Любви вопреки - Салли Маккензи

Из дневника Изабеллы Дорринг

Кэт раздраженно смахнула прядь, что упорно лезла в глаза и мешала наблюдать за тем, как миссис Бейтс, хозяйка деревенской лавки, обхаживает герцога.

– О, ваша светлость, – жеманно кривляясь, говорила она, прижав руку к своей выдающейся груди. – Вы не представляете, как мы рады вас видеть!

Он ведь не станет задирать нос перед бедной миссис Бейтс? Герцог улыбался.

– Благодарю вас, миссис Бейтс. Вы очень добры, – любезно произнес он и, подняв зажатые в руке объявления, спросил: – Вы не подскажите, где их заметят быстрее всего?

Ни разу за все время, что они провели вместе, герцог Харт не вел себя с ней пренебрежительно. Наоборот, он был неизменно приветлив, даже дружелюбен, когда Кэт показывала ему дорогу к Рэндольфу. И когда они с Джейн чуть не вцепились друг другу в волосы, герцог не осадил их резко, как мог бы, а терпеливо выслушал обеих. Да и в доме старой девы…

Кэт прикусила губу. А что именно произошло в доме Изабеллы?

– У меня вон там висит доска объявлений, ваша светлость. Она не бросается в глаза сразу, но покупатели подходят к ней регулярно.

Что-то определенно произошло. Нечто, что находится в ведении темных сил. Что, не вмешайся вовремя Поппи, могло бы иметь необратимые последствия. Как хорошо, что кошка выбрала этот момент, чтобы соскочить с кровати.

Да, с кровати! Кэт не следовало заходить в спальню в обществе мужчины. О чем она думала?

Но все было вполне невинно до того самого момента, как герцог Харт заговорил о – щекам стало нестерпимо жарко – желании.

Кэт прижала ладонь к щеке.

Когда сестры ее с придыханием упоминали о широких плечах и поцелуях, Кэт считала, что они несут чушь. Ее передергивало от брезгливости при мысли, чтобы какой-нибудь дурно пахнущий тип стал бы облизывать ее губы.

И все же…

В полутемной спальне Изабеллы наедине с герцогом, который стоял совсем близко, Кэт вдруг начала понимать своих сестер. Он лишь прикоснулся к ее щеке, но это легкое прикосновение словно вернуло Кэт в тот момент, когда она, оступившись на неровной тропинке, оказалась в его сильных, крепких руках. И, надо признаться, ей не было ни страшно, ни неловко. Ей было хорошо! С герцогом Кэт чувствовала себя как за каменной стеной. Разве не для этого женщины выходят замуж? Чтобы обрести в жизни опору и защиту?

Глупости! Ни о чем подобном она не мечтает! Не нужна ей никакая опора и защита. Все, что ей необходимо, – стать хозяйкой этого дома. Чтобы ни от кого не зависеть, чтобы ей никто не мешал сочинять романы.

«Но герцог Харт выглядел таким одиноким в спальне Изабеллы Дорринг».

Похоже, с Кэт сыграло злую шутку ее богатое воображение. Как может чувствовать себя одиноким герцог Харт? У него слуг – целая армия, и друзей и знакомых не сосчитать. Он и сюда, в Лавсбридж, приехал не один, а с двумя друзьями. Герцог не нуждается ни в ее сочувствии, ни тем более в жалости.

Лично ей, Кэт, совсем не хочется, чтобы ее жалели!

Миссис Бейтс подвела герцога к доске объявлений, на которой висело поблекшее сообщение о праздновании Дня святого Георгия, который состоялся еще в апреле, и более недавнее, о собрании, посвященном подготовке к ярмарке, на которое Кэт должна попасть в самое ближайшее время.

Но что это? Сестры Уэндли, выглядывая из-за стенда с атласными лентами, глупо хихикали, наблюдая за герцогом. Кажется, пора спасать его. Бойкие девицы, угадав намерения Кэт, бросились к нему ей наперерез.

– Глядите-ка, – улыбаясь сестрам, произнесла миссис Бейтс, – это наши близнецы Уэндли. Никто не может различить их, даже родная мать. Боюсь, ваша светлость, и у вас ничего не получится. – Придется вам, девочки, представиться самим, – посмеиваясь, добавила она и, присев в реверансе, промолвила: – Прошу меня простить, но я вас покину. Надо следить за кассой.

– Спасибо за помощь, миссис Бейтс, – с вежливым поклоном сказал герцог Харт.

Девицы едва дождались, пока хозяйка отойдет, чтобы занять ее место – поближе к герцогу.

– Я – Абигейл, – представилась та, что справа.

– Я – Беатрис, – представилась та, что слева.

Две голубоглазые блондинки восемнадцати лет присели в реверансе. Кэт, несмотря на то что имела близнецов братьев, так и не научилась различать этих пустоголовых кукол. Впрочем, она никогда и не стремилась к этому.

– Приятно познакомиться, мисс Абигейл, мисс Беатрис.

Глупые гусыни чуть ли не застонали от восторга. И тоже одновременно. Герцог Харт едва заметно улыбнулся и перехватил взгляд Кэт.

Кэт усмехнулась. Молодец. Устоял. В отличие от большинства других мужчин, которых двойная красота сестер с ходу сбивала с ног.

– Мы так рады видеть вас у нас в Лавсбридже, ваша светлость! – воскликнула Абигейл.

– Надеемся, что вы здесь надолго, – хлопая ресницами, сказала Беатрис.

– Мы, конечно, понимаем: Лондон – чудесный город.

– Мы бы хотели как-нибудь поехать туда.

– Расскажите нам о нем, пожалуйста!

Герцог Харт подслеповато заморгал. Не мудрено ослепнуть от такой красоты, тем более что, судя по всему, раньше с явлением, подобном сестрам Уэндли, герцог не встречался. Однако оправился он от потрясения довольно быстро.

– На самом деле Лондон весьма грязный и шумный город.

– Жаль! – хором вздохнули сестры и обменялись печальными взглядами. Но очевидное отсутствие желания продолжать с ними беседу не стало для них непреодолимым препятствием.

– В Лондоне, говорят, столько всего интересного: балы, приемы, – произнесла Абигейл.

– И множество всяких магазинов, – добавила Беатрис.

– И элегантные экипажи.

– И прогулки в Гайд-парке в модные часы…

– Где можно на людей посмотреть и себя показать.

– Да, все это так, – кивнул герцог Харт. – Полагаю, в столице есть много чего занятного, но и ваша деревня имеет свое, особое очарование.

И в чем же оно состоит? Наверное, в Лондоне действительно хватает грязи и шума, но жизнь там интереснее, чем в Лавсбридже. В Лондоне расположены литературные салоны, театры, музеи…

Да какое Кэт до всего этого дело? У нее так же мало шансов попасть в столицу, как и у сестер Уэндли.

– Вы на самом деле находите Лавсбридж очаровательным? – спросила Абигейл.

Она что, глухая? Герцог ведь только что это сказал.

– Да, мисс. – После заминки он добавил: – Абигейл.

– Вы теперь планируете жить в замке? – чуть ли не приплясывая от радости, спросила Беатрис.

– Тогда вы должны посетить нашу ярмарку, – с придыханием промолвила Абигейл. – Там так весело! Всевозможные игры, угощения, танцы. В прошлом году была даже дрессированная обезьяна.