Тьма ярче света - Екатерина Вострова

раньше. Так они сбежавшие? Одни из тех, кто оставил своих детей и не вернулся?

Должно быть, на его лице мелькнуло недоброе выражение, потому что обе тотчас постарались уверить в обратном.

— Нет-нет, мы не предательницы… — вновь взяла слово Кара. — Мы здесь ради своих семей, оставшихся дома. Отправляем им вещи, продукты, одежду, на которую зарабатываем здесь. И не мы одни. Женщинам Темных земель приходится трудно, ведь мы вынуждены оставлять своих детей одних. Но не проходит и дня, чтобы мы не хотели вернуться и воссоединиться с ними.

— Похвально, — кивнул Биен с нечитаемым выражением на лице.

С одной стороны, он и так знал, что такое происходит. Мужчины работали в шахтах, скованные проклятием и не имеющие возможности покинуть свои земли, а женщины занимались кто собирательством, кто торговлей…

— Мы знаем, что с вами произошло. Весь город гудит о том, что вас схватили и едва не отправили на каторгу. Господин… — чуть не плача прошептала младшая, Эней. — Неужели это конец? Вы проиграли… Мы проиграли, и нет больше никакой надежды для Темных земель?

Сейчас было не время раскрывать планы. И Биен понятия не имел, не подосланы ли эти женщины. Кто знает, может, Фрейм или даже сам король подговорил их, чтобы таким образом его проверили? Поэтому ограничился лишь коротким:

— Надежда умирает последней. А я и вы все еще живы. — Его голос звучал уверенно, несмотря на то, что он подбирал каждое слово.

— Тогда… Мы можем вам как-то помочь? — тут же подхватила Кара. — Нас не видно, но на самом деле мы не одни, нас много в этом городе и за его пределами. Только одно ваше слово. Если вам нужно помочь, мы это сделаем.

— Мы росли не в таких тепличных условиях, как местные женщины, — уверенно кивнула Эней. — Если нужно, то мы и оружие в руки возьмем.

Биен подошел к единственному небольшому оконцу в лавке рядом с дверью и посмотрел на город за ним. Где-то там, среди этих улиц и домов, теплились сердца, готовые вспыхнуть от малейшей искры.

Тьма сильнее всего боится света. И они станут светом для Темных земель.

* * *

Мы с Рональдом сидели в повозке друг напротив друга. Герцог так и держал мою руку, не сводя с меня странного взгляда.

— Рон… — решилась я заговорить первой. — Я очень плохо с тобой поступила…

— Я тебя прощаю, — мягко улыбнулся он.

— И я тебе благодарна за это, но мы больше не можем быть вместе.

Хватка его стала жестче и болезненнее.

— Кто это сказал? — процедил он, продолжая улыбаться. — Это из-за указа? Из-за того, что ты не хочешь рожать вне брака? Так выйди за меня, я приму твоего ребенка как своего.

По спине покатился холодный пот от того, с каким жаром звучали его слова. С одной стороны, разве можно Рона винить за его доброту? За то, что он искренне хотел мне помочь? А с другой — то, как непримиримо блестели его глаза, как упорно он повторял, что не хочет разрыва, заставляло чувствовать себя худшей женщиной в мире, потому что я не хотела делать ему больно.

— Рон, ты найдешь себе другую девушку, гораздо лучше меня… — мягко попыталась отстраниться, но он не дал этого сделать, напротив — перехватил за плечо и вдруг обнял с такой силой и отчаянием, что стало трудно дышать.

— Мне не нужна лучше, слышишь? Мне нужна ты. Мариэтта, я уже упустил тебя однажды, позволил этому мерзавцу украсть тебя у меня, я больше не допущу такой ошибки. — Его голос дрожал, а руки гладили мои плечи, заставляя каменеть всем телом. Никогда раньше Рон не позволял себе подобного, и я понятия не имела, как реагировать. — Мы можем начать все сначала, забыть прошлые ошибки.

Меня раздирало на части. Я искренне жалела Рона, его боль отзывалась во мне. Но сейчас я уже не могла себя представить рядом с ним. Его прикосновения казались удушающими, тяжелыми, вместо теплоты я чувствовала лишь неловкость, вместо томления — скованность.

— Рон, я... — Слова застряли в горле. — Прошу, отпусти меня.

Повозка двигалась, но сквозь стук сердца, отдававшийся в ушах, скрип колес и шум городской суеты едва слышались.

— Отпустить? — горько усмехнулся рыцарь. — Скажи, Мари, что ты в нем нашла? Ты переспала с ним. Как это было?

— Рон…

Не верила собственным ушам. Это было так не в духе молодого герцога и звучало настолько ужасно, что в первый момент я просто впала в оцепенение и не знала, как реагировать.

— Он взял тебя силой? — голос Рона стал громче и жёстче, он ждал ответа.

— Что ты такое… — Я забилась в его руках, пытаясь оттолкнуть.

— Так ведь я тоже могу, — процедил он, запустив руку мне в волосы.

Его губы накрыли мои грубо и жестко, мазнув слюной по щекам. Это был не нежный или страстный поцелуй, а заставляющий окаменеть. Рон подавлял меня, прекрасно понимая, что я бессильна в его крепких руках. Неужели ему это нравилось?

Кажется, я своего жениха и не знала. За его лаской и заботой скрывался человек, которому приятно ломать женщину?

Я попыталась оттолкнуть его, но тщетно. В какой-то момент я укусила его до крови, и лишь это заставило Рона ослабить хватку.

Я снова дернулась и смогла оттолкнуть его от себя и вытереть рот. Рональд смотрел мне в глаза с обидой, будто я не имела права отталкивать его.

— Не смей меня трогать, — процедила я, отстраняясь еще дальше.

— Мариэтта, я всего лишь хотел понравиться тебе так же, как он! — выпалил Рон с самым невинным видом.

Он даже не понимал, в чем ошибался.

Его дыхание было рваным, он смотрел на меня с безумным выражением лица.

— Ты плачешь… — хрипло произнес он, вытирая выступившую на нижней губе кровь. — Не плачь. Мы будем вместе.

В моих глазах действительно стояли слезы: от страха, отчаяния, от боли.

«Не будем, Рон», — подумала я, но вслух побоялась сказать, чтобы не спровоцировать его снова.

Атмосфера между нами стала еще более напряженной.

Когда повозка остановилась, я вышла, не оглянувшись.

— Ты все еще моя невеста, Мариэтта, — услышала вдогонку голос некогда самого близкого мне человека, — я не откажусь от тебя.

Я направилась в свою комнату.

— Госпожа, что с вами? На вас лица нет! Все в порядке? А где… этот?.. — спросила служанка.

Под «этим» она наверняка подразумевала Биена.

— Все в порядке. Оставьте меня!

Буквально влетев в комнату, я закрылась на замок и рухнула на кровать. Беспомощно обхватив себя руками, пытаясь унять дрожь во всем теле. Слезы