Без права на отказ - Татьяна Минаева

— Яна Абрамова за произвольную программу получает сто сорок пять целых и тридцать две сотые балла. Это первое место!

— Первое? — вскинула я брови. — Первое? — Олег посмотрел на меня и улыбнулся.

— Первое, — подтвердил он, и я тут же оказалась в его объятиях. — Ты победила, Абрамова! — прошептал он.

— Я победила, — уткнувшись носом ему в плечо, откликнулась я. — Победила…

Мне хотелось произносить и произносить это слово. Я будто пробовала его на вкус, и оно было таким вкусным! Хотелось еще и еще. Счастливо засмеявшись, я прильнула к Олегу еще теснее, а после, опомнившись, поднялась на ноги и помахала собравшимся на стадионе зрителям и тем, кто смотрел трансляцию по телевизору.

Я плохо помнила, как готовилась к прокату. Все было как в тумане. К моменту, когда Олег появился на стадионе, я уже успела хорошенько размяться в тренажерном зале. Унять свои эмоции у меня тоже получилось. Почти. Я не могла не думать о том, что Олег сегодня встретится с Селезнёвой. Зачем? Если он со мной, зачем она ему? Не понимала, не могла даже представить, что Леночке нужно от Коршунова, разве уж совсем бредовые мысли в голову закрадывались: а вдруг она шантажирует его? Сняла какое-нибудь видео, когда в прошлом у них были отношения, и теперь грозится всем показать, если он не будет скакать перед ней на задних лапках? Но как-то не вязался у меня образ Олега с рисующимися в голове картинками. Он бы точно нашел на неё управу. Если бы только захотел. Значит, тут что-то другое… Ну или он не хочет. И то, и то меня порядком раздражало.

Я и еще пять девочек из тренировочной группы уже готовились выйти на лед и продолжить тренировку там, когда Олег буквально выдернул меня с катка и, найдя укромное местечко, просто смял, как тряпичную куклу и поцеловал. Требовательно, жарко и властно.

— Это чтобы тебе в голову не лезли дурные мысли, — ответил он на мой немой вопрос.

Усмехнулся и повел меня обратно. Я, немного прифигевшая и от того не сконцентрированная, тренировку провела так, будто бы её и не было. Прыгать прыгала, а что прыгала — не помню. Вообще ничего не помню, только вкус его горячих губ на моих пылающих губах. Что после тренировки ему и высказала.

— Ты отвратительный тренер! — возмущенно выдала я, едва мы остались наедине.

— Почему? — весело хмыкнул Олег.

Настроение у него, похоже, было замечательным. Уж не потому ли, что Леночку свою скоро увидит?!

— Потому что, — просто сказала я.

Он же в ответ расхохотался, прижал меня к себе и поцеловал. Снова. Чтоб его!

И вот теперь я, продолжая улыбаться от уха до уха, до невозможности счастливая, давала интервью как победительница этапа Гран при в Америке, пока на льду сотрудники готовили подиум для награждения.

Английский я знала плохо, поэтому мне помогал переводчик. Благодарила бабушку, Олега, всех работников нашего центра, болельщиков… И не верила. Конечно, это всего лишь один выигранный этап. Чтобы попасть в финал, мне нужно быть в тройке на следующем, во Франции. Но я была так воодушевлена, что мне казалось — дайте мне прямо завтра выступить, снова откатаюсь, как сегодня. А откаталась я, как в последний раз. Олег сказал, что я будто бы все поставила на этот прокат. На самом деле так и было. Мне все еще было не совсем хорошо, и я понимала, что четверной прыгнуть не смогу, да и Олег сказал, что голову мне открутит, если посмею повторить свой финт ушами. Но это означало, что я должна выполнить все элементы настолько идеально, чтобы заставить судей поверить мне. И они поверили, судя по моим оценкам. Кореянка, которая в итоге заняла второе место, тоже откатала неплохо, но упала со своего акселя, и впечатление от её программы смазалось. Я же промчалась по льду со своей «Per te» и разве что под конец мне не хватило сил додержать вращение. Но это мелочь, видная лишь судьям и специалистам.

Чуть позже нас пригласили на награждение. Под оглашение моего имени и фамилии, я выехала на лед и заняла верхнюю ступень пьедестала. Сжимала свою первую золотую медаль на таком серьезном и престижном турнире, и глаза были полны слез. Это была моя маленькая, но победа. Победа, которая была нужна мне как воздух, чтобы поверить в себя, чтобы понять, как мне двигаться дальше. Это была победа над моим дурацким организмом, подложившим мне свинью накануне поездки, с нервами и с мыслями об Олеге и его селезневой. И, конечно же, это была победа над старой, упрямо-ленивой минусстартщицей Янкой Абрамовой. Впереди меня ожидает путь наверх. И он будет ничуть не менее сложным, чем дорога в эту самую точку, в этот момент, где от победы отделяют четыре минуты, в которые могут уложиться все твои мечты.

Я сидела на постели в позе лотоса и наблюдала за тем, как Олег натягивает рубашку. Свежую, отглаженную в прачечной.

Мы снова поцапались из-за Селезневой. Он был недоволен, я тоже. Мы, конечно же, все обсудили. И не один раз. Но мне было обидно, — вместо того, чтобы позвать меня в ресторан и отметить победу, он идет на встречу с Леной, а я буду сидеть в четырех стенах и накручивать себя. Странно, что Олег этого никак не может понять. Хотя… все он понимает, просто не хочет сесть и объясниться со мной. И если раньше я еще могла понять его «не твое дело» или «тебя это не касается», то теперь, когда он сам сказал, что нет между нами больше никакого договора, что между нами все по-настоящему… Мне было больно. И он прекрасно понимал это, видел в моих глазах, видел он и мои слезы, но… все равно натягивал свежую рубашку и собирался на встречу с Леной.

— Когда ты вернешься? — прохладно осведомилась я.

Он обернулся, застегнул последнюю пуговицу и взял с подлокотника дивана пиджак. Я смотрела на него прямо, не отводя взгляда.

— Постараюсь недолго, — ответил Олег.

— Ясно, — вздохнула, но взгляд не отвела. Нет уж. — Ты если на ночь останешься у неё, смс мне хоть напиши, чтобы я не переживала, — вырвалось у меня.

— Ян. — Олег снова кинул пиджак на диван и приблизился ко мне. Затем присел рядом на постель и попытался привлечь меня к себе. Но я резко вырвалась и, спрыгнув с кровати, зло прищурилась:

— Что «Ян»?! Ты говоришь, что я тебе нужна, но бежишь к своей Лене по первому зову! Что вас связывает!? Просто ответь мне уже, я не знаю, что мне думать! — воскликнула я. Ответь мне, Олег, почему?

— Я не могу. — Он тоже поднялся и погладил меня по плечам.

Я хотела вырваться, хотела, но… Вместо этого вытерла со щек две предательские слезищи и, выровняв тон, заговорила:

— А я могу. Тебе не кажется, что это несправедливо? Ни одна нормальная женщина не потерпит, чтобы в жизни её мужчины была другая. А я? Я разве ненормальная? — засмеялась ему в лицо. — Хотя да. Ненормальная! Сначала согласилась трахаться с собственным тренером ради достижения цели, а потом и делить его с девкой, которая, даже получив гребаную травму, умудряется мне гадить! Я ненавижу твою Лену! — прошипела я. — Ненавижу её! Хочешь к ней, — вали к ней! Но как только мы приедем в Москву, я съеду из твоей квартиры.