Семь невест. Дарованная нежность - Лира Алая

Я кивнула, надеясь, что Зенон, наконец, меня отпустит. Какая-то двусмысленная ситуация получалось. Нет, я не думала, что он будет ко мне приставать, слишком уж трепетное отношение. Да и я не уверена, что была бы слишком против приставаний. Но вот…

Что он пытается сделать?

— Но шантажировать я тебя могу. — Зенон поцеловал мое запястья, смотря на меня снизу вверх. — Так что прямо сейчас этим, моя упрямая леди, и займусь.

Глава 49

Какой приятный способ шантажировать! Целовать и спрашивать, что я скрываю? А если не скажу (а я не говорю!), то меня снова целуют (очень страстно!). Если бы воздуха хватало, а губы были из стали и не казались онемевшими спустя десяток поцелуев, то целовалась бы с Зеноном вечно.

— Что, шантаж не работает? — спросил Зенон, позволяя мне положить голову ему на плечо.

— Ты продолжай, продолжай меня шантажировать. Работает, еще как работает, — я старалась говорить убедительно. — Просто эффект наступает медленно.

Да уж, поцелуи — это нечто. Да и Зенон сегодня отбросил привычную деликатность: его руки были наглее, а прижимал он меня гораздо сильнее, чем раньше. И я была только «за». Но сам Зенон остановился, впервые я распознала такое яркое возбуждение с его стороны.

— Все, не работает мой шантаж, — сказал Зенон. — Да и мне пора уже, пойду в свои комнаты, запечатаю все так, чтобы даже рев дракона не услышал. И забаррикадируюсь! Хоть высплюсь нормально.

У Зенона и впрямь стальная выдержка. Я не могу описать словами, как сильно его слова разились с желанием. Обычно Зенон всегда старался приглушать свои чувства, переключаться на что-то другое, чтобы чрезмерно сильные эмоции не погребли меня, как лыжника под лавиной. Но не сегодня.

— Тебе обязательно идти в свои комнаты? — Я не хотела расставаться с Зеноном ни на минуту. — Ты ведь можешь остаться…

— Элейн, милая моя Элейн, ты сейчас осознаешь, о чем просишь? — Голос с хрипотцой был таким завораживающим, что смысл доходил до меня как через толщу льда.

Но все же я сообразила, что имел ввиду Зенон. Краска тут же бросилась к лицу, а спина покрылась мурашками.

— Я не об этом! Я просто не хочу с тобой расставаться, а не… не… это… самое… То есть не то, что я не хотела бы. Но и не хотела бы… Нет, то есть в будущем я буду рада, но сейчас…

Мои прерывистые излияния остановились лишь тогда, когда Зенон легонько рассмеялся:

— Вот и я о чем. Я понял, Элейн, понял. Поэтому сейчас я соберусь и пойду к себе, а не останусь здесь, как бы мне последнего не хотелось. Пока действительно не время.

— Да, столько дел, столько событий, что…

— Не в этом дело, — перебил меня Зенон. — Ты не готова. Сама не уверена, хочешь или нет, нужны ли тебе отношения, которые перейдут немаленькую грань. Ты до сих пор не доверяешь мне, как я могу просить тебя о чем-то большем?

— Я вовсе не не доверяю тебе! — Я встрепенулась. Зенон не прав! Нет, частично, если только, но дело здесь не в доверии, а в моей собственной глупости, в которой безмерно трудно признаться. В моем страхе разочаровать его. И в этом виноват лишь мой инфантилизм, а никак не сам Зенон.

— Элейн, милая Элейн. Я прожил гораздо дольше тебя, повидал больше. Я тоже не с первого и даже не со второго раза разобрался в себе, в том, чего хочу. И в отношениях у меня все бывало непросто. Не потому, что кто-то другой виноват, а потому что я не понимал себя и свои желания. С возрастом становится проще. Время все расставляет по своим местам, я не был исключением и ты не станешь. Если ты захочешь, у нас все будет. Но только когда ты этого захочешь, без капли сомнений, вопросов и на полном доверии, хорошо?

— Хорошо. Но я боюсь, что у меня всегда будут сомнения. Не потому что я в тебе сомневаюсь или не доверяю, потому что я обычная трусиха, которая боится напортачить, делает глупости, а потому портачит еще больше.

— Ничего страшного. Мне ты нравишься любой — и храброй, и трусливой, так что тебе не о чем переживать.

И как романтический вечер превратился в вечер грустных откровений? Я не могла сказать. Но хорошо лишь одно — комок неуверенности, который вечно меня преследовал, явно уменьшился.

— Зенон, — позвала я. — Касательно доверия, мне надо сказать тебе пару вещей…

Глава 50

— Потом расскажешь. Сейчас мне пора, правда. — Зенон мягко погладил меня по щеке, а потом спешно поднялся и оставил меня в полнейшей растерянности.

А я ведь только собиралась во всем признаться! Не только рассказать про плащ, но и даже про осколок, чтобы никаких недомолвок и подозрений не было в будущем. Сейчас был такой хороший момент, а Зенон…

Ушел, просто взял и ушел. И я даже не успела сообразить, что он чувствует!

Я стала автоматически разбирать маленький столик, накрытый на двоих. Ничего страшного, я Зенону все расскажу после бала. Не потому что хочу, чтобы у нас, как он выразился, «все было». А потому что я чувствовала, что мое молчание может разочаровать его куда больше, чем мое глупое поведение. И я еще вначале сетовала на стереотипы, да? Глупые блондинки и все такое. Кто бы знал, что попав в другой мир, я их полностью оправдаю? Стыдно, ужасно стыдно, потому надо прекращать отмалчиваться. Завтра же сама наведаюсь к Ринеру и заберу свой плащ! А потом пойду и отыщу осколок!

Но мои планы с самого утра были разрушены. В спальню буквально ворвались Эрцгерцог, Райне, а следом за ними Зенон, который выпихнул двух влетевших внутрь в прямом смысле этого слова.

— Извини, что так неожиданно.

Оказалось, что утром Аниэль почувствовала себя плохо, поэтому Эрцгерцог лично попросил Зенона попросить меня побыть с его невестой. Он и сам хотел остаться, вот только они с Зеноном должны были присутствовать на каком-то архиважном собрании. Если на нем не присутствовать, то тебя потом и казнить могут. Конечно, они будут тут в замке и, когда станет известно, что с Аниэль, то я должна обязательно прийти в зал собраний (туда меня как