Дом холодных сердец - Тея Авари

Торну как никогда захотелось врезать Веспер, пришедшей поглумиться над его бедой. Но всю ярость он вкладывал в удары, чтобы разбить стену, отделяющую его от Евы.

– Твои братья скоро не смогут сдерживать натиск, их разорвут на части, не оставив ни одного целого кусочка. Девчонка скоро обратится и станет очередной наложницей Атрея. Они обречены. Вы все обречены, – невозмутимо продолжала Веспер, левитируя рядом.

Торн издал нечеловеческий, оглушающий рык, но Веспер даже глазом не моргнула.

– Этого ты хочешь? – спросила она и, облетев вампира с другой стороны, прошептала, едва касаясь губами его уха: – А что, если я предложу тебе сделку в обмен на их жизни?..

Торн молчал, лишь продолжал целеустремленно, но безуспешно врезаться в стену, пытаясь ее пробить.

– Всего лишь одна твоя жизнь в обмен на многие! – крикнула ему Веспер после очередной такой неудачной попытки.

Торн с диким воплем развернулся к ней.

– Чего ты хочешь? – прорычал он.

И Веспер коварно улыбнулась, понимая, что теперь выиграла финальную битву.

* * *

Ева открыла глаза и сперва не поняла, где она, кто эти люди, которые окружают ее плотным кольцом. Тело онемело, в тяжелой голове стоял шум, будто девушка выпила яд.

– Она пришла в себя…

Над ней склонилось лицо Кассия, и Ева поняла, что лежит у него на руках, а люди – вернее, вампиры, теперь она вспомнила – расступаются, давая им пройти. Рядом мелькал обнаженный торс Милтоса, полностью испещренный кровоточащими ранами.

При виде крови Ева пришла в какое-то странное, возбужденное состояние.

– Я теперь вампир?.. – слабым голосом спросила она.

– Нет, с тобой все в порядке, – ответил Кассий, вынося ее через бальный зал внизу, где веселье все набирало силу. – Мы унесем тебя отсюда.

– А где Торн?..

Братья красноречиво молчали, и Ева заподозрила неладное.

– Его убили?!

– Лучше бы убили, – процедил Милтос.

Он бросил в сторону косой взгляд. С трудом повернув голову, Ева проследила за ним и увидела старшего брата.

Он стоял подле трона Атрея и покорно отдавал себя для поцелуя Веспер, страстно вцепившейся в лацканы его сюртука и прижимающейся к нему всем телом. Даже целовал ее в ответ, сосредоточенно, пальцами задрав вверх ее подбородок.

Когда за братьями и Евой закрывалась дверь дома Каэдэс, их взгляды встретились. Торн пристально посмотрел на девушку, вырванную из лап Атрея ценой своей свободы, и Ева знала: этот взгляд она не забудет никогда.

Часть вторая

Глава первая

С Рождеством пришел снег. Серебряный, волшебный, недолговечный.

За окнами выл ветер, кружа искристые снежинки в бешеном танце. Они стучались в окна, налипали на стекла и рисовали на нем замысловатые узоры.

Все обитатели дома собрались в гостиной, стараясь держаться поближе к камину, в котором потрескивали горящие поленья.

– А что, если его убьют? – в который раз спросила Ева.

– А что, было похоже, что Веспер собирается его убить? – хмыкнул Милтос, скептически подняв бровь.

Ева снова взглянула в окно, словно пытаясь в непроглядной ночной буре разглядеть очертания дома Каэдэс и тех, кто сейчас в нем находился. Жаль, у девушки не было ни вампирского зрения, ни крыльев.

– Интересно, что он сейчас делает?.. – задумчиво вздохнула она.

– Ничего такого, что ему бы не нравилось, – усмехнулся младший брат.

И хотя его слова звучали довольно оптимистично, Еве они не понравились совсем. Едва ли может что-то нравиться, если в этом замешана Веспер. Хотя… Ева вспомнила, как он целовал ее. Это выглядело так… по-настоящему…

– С чего такая озабоченность? – спросил девушку Милтос. – У Торна, полагаю, все хорошо. Спит в шелках, пьет лучшую отборную кровь, веселится на балах.

– Как ты можешь! – возмутилась Ева. – Он спас наши жизни ценой своей! А ты говоришь так, словно он сам рад там остаться. Но ведь он пленник! Пленник коварного, злого дома, который, судя по всему, только и делает, что строит всем козни да плетет интриги.

– Возможно, ты удивишься, – ответил рыжий, – но все вампирские дома коварные и жестокие. Мы же чудовища, забыла?

Слова девушки его абсолютно не тронули, и выражение полного равнодушия не спало с его лица.

– Да, Ева, – вмешался в разговор средний брат, Кассий. – Кажется, общение с нами ввело тебя в некоторое заблуждение. Вампиры жестокие и коварные по своей природе. Così stanno le cose[6]. Иначе нам не выжить.

– Тогда тем более! – воскликнула девушка. – Мы должны вырвать его из лап Веспер и…

Она запнулась.

Произнести имя высшего вампирского лорда язык не поворачивался, страшась вновь накликать беду. От воспоминаний об Атрее у Евы до сих пор бежали мурашки по коже – неприятные, ледяные.

– Боюсь, контракт, который его связывает, будет посильнее братских чувств и привязанности к этому дому, – сказал Кассий. – Под белы рученьки мы его вывести не сможем, даже если бы и пожелали.

– А как же господин Тенебраэ? – спросила Ева. – Разве он не вмешается?

– Знать бы, где он, – ответил средний брат. – Думаю, он даже не знает, что его дом под угрозой. Возможно, ему просто нет до этого никакого дела.

– Такое бывает у тысячелетних дедов, – согласился Милтос. – Им обычно на все наплевать.

– И все же… это дело чести, – с сомнением покачала головой Ева.

Она снова задумалась.

Дом Каэдэс в открытую сыграл против Тенебраэ, братья не могли этого не понимать. Старший брат стал их невольником, Еву едва не обратили, а Сэма… Молчаливого, угрюмого слуги не стало, и, хотя он редко показывался на глаза и не любил вести беседы, без него дом словно опустел.

А еще теперь братья вынуждены были охотиться сами. Каждую ночь кто-то из них уходил и возвращался под утро, окровавленным, измененным, страшным. Они менялись – по капельке, незаметно, но Ева все равно чувствовала эти перемены, и они были недобрыми.

– Как выглядит этот контракт? – спросила Ева у братьев. – Вы знаете?

– Контракт всего лишь слово, – пояснил Кассий. – На деле, чтобы подчинить Торна, Веспер, должно быть, забрала себе какую-то часть его тела.

Брови Евы взлетели вверх.

– Как это возможно?

– Отпилила ему руку или ногу, – услужливо пояснил Милтос, щадя чувства девушки гораздо меньше брата.

– Он что, каждую секунду испытывает боль?! – ужаснулась Ева.

Кассий сердито зыркнул на рыжего, не умеющего держать язык за зубами, и нехотя кивнул.

– Скорее всего, это так. Но не беспокойся, это не убьет его, только привяжет к владельцу. Часть тела, забранная у вампира магическим контрактом, заставляет его материализоваться там, где хочет хозяин, – ведь все части тела вампира магически связаны. Потому-то