Измена. Вернуть жену - Анна Гур

это не та женщина, с которой такой сноб, как Юсупов, будет спать.

Раньше мне казалось, что он человек чести и не мешает личные и профессиональные отношения.

Что у него есть принципы. Но любовница - воровка Константиновская —доказала обратное.

— На сегодня это все твои требования? - спрашивает иронично.

— Нет, - отвечаю твердо.

— Для моей новоиспеченной жены у тебя слишком много требований, не находишь? —вновь ирония, а я лишь качаю головой отрицательно.

— Нет, дорогой мой муж, всего лишь обсуждение сделки, на которую я иду, чтобы вынужденно перетерпеть тебя в своей жизни. Временно, конечно.

Вновь что-то в его глазах будто вспыхивает. Опасное. Яркое. Но я прогоняю страх, от которого у меня холодные мурашки по спине бегут.

— Итак. Я слушаю.

А я сжимаю руки в кулаки и произношу:

— Меня поселили в одной с тобой спальне, Игнат, но я скорее тебе горло перегрызу, чем лягу с тобой в одну постель!

После моей паузы воцаряется тишина. Воздух между нами можно ножом резать, напряжение зависает, и кажется, что сейчас Юсупов просто взорвется, набросится, скинет все со стола и опрокинет меня на него...

Не могу сказать, откуда берутся эти чертовы мысли, но ощущение именно такое, что прямо сейчас, в эту самую секунду, мы пройдем точку невозврата.

Игнат сжимает зубы, смотрит на меня так, что душа в пятки уходит, а я. я начинаю бояться того, что перешагнула какую-то грянь, зашла на тонкий лед, и вот прямо сейчас я погибну, утону, упаду, и вода сомкнется над моей головой...

Мы смотрим друг другу в глаза. Может, мгновение, а возможно, и вечность и там, в глубине двух немигающих янтарей, кажется, что пламя загорается, муж сжимает зубы, и на его щеках желваки акцентируются.

А у меня, кроме страха, в крови пробуждается кое-что еще, то самое, чего быть не должно, что я запретила себе испытывать по отношению к этому безжалостному предателю.

Но все же сладкое томление распространяется от живота по всему телу, и я на инстинктах, желая проявить свою силу, расправляю плечи и вскидываю подбородок. Кажется, что я сама сейчас готова наброситься на Юсупова и растерзать его, уничтожить из-за боли и обиды, которая не угасает в моей душе.

Наконец спустя минуту молчания и словно путем неимоверных усилий Юсупов раздвигает свои губы в кривой ухмылке и выговаривает с расстановкой.

— Моя жена спит в супружеской спальне. И точка.

Послаблений не будет. Назад дороги нет. Это я четко понимаю, но хочу открыть рот, чтобы возразить, чтобы вновь заявить, что не буду делить с ним постель, потому что в душе понимаю, что просто не смогу!

Это выше моих сил! Быть рядом с ним, спать рядом с ним, дышать одним воздухом, чувствовать его парфюм, возвращать себе проклятые воспоминания, которые травили меня все то время, когда я была вдали от него!

Ненависть! Я взращиваю ее в себе, так как только она способна загасить ту любовь, которая была у меня к этому мужчине, а сейчас Игнат будто намеренно решил продолжать причинять мне невыносимую боль, пытать своей близостью и воспоминаниями, которые все еще живут во мне, как я ни пыталась их вытравить.

— Не беспокойся, дорогая жена, я слишком много работаю и в спальне почти не появляюсь, часто предпочитаю спать в кабинете или бываю в разъездах и командировках.

Добивает меня Игнат, выстреливая каждым словом в мое сердце.

Глупая…

Я что, подумала, что он будет делить со мной одну спальню?!

Зачем ему это?!

Правильно. Не зачем.

Изначально наши отношения были фиктивными, и Юсупов перешел грань, скорее всего, только потому, что брак должен быть консумирован.

Глупая. глупая Юля... ничему жизнь тебя не учит.

Ты ведь имеешь дело со зверем, с беспринципным, жестоким бизнесменом, он привык подчинять себе, ломать, уничтожать, вырывать с корнем все, что мешает ему в достижении целей, и сейчас на его пути стоишь ты.

Все еще живая после его прошлого предательства, бунтующая и желающая воевать и защищать себя и то, что осталось от твоего разбитого сердца.

— Вот и отлично, дорогой муж, побольше тебе командировок и поменьше свободного времени, -

обнажаю губы в приторной улыбке и подмигиваю, намеренно флиртую, желая его уколоть, продемонстрировать, что он для меня пройденный этап, что ничего не значит.

Только вот моя бравада вызывает какой-то странный эффект, Игнат сглатывает гулко, и его взгляд меняется, вновь становится полным желания. И мне кажется, что он сейчас набросится на меня вот так, как изголодавшийся зверь.

Я даже отсюда чувствую, как натягиваются его мышцы, как наливаются сталью и первобытным мужским желанием — подчинить.

Только вот вижу, как Юсупов берет себя в руки, моргает, и словно мне все померещилось.

Не может он испытывать ко мне такое лютое, алчное желания. Не может мужчина с таким каменным, холодным лицом и холодом в глазах испытывать хоть что-то.

Игнат просто робот, нацеленный на достижение своих целей.

Вот и все.

— Я жду от тебя дизайн-проект особняка. Со всеми зарисовками. Хочу четко знать, что именно и как будет, - Игнат выговаривает все скупо и четко, без эмоций, и я наконец-то его узнаю.

Действительно все померещилось.

Слишком сильна моя ненависть, не затухли чувства, не отпустили, но они полны отравы и наполнены желанием отомстить.

— Завтра с утра у тебя будет проект на руках, - отвечаю резко, ударяю наотмашь. -Надеюсь, сегодня у тебя еще есть встречи и в спальне я тебя не увижу.

Разворачиваюсь на каблуках и ухожу с лоджии, получаю в спину контрольный выстрел:

— Конечно. Дел полно.

Глава 8

Выхожу с лоджии, вдавливая каблуки в пол, иду к лестницам, но вдруг опять поскальзываюсь!

Миллиардер был прав: стоит воздержаться от подобных ходуль, учитывая, что я повредила при падении лодыжку. Но мне легче умереть, чем признать это. А ведь лодыжка, действительно, повреждена и не удерживает тело на каблуках, снимаю их резко и держу в руках, хочу подняться, как вдруг понимаю, что забыла на стуле клатч.

И в принципе забыла и забыла, завтра можно забрать, но почему-то мне не хочется ничего своего оставлять где бы то ни было в этом доме, чтобы Альбиночка дотрагивалась.

Поэтому я прихватываю туфли и разворачиваюсь, иду назад. Босые ноги двигаются беззвучно, и я думаю, что можно вполне себе прошмыгнуть незаметно и забрать свою вещь, е привлекая внимания Юсупова.

Только вот как подхожу к балкону, слышу его голос,