Леди и Орк - Финли Фенн

Оно брызгало на него, на кровать, на пол. И всё это время Гримарр продолжал смотреть; его жадные глаза были прикованы к ужасному, предательскому, всё еще сжимающемуся её лону, пока бьющее белое семя наконец не замедлилось до ровного, сочащегося потока.

К Джул, казалось, наконец вернулось присутствие духа, чтобы отстраниться от него: дрожащими руками она одернула юбки. А затем отвернулась и свернулась калачиком на кровати — дрожащее, ватное тело стремилось стать чем-то маленьким и безопасным. Она отомстит. Обязательно.

Но она всё еще чувствовала запах Гримарра, всё еще ощущала его: он по-прежнему стоял совсем рядом с кроватью.

— Что тебя тревожит, женщина? — спросил он, его голос снова стал гортанным, грубым и неприятным скрежетом резанув по ушам Джул. — Я не сделал ничего, чего бы ты не желала.

Джул вся содрогнулась и бросила на него из-за плеча вороватый, яростный взгляд.

— Серьезно, орк? — возмутилась она прежде, чем успела себя остановить. — Ты правда думаешь, что я бы захотела, чтобы ты и твои дружки пялились на меня и насмехались, как над… дешевым ярмарочным фокусом?!

Темные глаза Гримарра заморгали, глядя на неё, а его руки опустились туда, где — почему Джул это заметила, почему — его слишком большой, слишком мокрый член всё еще тяжело свисал из штанов.

— Я бы не стал над тобой насмехаться, — ответил он, заправляя себя обратно. — Я бы воздал тебе почести, женщина.

Горло Джул судорожно сжалось, и она поднялась на непослушные ноги, подальше от его громадной фигуры.

— Не стал бы, — парировала она. — Всё было точно так же, как прошлой ночью. Ты пытался обмануть меня, опозорить и использовать мою слабость к тебе как оружие!

Гримарр не двигался с места; его лицо скрылось в тенях, но Джул всё еще чувствовала этот наблюдающий взгляд.

— Это не оружие, — произнес его гортанный голос. — Ты моя пара. Это значит, что для тебя нет позора, если я показываю тебя обнаженной и присвоенной мной. Это значит, что тебе воздают почести. Тебя восхваляют. Тебя защищают.

Джул ни за что бы не поверила в эту чушь, и, возможно, Гримарр увидел это в её глазах, потому что сделал широкий, пугающий шаг к ней.

— Тогда пойми вот что, женщина, — сказал он. — У орков нет секретов. Ты ведь не думаешь, что мои братья не слышали, как мы спаривались? Или что этот запах не пропитал весь этот коридор? Я бы не показал им ничего такого, чего бы они и так не знали.

Джул отступила на шаг, чувствуя, как руки сжимаются в кулаки.

— Это не оправдание, орк, — прошипела она. — Видеть — это совершенно не то же самое, что слышать и чувствовать запах, и ты это знаешь!

Его лохматая голова склонилась; лунный свет из окна серебрил её контуры.

— Я этого не знаю, — медленно произнес он. — Для орков это почти одно и то же.

Его слова прозвучали почти искренне — достаточно, чтобы застрять в горле Джул вместе с готовым возражением, пока он делал еще один медленный, бесшумный шаг вперед.

— А показать свою прекрасную, страстную пару, — продолжил он, — находящуюся так глубоко в моей власти, переполненную моим семенем… — она почти физически ощутила медленный, содрогающийся жар его вздоха. — Об этой радости я мечтал всю свою жизнь.

Ох. Он… имел это в виду. Во рту Джул внезапно пересохло; она перевела дух, собираясь что-то сказать, — но в этот момент в комнату снова ворвался Бальдр, белки его глаз блестели в лунном свете.

— Капитан, — выдохнул он. — Они здесь.

Они. Сердце Джул внезапно екнуло и забилось вдвое быстрее, потому что он наверняка имел в виду преследователей. Главный полк Талфорда — сотня хороших воинов.

Они пришли за ней. Чтобы спасти её.

— Каковы будут приказы? — спросил Бальдр, многозначительно покосившись на Джул. — Нам затаиться, забаррикадировать проходы? Подождать, пока они уйдут?

Повисла секундная пауза, во время которой Гримарр смотрел на Джул; его глаза казались черными провалами на суровом, непроницаемом лице.

— Нет, — сказал он; слово сорвалось с его языка грубо и отрывисто. — Мы будем сражаться. И мы победим.

Глава 10

Всего несколько минут спустя Джул снова волокли по кромешно-темному тоннелю: цепь туго стягивала талию, а вокруг лязгали и орали орки.

— Не убивай этих людей из-за меня, — задыхаясь, проговорила она, натягивая цепь. — Пожалуйста, Гримарр.

Он не замедлил шага, лишь большие сильные пальцы сомкнулись на её предплечье, заставляя идти быстрее.

— Я ничего не делаю из-за тебя, — произнес его глубокий голос. — Эти люди нападают на наш дом. Мы будем его защищать.

Ноги Джул подкашивались, и она мысленно проклинала ублюдка с его прозрачной орочьей ложью. Если это действительно не из-за неё, почему он не оставил её в той комнате с утешительным клочком лунного света? Зачем он тащит её через кажущиеся бесконечными черные коридоры вместе с этой оглушительной толпой вооруженных, орущих орков?

— Половина из вас останется в горе и будет ждать! — крикнул Гримарр; на этот раз громче, перекрывая остальной шум. — Не выходить до моего приказа!

Раздались утвердительные возгласы, резкий лязг оружия и подавляющий звук дробящегося камня. И внезапно — снова свежий воздух и лунный свет: половина отряда Гримарра, около двадцати орков, высыпала на небольшой скалистый выступ у подножия горы.

— Вот они! — раздался крик снизу, и когда Джул обернулась, то увидела Талфордский полк — сотню воинов. Красивых, статных мужчин с гладкой кожей в настоящей одежде и доспехах, с настоящими мечами и длинными луками. Некоторых она узнала даже в лунном свете: Джул несколько раз приглашала капитана полка на ужин и иногда выезжала посмотреть на учения. Один только вид этих людей, стоящих там, захватывал дух и пьянил: мир, оказывается, еще не до конца поглощен орками.

— У них леди Норр! — крикнул один из лейтенантов, и, разумеется, именно поэтому Гримарр вытащил Джул сюда. Чтобы показать её, сделать заявление; она вздрогнула, когда его сильная рука обвилась вокруг её талии, рывком прижимая к нему.

— У меня новая пара! — прокричал в ответ его голос — глубокий, раскатистый, властный. — Я пометил её и заявил на неё права. Она родит мне множество сильных сыновей-орков!

Орки вокруг закричали: видимо, они всегда так делали, когда говорил Гримарр. Джул закрыла глаза, пытаясь отгородиться от шума и от дезориентирующего ощущения этой твердой груди, вздымающейся и опускающейся у её спины. Эти люди — её союзники. Они пришли её спасти. Но ведь у них нет ни единого шанса, не так ли? Не с одним полком против всех этих