Расколотое королевство - Эрин Уатт

Когда-то были пикники на пляже, неожиданные путешествия, устроенные в последнюю минуту, мамины поездки в Париж, из которых она возвращалась, держа в руках множество оранжевых и черных коробок. Мы устраивали киномарафоны в комнате с домашним кинотеатром, ели попкорн и пили домашние молочные коктейли. Мама много готовила, и поэтому Сэнди, наша экономка, почти не появлялась в кухне. Я пытаюсь дотянуться до этих воспоминаний, но перед глазами не возникает ни одной четкой картинки, лишь отдаленные ощущения. В последнее время я могу воссоздать в памяти ту атмосферу, только хорошенько напившись.

Я нервно ерзаю в кресле. Мне очень нужно выпить. Смотрю на часы. Сойер в душе уже пять минут. Все еще доносится шум воды. У меня получится выскользнуть из комнаты, найти магазин подарков и вернуться так, чтобы он не заметил?

Я уже наполовину поднялся из кресла, когда душ выключается. Блин. Приходится сесть обратно.

– Себ, как только Сойер уйдет, я сбегаю за выпивкой. Чтобы когда ты очнешься, у нас было чем отпраздновать. – Я бью кулаком о кровать, но Себ не двигается. Я встаю и подбираю с пола свой рюкзак. – Сегодня я принес тебе немного порно, – достаю каталог самолетов. – AAV 510 запустили в производство. Двойной двигатель до – ты только послушай! – двухсот восьмидесяти пяти миль в час, и самолет может пролететь восемь с половиной тысяч морских миль без дозаправки, а это значит, что он перелетит из Нью-Йорка в Токио без остановки в Анкоридже. В отделке интерьера использованы замша и красное дерево, матовое, а не полированное, потому что последнее уже вышло из моды.

Сойер выходит из ванной в больничном костюме и сушит полотенцем волосы.

– Что, черт побери, ты ему там читаешь?

– Самолетное порно. – Я машу ему листами спецификации на новый элитный легкомоторный самолет, который «Атлантик Эвиэйшн» наконец-то собралась производить после десяти лет проектирования и испытаний. Я бы очень хотел оказаться в кресле пилота этой малышки. Это самый мощный частный самолет с самой большой дальностью полета по запасу топлива среди всех существующих легкомоторных аналогов. Он произведет революцию в области международных перелетов для определенной категории населения – тех, кто не может позволить себе потратить четверть миллиона на аренду частного самолета и в то же время не желает летать коммерческими рейсами. Список очередности заказов уже растянулся на пять лет. Именно на поставку этих самолетов папа сейчас и заключает сделку.

– Ску-у-учно. – Сойер морщит нос от отвращения. Это увлечение – единственное, что Себ не разделял со своим близнецом, зато разделял со мной.

«Не разделяет», быстро исправляюсь я. Он же не умер, черт побери! Он по-прежнему обожает самолеты.

– Докторский прикид тебе к лицу. – У меня такое ощущение, что я сейчас вижу будущее Сойера. Врач в семействе Ройалов? Почему бы и нет.

– Лучше тебе принести ему настоящее порно.

– Ну, не знаю. Вдруг у него встанет, когда я буду рассказывать ему, как Сара и Саша наслаждаются друг другом? Чувак не может сам себе подрочить, а я не собираюсь делать это за него.

Сойер на минуту задумывается, а потом спрашивает:

– А что еще ты ему читаешь?

Я толкаю брата.

– Ты кто? Дежурный врач?

– Он мой брат, – угрюмо скрестив руки на груди, говорит Сойер. В этой позе, да еще с выпяченной нижней губой и нахмуренными бровями, он выглядит лет на десять старше.

– Мой тоже, – напоминаю я ему.

– Но мы близнецы.

– И ты никогда не даешь нам забыть об этом. Иди и поешь чего-нибудь, иначе я буду сидеть на тебе, пока ты не начнешь умолять о пощаде.

– Ты больше не сможешь так делать.

– Хочешь проверить? – Я выгибаю бровь. В последнее время я посещал тренажерку и дрался куда чаще своих братьев. – За неделю, проведенную здесь, ты зачах. Я смогу удерживать тебя одной рукой, убрав вторую за спину.

Наверное, Сойер сейчас очень уязвим, потому что даже не спорит, а показывает мне средний палец и выходит из палаты.

Я снова усаживаюсь в кресло.

– Ты должен очнуться и спасти нас всех от Сойера. Он превращается в ворчливого старикашку. Так, ладно, на чем мы остановились? Я рассказывал про технические характеристики. Короче, эта детка вмещает в себя двадцать человек, там есть полноценный душ и уборная. Вот уж на чем, а на отделке мы сможем хорошо заработать. Еще я слышал, как папа что-то говорил о военном самолете-невидимке, который они начали испытывать. Развивает скорость пять махов. Конечно, он не такой быстрый, как «X-15»[7] «Норт Америкэн», но, по крайней мере, его не надо перевозить, как авиетку[8], и скидывать вниз, чтобы полетел. – Я листаю страницы.

У Себа даже веки не подрагивают.

– Ты такой же вредный, как Хартли. Я отправил ей уже дюжину сообщений, а она все молчит. Ты слышишь последние новости о самой крутой игрушке, которую сделал папа, и тоже игноришь меня. Может, хоть палец мне сожмешь? – Я беру Себа за руку. Может, она, наконец, прочитает мои чертовы сообщения?

Я закрываю лицо ладонью свободной руки от нахлынувшей на меня волны беспомощности. Нет, мне правда очень нужно выпить. Очень нужно. «Все будет хорошо», говорю я сам себе, делаю глубокий вдох, сажусь, выпрямив спину, и снова начинаю читать.

Хартли

Мой второй день в школе оказывается не лучше первого.

– Фелисити говорит, ты ничего не помнишь, – обращается ко мне какая-то девушка, когда я мою руки перед ланчем.

– Да ладно тебе, Бриджит! Ты же знаешь, что она притворяется, – говорит другая. Она складывает губы бантиком и наносит на них красный блеск. – Я бы тоже притворялась, что ничего не случилось, если бы чуть не убила Себастиана Ройала.

– Ты слышала, что Лорен ни разу его не навестила?

– Ходят слухи, что они расстались. Вчера после школы я заскочила в больницу, и Сойер выглядел очень подавленным, – подходя к раковине, включается в разговор третья девушка, с темными волосами и идеальной кожей. – Надеюсь, что Ройалы все-таки придут на вечеринку, потому что я точно знаю, как его утешить.

– Своим языком? – смеется девушка с блеском для губ.

– Сама знаешь.

Они дают друг другу пять.

Я чувствую себя лишней среди этих четырех девушек, таких хорошеньких в своей перешитой школьной форме: их юбки короче моей. На двоих девушках черные рубашки, под которыми виднеются яркие футболки, на темноволосой – белая расстегнутая рубашка навыпуск открывает роскошный кружевной топ.