Ботанический сад в чашке - Лина Ровак

в вазе, стоял букет, собранный руками человека, который еще два месяца назад не знал разницы между пионом и георгином.

— Знаешь, — сказала Арина, отставляя бокал — Я должна извиниться.

— За что?

— За эту неделю. Я правда слишком ушла в работу. Ты говорил, что скучаешь, а я... Я даже не заметила, как мы отдалились. Хотя живем в одной квартире.

— Ты заметила, — сказал он спокойно — Просто не сразу. Это нормально. Мы оба учимся жить вместе. Это как с латте-артом: сначала получается что-то абстрактное, а потом сердечко.

— Анатомически правильное.

— Именно. У нас будет правильное сердечко. Просто нужно время.

— У нас есть время? — спросила она — С моими заказами и твоим баром? Мы будем видеться раз в неделю, как сегодня?

— Будем видеться чаще. Я уже думал об этом. — он отставил тарелку и посмотрел на нее серьезно — Я могу сократить смены в баре. Не намного, но достаточно, чтобы проводить с тобой больше времени. А ты можешь делегировать часть работы. Нанять помощника. Ты же теперь совладелица двух магазинов, в конце концов.

— Ты прав. Я думала об этом. Просто страшно отпускать контроль.

— Я знаю. Я тоже боюсь. Но я больше боюсь потерять нас, чем потерять контроль над баром. Поэтому компромисс. Ты нанимаешь помощника. Я сокращаю смены. И у нас появляется больше времени друг на друга.

Арина посмотрела на него. Он сидел напротив в рубашке, которую надел специально для этого ужина, с легкой небритостью и глазами цвета крепкого чая. И предлагал компромисс. Не жертву, не ультиматум, а именно компромисс. То, на чем строится любая совместная жизнь.

— Договорились, — сказала она — Я дам объявление о найме завтра же.

— А я поговорю с управляющим бара.

— И еще... — она взяла его руку через стол — Спасибо. За то, что сказал. За то, что не стал копить обиду.

— Я не умею копить обиды, — он пожал плечами — У меня маленькая квартира, а теперь большая, но нас тут двое. Обидам негде поместиться.

— Это метафора?

— Это правда. С тобой я не хочу копить ничего, кроме счастливых моментов.

Она встала, обошла стол и села к нему на колени. Он обнял ее, и она уткнулась носом в его плечо.

— Я люблю тебя, — сказала она в его рубашку.

— Я тоже тебя люблю. Даже когда ты не закрываешь тюбик.

— Это ты не закрываешь!

— Сегодня ты. Я специально проверил утром.

— Это была провокация?!

— Это был тест на внимательность. Ты его провалила, но я все равно тебя люблю.

Она фыркнула и стукнула его кулаком в плечо. Он рассмеялся и поцеловал ее в макушку.

Позже, когда свечи догорели, а букет на столе закрыл лепестки на ночь, они сидели на диване, укрытые одним пледом. Фикус мирно стоял в проходе (Дэн обошел его, даже не запнувшись, успел привыкнуть). Монстера в эркере довольно топорщила листья. А в террариуме ризантелла потихоньку тянулась к свету. Подземная орхидея, которая еще не знала, что через пару месяцев ее ждет научная статья и мировая известность. Но это было неважно.

Важно было то, что здесь и сейчас в этой квартире, среди орхидей и свечных огарков, два человека учились жить вместе. И у них получалось. Не идеально. Но по-настоящему.

Глава 20. Помощник

Совместная жизнь налаживалась. За две недели, прошедшие после переезда, Арина и Дэн более-менее разобрали коробки, повесили все шторы и даже научились обходить фикус в проходе, не запинаясь окончательно. Кофемашина каждое утро варила идеальный эспрессо. Монстера в эркере перестала плакать и выпустила огромный новый лист, с красивой вариегатной расцветкой. Дэн сказал, что это она «благословляет их союз». Арина сказала, что это просто хорошее освещение. Но, в глубине души, она тоже считала новый лист добрым знаком.

Проблема была в другом. Точнее, проблемы пока не было, но она назревала. «Бутон энд Блум» набирал обороты. Заказов становилось всё больше, и Арина физически не справлялась. Она пропадала в магазине с утра до вечера, а когда возвращалась домой, у неё не оставалось сил даже на то, чтобы выслушать Дэна. Тот больше не жаловался, он вообще был терпеливым, но она чувствовала, что он скучает. И сама скучала.

— Мне нужен помощник, — сказала она однажды утром, размешивая сахар в чашке — Или помощница. Кто-то, кто возьмёт на себя часть работы.

Дэн, который как раз заканчивал взбивать молоко, обернулся. Арина затянула с поиском. Да, у неё были на подхвате несколько флористов, но это было не то. Нужен был именно помощник, который мог бы не только собирать букеты.

— Отличная идея. Я давно хотел предложить, но боялся, что ты передумала и скажешь «я сама».

— Я говорю «я сама» только когда речь о монстере, — усмехнулась она — Людьми я готова делиться.

Объявление дали в тот же день. Откликнулось несколько человек. Первая кандидатка была девушка с идеальным маникюром. Спросила, можно ли работать в перчатках, потому что она «не хочет испортить руки». Арина вежливо отказала. Второй кандидат был молодой человек в деловом костюме. Он принёс резюме на трёх страницах и спросил о перспективах карьерного роста. Третий вообще не пришёл.

Четвёртым был Костя.

Он появился на пороге «Бутон энд Блум» в дождливый вторник. Невысокий, худощавый, с рюкзаком, набитым книгами, и горшком с каким-то чахлым растением в руках.

— Это на собеседование? — спросила Арина, глядя на растение.

— Это калатея, — сказал Костя вместо приветствия — Она болеет. Я подобрал её у мусорных баков. Вы же флорист? Вы можете её спасти?

Арина взяла горшок. Калатея действительно выглядела печально. Листья пожелтели, кончики подсохли. Но корни были живыми. Она это чувствовала.

— Могу, — сказала она — Но сначала собеседование.

Костя оказался странным. Очень странным. Он знал на латыни все ботанические названия, от абелии до яснотки. Он умел собирать букеты по спирали, научился на ютубе. Он разговаривал с растениями, причём делал это так естественно, будто они ему отвечали. И он боялся роз.

— Они агрессивные, — объяснил он, когда Арина попросила его подрезать стебель — У них шипы. Они как будто говорят: «Не трогай меня». Я уважаю их личное пространство.

Арина посмотрела на него. Потом на калатею, которую он спас от мусорных баков. Потом снова