

– Чтоб ты провалился, – пробормотала она.

У нее не было никакого желания прибавлять что-то к своей кулинарной коллекции, но почему бы не посмотреть, нет ли и отделе художественной литературы…

О! О!!!

Через две минуты она сидела на полу исторического отдела, просматривая книги о короле Артуре. Что на самом деле было немного глупо – в конце концов, она ведь написала в колледже множество работ о короле Артуре и фее Моргане, так что вряд ли здесь окажется книга с неизвестной для нее информацией…

«Избранники Артура». Также называются «Секта Артура», «Гильдия Артура» и «Смерть Моргане». Таинственная секта, основанная в год смерти короля Артура. «Избранники Артура» верят, что в один прекрасный день Артур вернется, но только с помощью его сводной сестры феи Морганы…

Вот повезло. Она посидит здесь и узнает все о плохих парнях, большое вам спасибо. И Сара погрузилась в книги.

Час спустя

Идиот! Вот идиот!

– Будь осторожен, – сказал он громко, напугав продавщицу, стоящую неподалеку.

Он бросил на нее извиняющийся взгляд, пошел по запаху Сары и вышел из магазина.

«Ну что, разве не этого ты ждал? Чтобы что-нибудь случилось?»

– Заткнись, – сказал он. – Черт, опять он говорит вслух!

Плохой поступок, плохие парни. Он мог найти след, оставленный Сарой, даже в метель; разумеется, он мог бы проследить за ней до Сейлема. И если с головы ее упадет хотя бы один волос… полволоса… если они прикоснутся к ней… дохнут на нее… подумают о ней…

Дерик заметил, что люди разбегаются перед ним, и решил, что ему нужно успокоиться – он пугает совершенно посторонних людей, а рычать в общественных местах действительно не стоит, слишком он раздражен.

Они не в Сейлеме. Они не выехали из города, они здесь. Выследить их – то есть Сару – не представляло труда. Наверное, это должно было бы его насторожить, но он был слишком рад.

Он дошел до заброшенного склада рядом с аэропортом «Логан». Ну конечно, именно в таких местах вечно ошиваются плохие парни, а эти плохие парни явно смотрели все киношки, какие нужно, – и Деррик как раз собрался сорвать дверь с петель, когда зазвонил его сотовый.

Это настораживало, поскольку телефон не звонил ни разу с тех самых пор, как он уехал из Кейпа. Честно говоря, он вообще забыл, что телефон висит у него на боку. На ночь он ставил телефон на зарядку, утром прикреплял к ремню и никогда не думал о нем, как никогда не думал о том, как он крутит баранку. Все знали, чем он занят, и никто не хотел мешать ему. Не говоря уже о том, что у оборотней не очень принято звонить друг другу и беседовать о погоде.

Так кто же ему звонит? И почему именно сейчас, когда он идет искать и спасать?

Он принюхался – здесь тошнотворно воняло углеводородом – и нажал кнопку. Не успел он еще сказать «Алло», как Антония уже кричала ему в ухо:

– Не делай этого! Дерик, не ходи в этот дом!

– Когда все будет кончено, – сказал он в полном замешательстве, – нам придется сесть и поговорить о том, какая ты пугливая. Вы с Сарой хорошо поладите, кстати.

– Убирайся оттуда. Уйди. Сию же минуту!

– Не могу. Там Сара. Я должен идти…

– Заткнись, блин! Дерик, если ты войдешь в это здание, ты погибнешь. Я это видела. Ты… – Голос Антонии надломился, и он чуть не уронил телефон. И это Антония? Вся в соплях из-за его мерзкой задницы? – Ты погибнешь. Не входи туда, Дерик. Не входи.

– Благодарю за предостережение, – сказал он. – Но я должен. Если мы больше не увидимся…