Раунд 2. Ты будешь моим - Кэти Эванс

– Надо, чтобы тебя осмотрел врач. – Он открыл минералку, передал ее мне и повернулся к команде, сидевшей в передней части самолета.

– Пит, надо, чтобы кто-нибудь осмотрел Брук, и чем скорее, тем лучше!

– Хорошо, сэр! – ответил Пит. – Я вызову врача, как только мы приземлимся.

– И пусть это будет женщина, с хорошей репутацией, а не какой-нибудь дилетант, – добавил Реми.

– Не хочу, чтобы кто-нибудь меня осматривал, – запротестовала я.

Было заметно, что Реми заводится все сильнее, и я пробежалась пальцами по его шелковистым черным волосам, чтобы его утихомирить. Он шумно выдохнул через нос, и, увидев, что он успокаивается, я зарылась носом в его шею. Я не понимала, почему так происходит, но только в его объятиях тошнота отступала, я сразу почувствовала себя вполне нормально и с упоением втянула в себя его запах.

– На тебя все смотрят, – хрипло прошептал он, уткнувшись в мои волосы, а потом обвил меня руками и пересадил себе на колени. Я тихо застонала в знак благодарности – рядом с ним я чувствовала себя в полной безопасности.

Он опустил голову, чтобы понюхать мою шею, словно его тоже успокаивал мой запах, а потом добрался губами до уха и тихо и нежно, но в то же время твердо произнес:

– Если эти скорпионы причинили тебе серьезный вред, клянусь, я убью этого ублюдка и насажу его голову на пику!

– Почему бы для начала ей не сделать тест на беременность? – спросила Диана.

Ремингтон свирепо посмотрел на нее своими черными глазами. Я не могла не заметить, что они совсем утратили свой блеск, – он явно запаниковал не на шутку.

– Да не беременная я. Это просто невозможно, – продолжала настаивать я. – Эта хитрая штука у меня в руке просто не позволит этому случиться.

Очень медленно он окинул меня взглядом – сверху вниз, от макушки с конским хвостом, по груди под майкой без рукавов, узким розовым джинсам, а потом снизу вверх, с ног до головы, но по выражению его лица по-прежнему ничего нельзя было понять.

– Что? Ты мне не веришь? – спросила я, но прежде, чем он сумел ответить, добавила: – Реми, слишком рискованно заводить ребенка прямо сейчас.

Он нахмурился.

– Ты думаешь, я этого боюсь?

– Я сама боюсь, милый. До ужаса боюсь.

Он потрепал меня по щеке и усмехнулся.

– Я согласен, если он будет похож на тебя.

– А не на что соглашаться!

Он смотрел на меня несколько мгновений, и, клянусь, в глазах его промелькнуло нечто странное.

– Вижу, ты вполне доволен, – обвиняющим голосом произнесла я, отказываясь верить увиденному.

Он поднял одну черную бровь.

– Похоже, ты не слишком расстроен. И даже горд собой, что тебе удалось заделать мне ребенка, несмотря на то, что контрацепция, которую я использую, делает это практически невозможным.

Он рассмеялся своим глубоким, гортанным смехом, от которого по телу побежали мурашки и все волоски у меня на руках встали дыбом, а потом целомудренно поцеловал меня в губы, и в этом поцелуе не было вожделения – казалось, он просто хотел подчеркнуть глубокую связь между нами, – а потом принялся изучать меня своими поразительными черными глазами, которые теперь излучали яркий свет.

– Лучше бы ты была беременна от меня, чем отравлена скорпионьим ядом, – тихо прошептал – вернее, прорычал он.

– Уверена, что дело тут ни в том, ни в другом, – уверила его я.

А в самом деле, почему меня уже две недели мучают приступы тошноты?

Вот черт!

Меня это порядком задолбало.

Он осторожно прижал меня к твердой груди и погладил по спине, а потом негромко произнес, и в голосе его звучала тревога:

– Когда окажемся в гостинице, я тут же уложу тебя в кровать и не выпущу оттуда. Мне все равно, отчего ты чувствуешь себя плохо. Ты будешь лежать в постели, пока кто-нибудь не осмотрит тебя и не скажет мне, что с тобой все в порядке.

– Ха! Я не собираюсь весь день валяться, даже если мне будет дерьмово. Я еще ни разу не пропускала работу.

Он снова скромно поцеловал меня в ухо, что мне начинало даже нравиться.

– Значит, ты вела неправильный образ жизни.

♥ ♥ ♥

Но я не только пропустила работу, отчего изрядно нервничала, – мне пришлось сделать тест на беременность и пописать на палочку.

Пит на следующий день назначил мне встречу с опытным врачом-гинекологом, и Ремингтон проявлял нетерпение по этому поводу. Он даже простил Питу, что тот не нашел доктора женского пола, видимо, желание поскорее узнать правду пересилило. Конечно, в маниакальном состоянии он не умел ждать. Я тысячу раз говорила ему, что я не беременна, но чем больше я это твердила, тем более нетерпеливым он становился. Похоже, его больше волновали результаты теста, чем меня саму.

Когда я вышла из ванной комнаты, одетая в его черную футболку, он боксировал с тенью в гостиной.

Я наблюдала за ним, стоя на пороге, любуясь его движениями. Он точно рассчитывал удары, и, несмотря на внешнюю расслабленность, я знала, что каждый удар сравним по силе с бульдозером.

Я стояла, прислонившись к дверному косяку, и наблюдала за этим импровизированным боем, и спортсмен во мне не мог не восхищаться его совершенством, как спортсмена. За всю свою жизнь я повидала немало атлетов. Но никогда раньше не встречала такого, как он. Его поразительная скорость. Ловкость и жизненная сила. Его грация, когда он уворачивался от ударов и наносил их сам. Казалось, все это дано ему от природы, настолько естественны были его движения, и он все делал интуитивно, но я-то знала по его тренировкам и боям, которые мне приходилось видеть, что он руководствуется не только инстинктами, но и головой.

Внезапно я подумала о своих родителях. Они знали, что я отправилась в турне по городам, где проходил чемпионат, но понятия не имели, насколько крепко связана с человеком, нанявшим меня. В тот день, когда я уехала из Сиэтла, меня больше всего беспокоило, примет ли Ремингтон меня обратно или нет. Я даже не потрудилась сказать родителям, что влюблена в этого мужчину. Что я встретила мужчину – того самого, единственного, которого не надеялась найти. Того, кто заставил меня страдать сильнее, чем можно было вообще представить. Я знала, что родители считают меня надежным и уравновешенным человеком. За многие годы они успели понять, что я самая ответственная из их детей. Но если результат теста окажется положительным… О боже, что тогда они обо мне будут думать? Как я смогу объяснить свое безрассудство?

Господи, а что, если я на самом деле забеременела? И маленькое существо по фамилии Тейт войдет в мою жизнь, как вошел в нее Ремингтон, и вся она будет подчинена ему. И этот малыш скажет мне:

– Знаешь, может, ты пока не понимаешь, нужен ли я тебе, хочешь ли ты, чтобы я появился на свет, будешь ли ты любить меня, но ничего не попишешь, я уже здесь.