Покорись страсти - Луиза Аллен

— Я согласна с вами. Если бы не смерть отца, я бы уже как раз направлялась в Лондон.

— Опять же из соображений безопасности вам, как мне кажется, не следует плыть на торговом корабле. Как вы смотрите на то, чтобы присоединиться ко мне на «Орионе». С вашей служанкой, разумеется.

— На фрегате? Я… я не знаю, согласится ли Элиза сопровождать меня, она свободная женщина.

— Она сказала, что оставила свою хозяйку и готова плыть с вами, — сообщил Мелвилл. — Вам что-нибудь нужно?

— Одежда и все прочее, — призналась Клеменс. — И у меня нет денег. Придется менять у кого-нибудь, чтобы Элиза могла сделать кое-какие покупки.

— Мы позаботимся о ее безопасности Конрой, будете сопровождать Элизу на случай, если Нейсмиты решат предпринять что-нибудь.

— Хорошо бы подложить мину под Нейсмитов, — сказал Натан. — Было бы разумно, если бы вы, мисс Рейвенхерст, пока ваша служанка отсутствует, написали обо всем, что вам известно, особенно о том, как они посадили вас под домашний арест. Мелвилл и Конрой засвидетельствуют вашу подпись, и мы оставим документ у нашего здешнего агента на случай, если ваши английские родственники захотят предпринять какие-нибудь меры против Нейсмитов.

— Благодарю вас, — ответила Клеменс и посмотрела ему прямо в глаза. — Полагаю, вас вдохновляет перспектива продолжить борьбу с пиратами, капитан Станье?

— Безусловно, мисс Рейвенхерст, однако я возвращаюсь на «Орион», — сказал Натан, едва успев подхватить кувшинчик со сливками, выскользнувший у Клеменс из рук.

— Мисс Рейвенхерст, вам нехорошо? — Капитан потянулся к колокольчику, а Конрой и Мелвилл вскочили на ноги, с тревогой глядя на Клеменс. — Вы вдруг так побледнели.

— Нет, благодарю вас, все в порядке. Мне показалось, что я увидела сороконожку. Они, я знаю, ядовиты. Но, кажется, я ошиблась.

Натан на «Орионе»? Находиться с ним на одном фрегате на протяжении шести, может быть, восьми недель?

— Вы нас извините, мисс Рейвенхерст? — Мелвилл встал. — Конрой останется и проводит вашу служанку, а мне и капитану Станье необходимо вернуться на фрегат. Начинайте собирать вещи.

— Да, конечно.

Клеменс пыталась сообразить, что ей может понадобиться в эти два месяца, которые она проведет на борту фрегата. Также нужно учитывать, что в Англии климат куда холоднее здешнего. А где ей искать Рейвенхерстов, вдруг подумала Клеменс. Она слышала, что ни одно уважающее себя аристократическое семейство не проводит лето в Лондоне. И что сейчас носят в Англии? Интересно, понравилась бы она Натану в модном платье, сшитом, может быть, по последней французской моде? Будет ли он навещать ее?

— Может быть, составим список, мисс Клеменс?

— Ой, Элиза, ты меня напугала.

И как раз вовремя. Разумеется, Натан будет ее навещать. Он ясно дал понять, что у них разное положение в обществе. Впрочем, он говорил, что знает кузена Гарета…

— Я как раз думала о том, что мне может понадобиться, ведь мы проведем в море целых два месяца, и еще Англия… Тебе тоже нужны теплые вещи и одежда на сырую погоду.

Элиза принесла перо и бумагу.

— Ты уверена, что хочешь поехать со мной?

Служанка улыбнулась:

— О да, мисс Клеменс! Я никогда не думала, что мне выпадет такой шанс.

Когда Элиза и лейтенант Конрой ушли, дом погрузился в тишину. Клеменс заточила перо и склонилась над бумагой.

Вскоре Элиза вернулась в сопровождении Конроя, нагруженного покупками. На лейтенанта нельзя было смотреть без сожаления — он до того устал ходить по дамским магазинам, что с радостью воспринял необходимость вернуться к своим прямым обязанностям.

— Я возвращаюсь на фрегат, мэм, если вам ничего больше не нужно.

— Благодарю вас, мистер Конрой, — с теплотой сказала Клеменс и протянула лейтенанту руку.

Натан, вошедший в дом в эту минуту, с подозрением уставился на пару. Через несколько секунд, когда Конрой вышел, Натан отвел Клеменс в сторону:

— Не забывай, что ты уже не Клем, теперь тебе нужно думать о своей репутации.

— Что? При чем тут моя репутация? Тебе не нравится, что лейтенант здесь бывает? Он ведь такой привлекательный мужчина. Дело в этом, да?

— Я не могу жениться на тебе, но это не означает, что ты должна флиртовать с каждым молодым человеком, который тебе попадается! Подожди хотя бы до Лондона, там ты хотя бы будешь под присмотром тетушек.

Клеменс на мгновение потеряла дар речи, а когда пришла в себя, почувствовала, что ее охватывает гнев.

— Если ты считаешь, что я флиртую с лейтенантом Конроем, потому что ты отказался жениться на мне, Натан Станье, значит, ты еще больший идиот, чем я предполагала.

Натан схватил ее за руку:

— Я считаю, что ты слишком юна, чтобы понимать, что делаешь.

— Мы опять вернулись к моему возрасту? Ладно, я понимаю, должно быть, после того разочарования, что постигло тебя прошлой ночью, ты сегодня не в себе.

Лицо Натана потемнело.

— Разочарование? Я покажу вам, что такое разочарование, мисс Рейвенхерст.

С этими словами он толкнул ее на кушетку, крепко сжимая запястья.

Он пытается напугать меня, подумала Клеменс, но я не боюсь. Я хочу, чтобы он чувствовал ко мне тоже, что я чувствую к нему, хочу, чтобы он понял, что теряет. Не говоря ни слова, Натан впился в ее губы. Клеменс перестала вырываться, прижалась к нему, ощутила его возбуждение. Сорвав с ее шеи легкий шарф, он прижался губами к нежной шелковистой коже в вырезе платья. Рука его скользнула под корсет, и принялась нежно ласкать сосок. В забытьи Клеменс склонила голову на плечо Натана. А потом он вдруг остановился. Накинул ей на плечи шарф, поправил корсет, а потом посмотрел на нее так, будто в последние несколько минут не случилось ничего необычного. Однако дыхание его было прерывистым, а на виске билась синяя жилка.

— Вот что такое разочарование, Клеменс. Ты должна усвоить, что нельзя дразнить мужчин.

— Ты…

За время своего пребывания на «Морском скорпионе» Клеменс усвоила несколько забористых ругательств. Натан покачал головой:

— Леди не должны так выражаться. Доброго дня, Клеменс. Мы приедем за тобой завтра утром, в шесть.

— Ублюдок, — прошипела Клеменс ему вслед.

Вряд ли он расслышал, но ей стало легче. Ее тело словно пылало, сердце колотилось как сумасшедшее. Да, он своего добился.

— Элиза!

— Да, мисс Клеменс?

— Прохладную ванну, пожалуйста. Мне ужасно жарко.

— Мисс Клеменс? Вы плачете? — Элиза похлопала ее по руке.

— Это от злости, Элиза. Капитан Станье вывел меня из себя.