Неслучайное совпадение - Рокси Рэй

— Пожалуйста и спасибо.

С этими словами она снова обращает внимание на ассасина, пока мой брат разбирается с растерянными, взвинченными перевёртышами, готовыми броситься в драку. Энергия вокруг кажется несочетаемой, но я не позволяю ей отвлечь меня, пока Черри продолжает:

— Ты знаешь ещё кого-нибудь, кто взялся за контракт?

— Не наверняка, но слышал, как несколько человек это обдумывали. Поэтому я и поторопился. Решил, что смогу опередить тусовщика.

— Понимаю, но сейчас, думаю, тебе лучше получить помощь. Полагаю, у тебя может начаться шок. Так что, когда тебя осмотрят, скорее всего, отправят на оформление. Мы обсудим залог, когда у нас будет более твёрдая почва под ногами, но мне, вероятно, придётся прийти и задать тебе ещё вопросы.

— Понимаю.

— Ладно, пока мне этого достаточно, — кивает Черри.

Она встаёт и подходит ко мне с невероятно серьёзным выражением на красивом лице.

— Можно поговорить с вами где-нибудь чуть более уединённо? Я не привыкла быть окружённой таким количеством людей с перевёртышеским слухом.

— Моя комната звукоизолирована, — небрежно говорит Джексон, поднимаясь на ноги и направляясь к бару у стены (он и диван, на котором сидел Джексон, — единственные вещи, которые не разнесли).

Ещё одна вещь, которую мне не нужно было знать о младшем брате.

— Спасибо, — говорю я. Понятия не имею, что на меня находит, но вместо того чтобы просто пойти впереди, я предлагаю Черри руку, словно сопровождаю знатную леди или даже выступаю её охранником. — Сюда.

К моему удивлению, она вкладывает ладонь в мою, и я чувствую, как через меня снова проходит тот же тлеющий поток энергии. Она опять меня читает? Или я просто ощущаю саму ауру её присутствия?

Так много вопросов. Как бы это ни сбивало с толку, меня это завораживает. Кто бы мог подумать, что есть часть магического мира, от которой я настолько оторван?

Когда мы оказываемся в спальне брата, я закрываю дверь. Однако мы не начинаем говорить сразу. Если Черри хочет уединения, я прослежу, чтобы она его получила. Я иду в примыкающую ванную и включаю душ на полную мощность.

— Пока этого должно хватить, — говорю, стараясь не думать о том, что, возможно, десятки разных проходимцев пытаются выследить моего брата ради прибыли. Мысль не особенно утешительная. — Что вы хотели сказать?

— Так вот, эта награда совсем свежая.

— Да, я слышал, как ассасин это сказал.

К чему она клонит?

— Значит, тот, кто испортил балку, сделал это до того, как появилась награда. Тот, кто устроил эту ловушку, пытался действовать более лично. Настоящий вопрос в том, сделал ли он это после того, что случилось с вашим отцом и Лютером? Или до? Одновременно? Почему выбрать такой, казалось бы, банальный метод, если убийство вашего альфы и его наследника было устроено так безумно и на полную катушку?

— Я… — все эти вопросы хорошие. И ни на один у меня нет ответа. — Как нам это выяснить?

— Я не совсем уверена. Я спрашиваю судьбы, но они… молчат как рыбы на этот счёт. Или, возможно, я просто исчерпала свои способности на сегодня.

Справедливо. Мы приехали в особняк около трёх часов назад, что, по сути, не так уж долго, но в то же время кажется довольно продолжительным временем для того, чтобы считывать столько людей и общаться с экстрасенсорной энергией, которую больше никто не видит.

— Знаете что, — бормочу я, несколько неохотно отпуская её, но дар вроде её, вероятно, требует особой заботы для восстановления. — Как насчёт того, чтобы один из наших водителей отвёз вас домой и забрал ужин откуда захотите, пока мы с Крисом перевезём Джексона в безопасное место? Полагаю, чем дальше вы сегодня ночью будете от нас, тем лучше для вашей собственной безопасности.

— Но⁠…

Я поднимаю палец, потрясённый тем, что это действительно заставляет её замолчать.

— Как только мой брат окажется в безопасности, я обзвоню все контакты моей семьи, чтобы мы выяснили, кто назначил эту награду. И если после полноценной ночи отдыха у вас появятся какие-нибудь озарения, они будут весьма кстати.

— Я… вообще-то, да. Это хорошая идея.

Несмотря на ситуацию, я улыбаюсь. Есть что-то в том, как странная женщина передо мной может бешено метаться между пугающей, загадочной и легкомысленной, что мне нравится, вероятно, сильнее, чем следовало бы. В ней мало чего было от покоя или безмятежности, но она уже показала талант брать всё под контроль, когда возникала необходимость.

— Тем временем, если вы пришлёте мне на почту ваш per diem42, я прослежу, чтобы вам должным образом платили, пока вы работаете над этим делом для моей семьи.

— Per die⁠… О, мне не нужны ваши деньги. Я делаю это потому, что хочу понять, что происходит. Хочу остановить того, кто это делает, чтобы он больше никому не навредил. Я вижу все эти нити, но они все отдельные, и мне нужно знать, что связывает их вместе.

Она готова делать это бесплатно? Это многое говорит о её характере.

— Я ценю это, но вынужден настоять. Вот, дайте мне ваш телефон. Я введу свой личный номер, чтобы вы могли связаться со мной напрямую.

— О-окей. Если вы уверены.

— Уверен, — во мне снова поднимается то же нежелание отпускать её, но для неё так действительно будет лучше. — А теперь позвольте мне вызвать для вас водителя.

— Раз уж вы упомянули, кажется, я и правда немного голодна.

— Так и думал, — я улыбаюсь ей, и впервые это не ощущается так, будто я надеваю приятную маску ради дипломатичности. — И спасибо.

— За что? — спрашивает она так, словно не является самым невероятным человеком, которого я когда-либо встречал.

— За всё.

Я имею это в виду каждой клеткой своего существа.

Между тем как наша охрана развязывает ассасина и везёт его к целителю, а потом собирает нашего младшего брата, уладить всё занимает больше времени, чем мне хотелось бы. К счастью, к тому моменту Черри уже увозят, и я надеюсь, что она получит весь отдых, которого заслуживает.

Когда мы везём Джексона в безопасное место, Крис издаёт по-настоящему тяжёлый вздох. Он выглядит таким измотанным, таким обнажённо-ранимым, что это почти пугает.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

— Нет, Пол, не в порядке, — резко отвечает он, но в его словах нет жара, нет той привычной колкости, к которой я так привык.

— Хочешь поговорить об этом?

— Поговорить о⁠… — он издаёт раздражённый звук. — О чём тут говорить? Наших брата и отца жестоко убил кто-то без экстрасенсорного следа, что бы это, мать его, ни значило, а