Леди и Орк - Финли Фенн

— С вами ли лорд Норр? — прорычал голос Гримарра позади Джул. — Хватит ли у этого слабого глупца духу встретиться со мной?

Никто из людей не ответил — сомнительно, чтобы кто-то вообще успел добраться до Астина и сообщить ему о пленении Джул, — и в тусклом свете она видела, как капитан переглядывается с лейтенантами. Отдает приказы: «вы туда, мы сюда», но сердце Джул грохотало в ушах, тело судорожно подергивалось, прижатое к груди Гримарра. Это невозможно. Люди не победят. Хорошие, благородные люди превратятся в трупы из-за неё.

— В горе прячется еще больше орков! — крикнул голос, и Джул слишком поздно поняла, что это был её собственный. Все орки разом повернулись к ней, вокруг поднялось рычание и ворчание, а тело Гримарра за её спиной внезапно, странно напряглось, его рука стальным кольцом сжала её талию.

На жуткое мгновение повисла тишина, во время которой рычание орков вокруг стало еще громче; Джул зажмурилась, ожидая расправы Гримарра, но её не последовало. Лишь резкий подъем и спад его груди о её спину, да взмах огромного, ужасающего ятагана в его свободной руке.

— В горе прячется еще больше орков, — прокричал его глубокий голос, повторяя слова Джул, словно подтверждая их. — Побежите ли вы в страхе? Окажетесь ли такими же слабыми, как ваш лорд-глупец? Или останетесь и будете сражаться?

Орки снова закричали, их внимание полностью переключилось на людей, которые теперь тихо совещались между собой. Некоторые из них настороженно поглядывали на отряд орков, на зазубренные, неровные скалы горы.

— Мы принимаем бой! — крикнул капитан, скорее своим людям, чем Гримарру, и Джул открыла рот, чтобы снова закричать, сказать: «Нет, не надо, это не выход, бегите», — но внезапно огромная рука Гримарра жестко зажала ей рот, запрокидывая голову назад, прижимая к своему плечу.

— Предашь меня еще раз — и тебе не жить, женщина, — выдохнул он, горячо и смертоносно прямо ей в ухо. — Ты поняла?

Его рука давила всё сильнее, грозя сломать ей челюсть или шею; Джул задыхалась под ней, пытаясь соображать. Она должна что-то сделать, что-то еще, какой-то намек или предупреждение…

Тело Гримарра внезапно пришло в движение, утаскивая её за собой, и сильным, гневным рывком он почти швырнул её обратно в проем, из которого они вышли.

— Бальдр, следи за ней! — рявкнул он через плечо. — Держи её внутри. Свяжи, если понадобится.

Он зашагал прочь, не оглядываясь, и вот уже Бальдр навис над Джул, его зеленоватое лицо казалось суровым и неодобрительным в лунном свете.

— Идем, — сказал он. — Быстро, пока шальной меч не нашел тебя.

Ноги Джул заплетались, но она шла, хотя её глаза продолжали лихорадочно метаться, глядя назад. Люди собирались сражаться, они собирались умереть, Гримарр уже шагал во главе орков, поднимая огромный ятаган, из его горла вырвался леденящий кровь рев…

— Живо внутрь, — рявкнул Бальдр, более резко, чем когда-либо раньше; и Джул, пошатываясь, отступила в гору, в наступающую тьму. Чувствуя, как рука Бальдра сжала её локоть, утаскивая в тоннель, за один поворот, затем за другой, и еще один, пока… Джул моргнула… не появился свет.

Они оказались в огромной, похожей на пещеру комнате; свет исходил от огня, потрескивающего в массивном открытом очаге в дальнем конце. У огня стоял на коленях незнакомый орк, возможно, поддерживая пламя, а вокруг расположились еще несколько — может, десять или пятнадцать. Многие выглядели старше: со сгорбленными спинами и седыми волосами, и почти все с любопытством оборачивались на Джул и Бальдра.

Бальдр не обратил на них внимания и потащил Джул к ближайшему углу, вталкивая туда её всё еще дрожащее тело.

— Я бы предпочел не связывать тебя, — сказал он, возвышаясь между ней и остальной частью комнаты, скрестив руки на груди. — Но если ты сделаешь хоть одно движение, чтобы сбежать, я это сделаю.

Он по-настоящему зол на неё, поняла Джул, и сделала тяжелый, прерывистый вдох.

— Эти люди умрут, — сказала она срывающимся голосом. — Из-за меня.

— Нет, — возразил Бальдр, нахмурив черные брови. — Они умрут потому, что оказались достаточно глупы, чтобы напасть на нас на нашей собственной горе, имея всего сотню воинов.

Снова эта извращенная орочья логика; Джул вдавила ладони в глаза так сильно, что посыпались искры.

— Но разве ты не понимаешь, Бальдр, — сказала она. — Эти люди знают: если они откажутся преследовать меня, они потеряют свои должности, возможно, их бросят в тюрьму или обвинят в дезертирстве. А так, даже если они погибнут, их жены и дети могут получить жалкую пенсию и не оказаться в работном доме!

Бальдр молчал, а когда Джул опустила руки, он всё еще хмурился, склонив голову набок.

— Ты всё равно не имела права их предупреждать, — сказал он. — Гримарр — Капитан и твоя пара. Твой долг — поддерживать его.

— А его долг — угрожать мне смертью, если я этого не сделаю?! — выпалила Джул. — Говорить, что мне не жить, если я предам его снова?!

Её голос снова сорвался, а голова Бальдра склонилась еще ниже, он поджал губы.

— Он не имел в виду смерть от его собственной руки, — сказал он. — Он имел в виду смерть от рук одного из наших братьев, которую, скорее всего, списали бы на несчастный случай. Как ты думаешь, почему он велел мне увести тебя, женщина? Предательство — не шутка среди орков.

— Значит, Гримарр просто позволил бы им убить меня? — спросила Джул; её голос становился всё более пронзительным. — Я думала, он должен защищать меня!

Она не могла понять, почему это вообще имеет значение — она ведь должна думать только о мести, не так ли? — но это имело. Гримарр заявлял так много всего, говорил такие сладкие слова, они казались такими искренними… а теперь это?

— Капитан защитил тебя, — упрямо ответил Бальдр. — Ему было бы непросто охранять тебя в битве, которую он должен возглавлять, когда столько наших братьев охвачены жаждой крови. Поэтому он отослал тебя. Это было милосердием, учитывая твое предательство.

Да проклянут боги его, проклянут их всех; Джул снова закрыла глаза руками, тяжело дыша. Она слышала очень слабый лязг и крики из-за двери комнаты — без сомнения, орки убивали всех этих бедных людей, отрывали всех этих отцов от их невинных детей…

— Если бы ты действительно боялась за семьи людей, — произнес голос Бальдра, теперь уже тише, — ты бы не стала позорить свою пару, выкрикивая предупреждения на поле боя. Вместо этого ты поступила бы мудро и доказала бы, что достойна доверия своей пары. И тогда, когда бы