Вафли по-шпионски - Екатерина Вильмонт

Петр Петрович не поверил ни одному слову жены. Чтобы такая дотошная женщина как Ирина чего-то не узнала, чего-то не запомнила… Абсурд! Значит, они обе что-то от меня скрывают. Ну, Мартышка тайны разводит, это понятно. Но если бы этот мужик Ирине не понравился, она бы мне сказала, забила бы тревогу. Она же любит Мартышку. Значит… Значит, он ей определенно понравился, но они обе решили скрыть от меня, кто он такой. И кто же? Какой-нибудь славный парень, никчемный художник или артист, который обаял моих женщин? Хотя, что тут скрывать? Был уж у Мартышки один артист… Нет, тут что-то другое.

И на следующий день, когда Ирина уже была с головой погружена в работу и они вместе собрались пойти на ланч, он вдруг огорошил ее вопросом:

– Иришка, я что-то запамятовал, как ты сказала зовут Мартышкиного мужика?

– Миша, – машинально ответила Ирина.

И тут Петра Петровича осенило!

– Ну да, Миша, Бобров, кажется?

– Бобров. А что? Петя, что с тобой?

– Бобров? Миша Бобров? Я этого не допущу!

– Господи помилуй, почему?

– А ты не знаешь, кто он такой? Не помнишь?

– Да все я знаю, все я помню, но ты-то чего так яришься? Он классный! И, если хочешь знать, он не позволил Марте и сам не стал сообщать тебе об их намерениях, именно чтобы не подвести тебя! А так ты можешь себе представить, сколько в России Бобровых, даже и Михаилов Андреевичей? Неисчислимое множество!

– Нет и нет! Я этого не допущу!

– Что значит, ты не допустишь? Они уже живут вместе, обожают друг друга и в конце мая поженятся.

– Я это поломаю!

– Еще чего! С какой стати?

– Он сделает ее несчастной! У него такая сложная тяжелая биография. Эти бывшие… очень тяжелые люди… И вообще… Я не желаю, чтобы Мишка Бобров был моим родственником! Не желаю!

– Он сделал тебе что-то плохое?

– Ничего он мне не сделал! Но такой судьбы я Мартышке не желаю, пойми ты это наконец!

– Но она же любит его!

– Большое дело ваша бабья любовь! Разлюбит! И вообще, я маме обещал, что буду заботиться о ней!

– Ничего себе забота – поломать сестре жизнь. Имей в виду, уж этого я не допущу!

– Окстись! Ты же ничего не понимаешь! Это никакая не любовь, а тонко спланированная интрига, направленная против меня, именно с целью меня скомпрометировать.

– Петя, обратись-ка к психиатру! Это чистый воды паранойя! Это кому же понадобилось так сложно действовать? Ты сам-то себя слышишь? Если бы ты их видел! Как они смотрят друг на друга…

– Да, кажется я перегнул палку… Просто не люблю я этого Мишку. Смолоду не люблю…

– Он что, у тебя какую-нибудь девчонку отбил?

Петр Петрович вдруг покраснел.

– Не то чтобы отбил, но… – пристыженно рассмеялся он. – И еще его тетка преподавала у нас французский и вечно придиралась к моему произношению…

– Господи, детский сад! – скривилась Ирина. – Устроил тут истерику, фу… Как-то не по-мужски!

– Ну конечно, Мишка Бобров идеал мужика!

– Представь себе! По крайней мере, твоей сестре так кажется. Она заслуживает счастья!

– Тоже мне счастье… Мишка Бобров! Он это специально, назло мне…

– Петя, я выходила замуж за блестящего, умного, молодого дипломата, а ты превратился в старого истеричного придурка! – рассердилась Ирина. – Да зачем ты ему сдался, этому Мишке Боброву? После всего, что он пережил… Смешно, ей богу! Вот если б ты у него когда-то девушку отбил, еще можно было бы понять твою логику…

– Ну да, да, ты кругом права… Я действительно уже стал параноиком… Но тут поневоле спятишь, когда ежечасно нужно доказывать, что и сам ты не верблюд и страна твоя тоже не страна верблюдов… Тьфу!

– Вот! Это уже ближе к норме! – улыбнулась Ирина.

– Ну, а теперь в двух словах расскажи, что там у них?

– Зачем в двух? Хватит и одного: любовь!

– Ну дай-то Бог!

– Миша, – обратилась к Боброву Фрида Марковна, – у вас что-то хорошее в жизни случилось? Вы так помолодели… Неужели любовь?

– Это так заметно? – улыбнулся Бобров. – Как мужчине мне это приятно слышать, а вот как разведчику – это мне минус!

– Так вы уже экс-разведчик! А мужчина… Вы и так-то были интересный, и наши девчонки к вам сильно неравнодушны, Франко не зря тогда сказал… А сейчас вы какой-то другой… Колитесь, Миша!

– Должен признать вашу правоту!

– Я счастлива за вас!

– Спасибо, Фрида Марковна! – улыбнулся Бобров и поцеловал ей руку.

– И кто же эта счастливица?

– Одна прелестная женщина…

– Миша, знаете что? В субботу у меня день рождения, пятьдесят пять, пенсионный возраст… Приходите вместе с вашей девушкой, а? У меня соберется теплая компания, из наших, кроме вас, я никого не зову. Народу будет немного, человек двенадцать… Приходите, Миша.

– В субботу? А в котором часу?

– В семь!

– Ну что ж, я с удовольствием…

– Вот хорошо! А как зовут вашу девушку?

– Марта. Ее зовут Марта.

– Мишенька, вы с таким наслаждением это произнесли. Как это чудесно. Я сгораю от нетерпения. Она красивая? Хотя, что за глупости я спрашиваю! Для вас она наверняка самая красивая, да?

– Да. Но не только для меня… Вот, посмотрите. – И он протянул ей свой телефон.

– О, какое чудное лицо!

– Фрида Марковна, а можно один вопрос?

– Конечно!

– Что вам подарить?

– Ну, Миша, я не знаю…

– Может что-то из бытовой техники? Чайник или кофеварку…

Фрида Марковна с интересом на него взглянула.

– Знаете, у меня сломалась электромясорубка, а мой муж обожает котлеты…

Бобров просиял.

– Прекрасно! Есть какие-то предпочтения по фирмам?

– Нет! Я в этом ничего не смыслю.

– Мясорубку я вам выберу самую лучшую!

– Только не покупайте безумно дорогую, что-нибудь попроще, чтобы я с ней справлялась…

– Договорились! А где будет торжество?

– Неподалеку от нашего дома есть очень славный ресторанчик, почти уже домашний, там и соберемся. А вам не нужно спросить вашу девушку?

– Жену, Фрида Марковна, уже жену.

– О!

– Нет, не нужно!

– Куда иголка, туда и нитка? – улыбнулась Фрида Марковна.

– Пока да! Только одна просьба… Марта ничего не знает об истории с Гаврюшиной.