Машина любви - Райан Кендалл

опухшими глазами, поражаясь тому, насколько он собран на фоне моей беспомощности. Я не знаю, как справляться с собой в таком состоянии. Я всегда была тем самым другом, который сохраняет спокойствие в кризисных ситуациях. Скалой. Якорем. А теперь я та, кому нужен кто-то, кто поможет подняться на ноги, доведет до кровати, подоткнет одеяло под подбородок и принесет чашку теплого чая. Слейт делает именно это, и делает с нежностью настоящего друга, который ничего не просит взамен.

— О чем ты думаешь? — Он садится на край кровати, пока я потягиваю принесенный им чай. Знакомый аромат лимона, ромашки и имбиря заполняет комнату. Чай «Укротитель напряжения».

— Об этом чае. Это мой любимый, — я улыбаюсь ему с озадаченным видом. — Откуда ты узнал?

— На коробке нарисована крутая принцесса верхом на драконе, — усмехается Слейт. — Догадаться было несложно.

Я издаю хриплый смешок, что довольно странно, учитывая обстоятельства. Затем делаю еще один глоток, на этот раз побольше. Тепло чая успокаивает и расслабляет. Сердце все еще тяжело бьется в груди, но, по крайней мере, я снова могу дышать.

— Спасибо, что ты здесь, — шепчу я. Мой взгляд задерживается на том месте на полу, где я нашла Пенни всего лишь час назад. Не могу понять, пролетел ли этот час как секунды или растянулся на долгие годы.

— Больше я нигде не хотел бы быть, — просто отвечает он. Его рука слегка задевает мою, и я отчаянно цепляюсь за его пальцы. В этот тихий момент мы — единственные два человека во всем мире. — Хочешь принять ванну? Я могу набрать воду.

Я качаю головой.

— Побудешь со мной еще немного?

— Конечно.

Слейт, мой сегодняшний герой, мой спаситель, ложится рядом. Он позволяет мне обнять его рукой и прижаться к нему. Он не задает вопросов, просто прижимается ко мне своим крепким телом.

Когда мои усталые, отяжелевшие от событий дня веки начинают закрываться, одна не отфильтрованная мысль срывается с губ тихим шепотом: — Мне так повезло.

Кому я это сказала? Себе? Ему? Всему миру? Я не знаю, но вместе с этим вздохом истины я проваливаюсь в глубокий, спокойный сон.

Глава шестнадцатая

СЛЕЙТ

— Ты свободна в эту субботу во второй половине дня? — спрашиваю я Карину, держа телефон в одной руке и печатая на ноутбуке другой. Я уже продал свои билеты на субботний баскетбольный матч перекупщику на «Крейгслист», чтобы устроить это мероприятие и не остаться на мели. Теперь я ищу хорошего флориста с приемлемыми ценами. С угощениями придется подождать, пока я не узнаю, сколько гостей придет.

— Не совсем. А что случилось?

Может, я просто на взводе, но голос у Карины уже какой-то скептический.

— Ну, вчера умерла Пенни, так что…

— О нет! — искренне сочувствует она. — Китон, должно быть, очень расстроена.

— Еще как.

От воспоминаний о слезах Китон мое сердце болезненно сжимается. Когда она позвонила вчера, ее голос звучал совершенно разбитым. Я даже не стал дожидаться, пока она расскажет, что случилось; просто схватил ключи и пулей полетел к машине.

— В общем, я организую поминки. Они пройдут у Китон дома. Я думал начать около трех часов, но время можно сдвинуть, в зависимости от того, когда всем будет удобно.

Долгая пауза.

— Вроде похорон? Для кошки?

— Скорее поминки, но неважно. Послушай, я знаю, вслух это звучит глупо, но Китон правда убита горем, и я хотел сделать хоть что-то, чтобы ее поддержать. Я подумал, если мы все соберемся, чтобы вспомнить Пенни, может, это поможет ей отпустить ситуацию.

— Э-э, хм, даже не знаю, у меня на эти выходные куча свадебных дел… и, ну… — сбивчивая речь Карины сменяется неловким молчанием.

— Ну что? — спрашиваю я, стараясь не сорваться.

— Не то чтобы я вообще нравилась Пенни, — нерешительно произносит Карина. — Честно говоря… не хочу проявить неуважение к мертвым или типа того, но любила ли она вообще Китон? Эта кошка всегда вела себя так злобно.

— Да брось, она всего лишь кошка. Была кошкой. Мы не можем… — Я поправляю сам себя. — На самом деле, какая разница, даже если она была той еще засранкой? Поминки устраивают для живых. Сейчас главное — показать Китон, что нам не плевать на ее чувства. И прямо сейчас ей нужны друзья.

— Слушай, мне правда очень жаль, что Пенни умерла, и я позвоню Китон, чтобы выразить соболезнования, как только договорю с тобой. Но я уже сказала, что буду занята все выходные.

— Обещаю, это не займет много времени. Все, что от тебя требуется — это прийти к ней и сказать о Пенни что-нибудь хорошее.

— И как, черт возьми, я должна это сделать? В последний раз, когда я видела эту Маленькую Мисс Демон, я чуть вообще зрения не лишилась, и знаешь почему?

— Карина, просто…

— Потому что она целилась прямо мне в глаза! Так что, даже если бы у меня было время — а его нет, — что хорошего я могла бы о ней сказать?

— Не знаю, это должно быть твое воспоминание о Пенни. Если ты совсем не можешь придумать комплимент, ну, скажи буквально что угодно из того, что помнишь, и что не связано с телесными повреждениями. — Я тру лоб, стараясь, чтобы мой голос не звучал так раздраженно, и перехожу на умоляющий тон: — Пожалуйста, Карина? Для Китон это очень важно. Там будет бесплатная еда и выпивка, и ты сможешь уйти через пять минут, если захочешь.

— Это здорово, но ты меня не слышишь. Мне нужно подтвердить время со всеми подрядчиками и водителями, перепроверить список гостей, закончить рассадку, подстричься, покрасить волосы, провести миллиард платежей. А еще я постоянно откладываю написание клятв, и…

Я не хотел давить на жалость, но Карина вынудила меня пустить в ход тяжелую артиллерию.

— Помнишь вечеринку в честь рождения ребенка твоей кузины?

Судя по ее тяжелому вздоху, она точно помнит.

— Слейт…

— Когда кейтеринг отказался от работы, и Китон всю ночь пекла четыре десятка капкейков? — продолжаю давить я, не давая Карине возможности возразить. — Ты у нее в огромном долгу. Она была потрясающей подругой для всех нас на протяжении, сколько там, десяти долбаных лет?

— Ладно, ладно, — фыркает она. — Я придумаю, как все подвинуть. Это будет сущий кошмар. — Затем ее тон смягчается. — Надеюсь, это поможет Китон почувствовать себя лучше. Хоть я и не понимаю почему, но она и правда любила эту кошку.

— Спасибо. Я уверен, что поможет.

Я вешаю трубку, понимаю, что все это время мерил шагами комнату, и снова сажусь за