Звезда второго плана - Георгий Ланской

Так-то вот! Никакого филе дикого сибаса с мини-артишоками «Виоле». Никакого зеленого салата с камчатским крабом и черной икрой. Никакого шампанского «Дом Периньон»…

А вкусно так, что в животе стало горячо и приятно!

Где-то на последних страницах журнала Инна углядела себя. Вот они с Евгением на какой-то тусовке, она даже не помнила где. Последняя неделя была такой заполошной, что в голове все перемешалось. Разве что по наряду определить…

«…Бывшая жена олигарха Боталова рядом с олимпийским чемпионом смотрелась блекло, несмотря на дорогой наряд. Ирина Боталова смотрела на Романенко влюбленными глазами обожающей женщины. «Я считаю, что наша любовь – это лучшее, что произошло за последние сто лет, – пафосно заявила спутница Евгения…»

Дальше читать было невозможно. От ехидного тона журналистки – Инна специально посмотрела на подпись – Анастасии Цирулюк сводило скулы. Мало того, что она несколько раз подчеркнула, что Инна – всего лишь спутница Евгения, так еще и назвала ее Ириной. Да и процитированная фраза была совершенно не в ее стиле – Инна была уверена, что ничего подобного не говорила.

…Спутница Евгения…

Инна стиснула зубы. Ну что же, она заставит их всех прикусить языки и говорить о ней как о полноценной личности!

А для этого надо запустить Диму Белова на такую орбиту, с которой его не собьют даже хваленые Америкой крылатые ракеты.

Человек, сидевший напротив, показался Инне неприятным. Он все время улыбался тонкими бесцветными губами, но глаза оставались холодными и неподвижными, как у змеи. Рядом с ним было неуютно и немного страшно.

Представился он Иваном Ивановичем, улыбаясь при этом так, что она сразу поняла: имя – фикция чистой воды, и расспрашивать, как его зовут на самом деле, – не стоит. Да и не хотелось. Инне важен был результат.

– Ты ненормальная? – вопил Евгений, когда она попросила найти ей человека, способного решить маленькую проблему. – Соображаешь, с кем связываешься?

– Ну, а что я, по-твоему, должна делать? – ощетинилась Инна, не ожидавшая такого отпора.

– Не знаю. Поговорить с этой девчонкой. Денег дать.

– Говорила я. Не хочет она денег. Хочет Димку в свое личное пользование.

– Ну и пусть бы забирала!

– Ты в своем уме? Она же соплюшка еще, ей до восемнадцати три года. Не может он жениться, ни на ней, ни на ком-то еще. Это плохо для карьеры.

– Тебе что за дело до его карьеры? – фыркнул Евгений. – И вообще, до него?

Разговор шел странно, и оба это понимали.

Еще пару дней назад издергавшаяся Инна вскользь упомянула, что гуманные методы на юную шантажистку не действуют. Кто бы мог подумать, что девчонка окажется столь упрямой и непробиваемой!

Инна, которая была старше в два с половиной раза, спасовала перед соплячкой, повизгивавшей в трубку. Евгений похохатывал и между делом упомянул, что однажды у него был небольшой конфликт с руководителем сборной. За подмогой пришлось обращаться к неким серьезным людям, готовым решить все что угодно за определенную мзду…

Когда, исчерпав все доводы и мольбы, Инна обратилась к Евгению с требованием свести ее с нужными людьми, он неожиданно запаниковал.

– Знаешь, кто эти люди? – сердито сказал он, подвинув к себе чай. – Это же настоящие бандиты.

– А мне и нужны настоящие бандиты, – огрызнулась она и села напротив, воинственно закинув ногу на ногу. Под светом ярких лампочек ножки с хрупкими коленками казались трогательными. – Мне надо знать, кто она, что из себя представляет и не слила ли компромат подружкам.

– Вряд ли, – задумчиво сказал Евгений и положил ладонь ей на ногу. Инна никак не отреагировала на прикосновение, только ноздри раздула – она была слишком зла, чтобы помириться так быстро.

– Почему?

– Потому. Кто она, по-твоему? Если бы она кому-то сказала, видео наверняка уже просочилось бы в Интернет. Она же девчонка еще, какие могут быть секреты у девчонок? Подружки бы тут же все выболтали.

– Жень, но что делать? Ты же слышал, как она со мной разговаривала. Чего я только не предлагала: и билеты, и деньги, и стать главой фан-клуба, даже оплаченный тур в Европу. Она уперлась как баран. Последний раз заявила – когда я выйду за него замуж, у меня все и без вас будет. Видишь, добром не выходит. Да и противно, что какая-то соплюшка вот так вертит нами!

Она замолчала, от возмущения пересохло в горле. Схватила с барной стойки, за которой они сидели, остывший чай Евгения и сделала пару шумных глотков. Он посмотрел на нее сочувственно, а потом, снова погладив по коленке, сказал мягче:

– Я все понимаю.

– Ничего ты не понимаешь.

– Понимаю. Просто не хочу, чтобы ты… вляпалась в какую-нибудь историю. Это же такие люди, им палец покажешь, они всю руку откусят по самый локоть. И будут с тебя мзду собирать до конца дней.

– А я рада дать кое-кому мзды, – раздраженно сказала Инна. – Такой мзды, чтобы вверх тормашками перекувырнулись и еще потом семь верст с гаком летели кубарем!

– Димке надо соображать, куда он сует свой… – поморщился Евгений.

– Да что он там соображает, – отмахнулась Инна, вспомнив беспомощный взгляд шоколадных глаз подопечного. – Он же как телок.

Евгений задумался, а потом нехотя сказал:

На следующий день Инна встретилась с Иваном Ивановичем, неприметным лысеющим типом лет сорока, в мятом сером пиджаке и грязных башмаках. Предосторожности, с которыми тот назначал встречу, показались ей смешными, но она снова почуяла, как в желудке извивается потревоженная кобра. Он подсел к ней в машину и с улыбочкой выслушал ее требования: собрать все, что есть на девочку и ее папу, и, если можно, выкрасть запись. Иван Иванович покивал и неуклюже выкатился из Инниного «Лексуса».

Спустя четыре дня он позвонил и назначил встречу в ресторане. Это показалось Инне излишним. Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь увидел их вместе, но Ивана Ивановича это не заботило. В ресторане он небрежно заказал коньяк и какую-то закуску. Инна пила минеральную воду, ничуть не сомневаясь, что оплачивать счет Ивана Ивановича придется ей.

– Дельце, собственно, было пустяковое, – миролюбиво сообщил он, отхлебнув из бокала коньяк.

– Она действительно дочь начальника УВД? – спросила Инна.

Человек со змеиными глазами скривился и кивнул:

– Ну, дочь. Но это совершенно не повлияло на ход дела. Все прошло без шума и пыли.

Он помолчал и выразительно потер большим пальцем об указательный. Она поняла намек и вынула из кожаного нутра сумки плотный конверт. Иван Иванович подвинул к ней потрепанный ноутбук, обклеенный дешевыми фенечками, и мобильный телефон.