Проклятие Дерика - Мэри Дженис Дэвидсон

– Почему ты об этом спрашиваешь?

– Не знаю… доктор Каммингс что-то такое сказал. Точнее, твоя реакция на то, что он сказал. Она меня заинтересовала.

– Ну, она погибла. Дурацкий несчастный случай. И она сама была виновата – нужно смотреть куда идешь. Особенно когда переходишь улицу.

– Вот как. Сочувствую.

– Понимаешь, это было неправильно по ряду причин.

– Да. Ладно. Сочувствую, – повторил он.

– Спасибо. А твои родители?

– Они погибли, помогая Майклу стать вожаком Стаи.

– Вот как. Ну а моя мама попала под мусоровоз. – Молчание. – Это не смешно, Дерик.

– Я не смеюсь.

– Ты большой враль.

– Я на самом деле очень сочувствую, – сказал он совершенно искренне. – Я никак не… не ожидал этого.

– Город выплатил компенсацию, и это было по-настоящему странно. То есть я не подавала иск, вообще ничего не делала, они просто выдали мне крупный чек. Как раз вовремя, – мрачно добавила она, – чтобы я могла заплатить за два первые года учебы в колледже.

– Вот как.

– Да, как будто живешь в «Обезьяньей лапе». Мне так хотелось, чтобы у меня были деньги на учебу в колледже… ррраз – и мама мертва, а город платит за обучение.

Настало долгое молчание.

– Жуть какая.

– Не говори… – Она вздохнула.

Позже Сара заснула. Ее маленькая рука угнездилась у него на груди. Дерику было не до сна, он старался не обращать внимания на угрызения совести.

Господи, как же это было хорошо!

Господи, какой же я козел!

Но это было так хорошо!

И ты за это заплатишь, придурок. Интересно, что ты ей скажешь? И когда? Кретин.

Как же хорошо! Так бывает только раз в жизни. А ее бедная мама! Рад, что она мне сказала. Представить только, что человек живет и…

Не расслабляйся. Кретин.

И господи, ее запах, ощущение ее, как она вела себя, как стонала и корчилась, как…

Какой же ты кретин. Ты ведь не сказал ей, что это вовсе не обязательно. Ты просто не хотел еще одной бессонной ночи.

Ладно, посмотри на это с другой точки зрения. Вот она возьмет и разрушит мир, и мне вообще не придется объяснять, что эта ночь была совершенно необязательной.

Мило, язвительно проговорил его внутренний голос — голос Майкла. – Пусть миллиарды погибнут, лишь бы тебе не пришлось расхлебывать кашу. Ты садист, парень.

Дерик повернулся и увидел, что Сара сидит на краю кровати.

– Еще не взорвала мир? – пробормотал он, потирая лицо рукой.

– Хватит меня об этом спрашивать. Отвечаю: нет. – Она глотнула кофе и усмехнулась. – Тебе пора вставать.

– О боже…

– Уже десять часов! Уверена, хорошие парни не прохлаждаются в постели, давая плохим парням кучу времени, чтобы составить план действий.

– Хм-м… можно мне глоток твоего кофе?

– Только коснись моей чашки – убью. У Джона на кухне целый кофейник. И потом, я положила себе уйму сахара, а ты этого не любишь.

Он зевнул:

– Откуда ты знаешь?

– Вот тупой! Я наблюдательная. Восстань и воссияй.

– М-м-м… Иди сюда.

Она отодвинулась.

– Ничего подобного. Пора идти.

Она снова улыбнулась ему, и Дерик подумал: будь он киногероем, наверняка бы сейчас мысленно сказал, что солнце освещает ее так, будто она сияющая богиня, но он не киногерой, а потому можно ограничиться тем, что она выглядит просто классно. На ней была футболка с квадратным вырезом, открывавшим заманчивую щель между грудями, а когда она улыбалась, глаза ее озарялись и походили на воду в глубоком бассейне в жаркий летний день.

– Не жульничай в карты, и тогда, возможно, мы останемся до обеда.

– Договорились, – сказал он и соскочил с кровати.

Сара чуть не пролила кофе.

– Господи! Ты сначала предупреждай, а потом прыгай.

– Погоди, вот выпью кофе, тогда еще кое-что увидишь. – Он зевнул и собрался было почесать зад, но вовремя вспомнил, что в комнате находится та, на кого он хочет произвести впечатление. – Хорошо спала?

– После того как ты измучил меня вечером? Я еще удивляюсь, что не впала в кому.

– Ой! – Он намотал на палец ее рыжие волосы. – Какие красивые! – Дерик отпустил прядь, и волосы попали ей в глаза.

– Ай!

– Ой, черт, прости.

– Как образчик нежного мгновения, – сообщила она, – это оставляет желать много лучшего. Иди прими душ.

– Пойдем со мной, – предложил он.

– Еще чего! – фыркнула Сара. – И поспеши, не то кофе не достанется.

Они уже кончали завтракать, когда Джон, щелкнув пальцами, встал из-за стола:

– Забыл. – Он ненадолго вышел из комнаты и вернулся, держа в руках глянцевый журнал. – Купил для тебя, когда выходил, – сказал Джон и бросил журнал Дерику.

– Ах, вот спасибо, дружище! Я его ждал. – И к полному и совершенному изумлению Сары, начал перелистывать свежий номер «Хорошей кулинарии». – Сам не знаю, зачем я подписался на него – ждешь не дождешься, когда придет по почте. В результате покупаю его в киоске. А лишние номера всегда можно продать через Интернет.

– Зачем он тебе? – удивилась Сара.

– Если вы собираетесь быть с Дериком, – пояснил Джон, – вам придется всерьез заняться кулинарией.

– Что? Правда? – Она посмотрела на крупного крепкого блондина, сидящего напротив. – Ты большой фанат домашнего хозяйства, да?

– Нет, – снова ответил Джон, потому что Дерик погрузился в статью о кинзе. – Но он большой фанат кулинарии.

– Я читаю это только ради интереса, – сказал Дерик, защищаясь.

– Вы заметили его рубашку? – улыбнулся Джон.

Ну конечно, черная рубашка с белой надписью: «Свободу Марте».

– Вряд ли я могла это не заметить, но я решила, что это ваши волкодлачьи дела.

Джон фыркнул:

– Это не так, к нашему бесконечному облегчению.

– Ну, знаете, – покачала головой Сара. – Пожалуй, из того, что я слышала за последнюю неделю, это самое поразительное.

Дерик захлопнул журнал.

– Не могу сосредоточиться, когда вы тараторите, как обезьяны.